Вирус
Шрифт:
«Твоя война закончилась», - подумал Тромб, наводя прицел на серую фигуру, затаившуюся в темном углу.
– Имя - Деклох. Статус - мужчина-солдат - бот, - проскрипел информатор.
Перекрестье прицела вспыхнуло алым светом, фиксируя захваченную цель. Тромб облегченно вздохнул:
– Есть!
Словно чувствуя, откуда исходит угроза, Деклох резко повернул голову. В оптическом прицеле показались маленькие бегающие глазки, исполненные ужаса. Хлопок выстрела оборвал жизнь крысоеда.
«Ненавижу тебя, ржавая
– Вы убили Деклоха. Статус - мужчина-солдат - бот.
Что дальше? Лифт опустил его на второй уровень, реактор - на нулевом. Нужно найти лестницу, ведущую вниз, встретиться с группой Карага и атаковать неприятеля засевшего на подходе к атомному котлу.
«Оставаться на одном месте нельзя, иначе сам окажешься на месте Деклоха».
В наушнике зашуршало.
– До цели - триста метров. Противник себя не обнаруживает, - рапортовал Караг.
– Ждите!
– рявкнул Тромб.
– Я на подходе.
Он мчался вперед, избегая открытых мест, пока не уперся в лестницу, заваленную всевозможным хламом.
«Откуда на космическом объекте детские игрушки, древние швейные машины?
– удивился боец, перепрыгивая очередное препятствие.
– И откуда я знаю, что это именно швейные машины?»
Что-то неправильное было в сегодняшней операции - что-то неестественное, противоречащее здравому смыслу. Вот только что? Нет, думать нельзя - только действовать! Остался последний пролет.
Неожиданно дорогу перегородил нелепый плюшевый медведь. Гигантский зверь ярко красного цвета с нелепым шелковым бантом на шее и большими картонными глазами, пришитыми толстыми нитками.
«Какой идиот притащил сюда это чучело?» - мелькнувшая мысль тут же исчезла. Вспомнились слова инструктора Шейна: «Действуй, бот - или умри! Оставь раздумья человеку!»
У старого вояки никогда не было конкретного ответа на вопрос: кто такой человек? В лучшем случае он ограничивался расплывчатым и неопределенным: «Это тот, кто не подчиняется ничьим командам, и в чьих действиях нет боевой логики».
«Они выше войны!» - прошептал старик, когда Тромб в очередной раз вынудил его отвечать.
«Говорят, они могут изменять свой внешний вид, свое лицо и даже...
– Шейн на секунду замолчал и благоговейно зашептал, - могут устанавливать правила игры!»
Тромб не верил в слухи, витающие вокруг мифических игроков. Может, они и вправду обладают невероятным запасом удачи; может, даже способны управлять игрой. Но менять ее правила... Нет!
«Действуй, бот - или умри!» - прошептал боец, однако, вопреки привычке, не бросился вперед, а остался на месте.
В голове шумело, рождались странные мысли, высвечивая неизвестные образы.
Если за спиной плюшевого «мишки» сидит снайпер, то пули не избежать, едва он появится в освободившемся проходе.
– Командир! Какого черта ты торчишь на виду у всех
– голос рядовой Пинки хлестнул по ушам.
Тромб отбросил размышления и, прыгнув вперед, - через несколько ступенек - выбил громадного зверя в дверной проем.
Рефлексы не подведут.
Уже в воздухе сообразил: «Неплохое прикрытие. От снаряда не защитит, а от пули - наверняка».
Руки, готовые обхватить шею тряпичного гиганта, неожиданно провалились в пустоту. Фигура мгновенно растворилась в воздухе - словно ее не было вовсе.
– Какого черта?!
– заорал Тромб, по инерции вылетая в бесконечный зал ядерного реактора.
«От стены до стены не менее полукилометра, - решил боец.
– Ощущение, как у голого игрока, на футбольном поле».
Футбольное поле, ощущение - какие странные слова появляются в голове.
Черепная коробка, словно взорвалась. Мутный поток неизвестных образов хлынул в сознание. Перед глазами замелькали яркие картинки.
«Обращать внимание на этот калейдоскоп - значит умереть», - подумал Тромб, переворачиваясь в воздухе.
Услышав звук разрядившегося за спиной лаунчера, почувствовал приближение реактивного снаряда, но избавиться от вопроса застрявшего в голове не смог.
«Что такое калейдоскоп?»
Слово он знал, но найти подходящего к нему образа, не удавалось. «Каланча, калач, калейдоскоп - не может быть!»
Яркая вспышка. Удар боли.
Разрывающаяся плоть мгновенно превратилась в безумный коктейль металла и крови, размазанный по стенам. Погружаясь в темноту небытия, Тромб успел услышать ненавистный скрипучий голос информатора:
– Вас убил Вячеслав. Статус - человек.
Все-таки он существует - человек, способный...
Холодно... темно...
Тромб вынырнул из небытия, огляделся, разглядывая все те же древовидные каталоги.
Стоп! Он присмотрелся к странному фрагменту незнакомой программы. Точнее, его внимание привлек именно знакомый ее участок.
«Откуда здесь взяться прону?
– Тромб понял, что наткнулся на что-то важное.
– Нет! Тогда я еще не существовал. Данный экземпляр имеет более сложную структуру, напоминающую!.. Что же она напоминает?»
Сплетенные клубком килобайтные нити с выступающими во все стороны отростками, предназначенными только для одной цели. Переплетаясь с любыми массивами данных, они должны притягивать соседние биты.
Тромб наблюдал, как древовидная структура, столкнувшись с проникающей в систему программой, начинает усложняться, приобретать переплетенную шарообразную конфигурацию.
Боец вновь ощутил, как проваливается в прошлое...
Кровь! Боль! Холод... Темнота...
Его нет - и, в то же время, он есть. Он нигде - и он, одновременно, везде. Оглядеться бы, да есть ли глаза? Если есть, почему он их не чувствует?