Вирус

Андриенко Владимир Александрович

— Ты все поняла, Мари? — спросил Блюмингейм у своей помощницы.

— Да, доктор. Я сейчас выйду с ним на связь.

— Только дай мне немного времени, чтобы подойти поближе к тому месту, где Людерс находится. Контакт должен быть близким.

— Вы обладаете пси-способностями? — спросила девушка.

— Немного да, но сейчас это совсем не нужно и я не собираюсь их использовать. Нейрогенератор, как и любой прибор, имеет настройки, и я знаю, как их изменить. Мне нужно чтобы Людерс увлекся разговором. Он в настоящее

время по моему приказу ведет лабораторные исследования.

— Я постараюсь его увлечь.

…— Активируйте нейрогенератор N 98, — проговорила фигура в золоченой маске.

— Активировать до какой степени? — уточнил собеседник.

— До максимального значения по шкале напряжения.

— То есть до полного уничтожения?

— Если оно вообще возможно, — фигура в маске задрожала и исчезла.

…Людерс внимательно наблюдал за тем, как хлорный тестер меняет свой цвет с привычно зеленого на желтоватый, выдавая наличие в исследуемом растворе бактерий аргунской тропической лихорадки.

Внезапно взгляд практиканта утратил концентрацию, словно что-то щелкнуло в его мозгах.

Людерс неожиданно откинул голову и задрожал. Доктор Нимье кинулся к нему, но замер на полпути.

— Что это? — проговорил он побелевшими от страха губами.

В этот момент черепная коробка Людерса не выдержала внутреннего давления и разлетелась на куски, щедро облив доктора Нимье кровью практиканта. Обезглавленное тело Людерса рухнуло рядом с тестирующим прибором.

— Где доктор Блюмингейм?! — закричал Нимье пронзительным голосом.

— Я здесь. Что у вас еще, Нимье? — Блюмингейм ворвался в лабораторию. — Я готовлю важный эксперимент, и просил мне не мешать! Я ведь дал вам помощника!

Нимье указал дрожащей рукой на всё еще подергивавшееся тело Людерса.

По полу струились тоненькие ручейки крови, из которых в воздух медленно отделялись легкие алые шарики.

— Смотрите! — кричал Нимье.

— Это мутаген Б-68! — заорал Блюмингейм. — Это много хуже чем Б-6!!! Нимье, уходите прочь! Скорее! Это крайне опасный штамм и его действие еще не проверено!

Сам Блюмингейм вытянул из поясного кармана антибактериальную маску, призванную защитить его легкие от проникновения смертоносного штамма, и спешно натягивал ее на лицо.

Но толстяк не мог шевельнуться от страха. Несколько поднявшихся в воздух шариков разорвались в непосредственной близости от доктора, рассыпав невидимые споры по всему помещению.

— Что же будет?! — прошептал Нимье.

В этот момент в лабораторию, привлеченные криками, явились два дроида госпитальной охраны.

— Немедленно уничтожить! — просипел сквозь защитную маску Блюмингейм, и те вскинули бластеры. Лучи рванулись к телу обреченного Нимье и трупу Людерса, в мгновение ока обратив их в горсточки пепла. Сверху опустился локализующий купол, уничтоживший все следы происшествия.

— Включить систему обеззараживания! —

проговорил Блюмингейм в лабораторный коммуникатор.

Сверху на помещение полился поток жесткого излучения: если штамм смертельного мутагена и мог выжить в теле покойных, то теперь он был уничтожен.

Мари видела все происшедшее на экране мониторов и спросила доктора:

— Я даже не успела вызвать Людерса, как у него это началось. Но я всё видела: у него что-то взорвалось в голове.

— Кто-то нас опередил, Мари, — ответил Блюмингейм. — Кому-то очень не хотелось, чтобы мы узнали о Людерсе больше. Это еще раз подтверждает наличие у него нейрогенератора, в котором предусмотрен механизм самоуничтожения. Параллельно с нейрогенератором кто-то вставил в мозг Людерса еще и капсулу с мутагеном Б-68, чтобы все свидетели его смерти тоже умерли. Вот только совсем не понятно, как этот мутаген мог попасть на борт космического госпиталя. Ведь присутствие на борту такого опасного биологического оружия строжайше запрещено

— А с вами, доктор, ничего не случится? — в голосе Мари послышалась забота: ведь и самому Блюмингейму ничего не стоило подцепить этот вирус.

— Нет, не беспокойтесь, я в полном порядке. К счастью, я вовремя надел защитную маску, — поспешил заверить девушку Блюмингейм…

…Голографическая фигура в маске бушевала над коммуникатором, лежавшим в центре стола:

— Блестящий план может рухнуть именно из-за того, что кое-кто переусердствовал в запутывании ситуации!

— Но все пока идет по плану, мастер! — пытался его успокоить космолетчик. — Чего вы боитесь? Никто не приблизился к разгадке тайны!

— На территории госпиталя никто, но на "Немезиде"- да!

— На "Немезиде"? — удивленно спросил второй. — Да что вы говорите? У нас отменное оборудование и условия, а там ничего такого нет. Доктор Тим, который мог нас выдать, мертв, и там осталась только Диана Ли. Но она слишком молода для того, чтобы разгадать "космическую чуму".

— Но, тем не менее, она её разгадала! Мой человек на "Немезиде" имеет доступ к системам слежения, и он сумел подслушать её разговор с капитаном Адамовичем. Она покопалась в информации на чипе этого компьютерщика Лезо и откопала там пароль! Правда не весь, но часть информации её удалось скачать, и она знает о баках со штаммами вирусов!

— Но почему чип не был уничтожен! — на этот раз не выдержал космолетчик и стукнул рукой по столу, так что голограмма дернулась. — Кто отвечал за это на "Немезиде"?

— Чип был у Адамовича, и он им абсолютно не интересовался. Он же не ученый, и мы решили, пусть себе валяется в его каюте. Но Ли выкрала его и слишком многое узнала.

— Больше того, она сумела сопоставить два случая заражения бронзовкой — Гучану на полицейском катере и торпедиста на "Немезиде". Вчера только Адамович сообщил об этом.