Вирус
Шрифт:
— Я… я… — выдавил Голь, — меня словно осенило. Просто свет зажегся.
— Иди ты! — Тойз засопел. — Матерь Мария, спаси меня!
— Я… если они…
— Заткнись, — рявкнул Тойз, выуживая телефон. Он набрал номер. Ему ответили после третьего гудка.
— Линия? — спросил Тойз.
— Чисто, — ответил американец.
— Я звоню по поручению нашего шефа. У нас проблема. Слушайте меня очень внимательно. Нужно предпринять все необходимые действия. Принцесса и Боксер покинули резервацию.
— Что? Как?
Рот Тойза злобно скривился, когда он произнес:
—
Выражение не входило в принятый между ними шифр, но Тойз был уверен, что американец поймет смысл, и тот понял.
— Я с самого начала не верил этим двоим. Господи Иисусе!
— Ваша проницательность — большое утешение для всех нас, не так ли?
Тойз отключил аппарат и уставился на Голя.
— Послушай меня, Себастьян… Поскольку эль-Паразит хочет выпустить последнее поколение чумы в Америке, мы должны предположить, что Амира предприняла некоторые защитные меры.
Зрачки Голя сфокусировались на нем, и его взгляд стал наконец осмысленным.
— Защитные меры?
— Она чокнутая, я согласен, но сомневаюсь, что она хочет уничтожить весь мир. Ведь в нем имеется и множество верных, не забывай об этом.
Голь выпрямился в кресле.
— Что ты имеешь в виду?
— У нее наверняка есть чертово лекарство от болезни. Или противоядие. Нечто такое, что не позволит заразе распространиться среди исламистов. Эль-Муджахид, может быть, уже привит, но это так, к слову. Все, что нам требуется сделать, — дотащиться до бункера, выбить кое-какую информацию из твоей подружки, а затем проследить за тем, чтобы компания «Ген2000» начала выпуск лекарства на тот случай, если наш американский друг не А сумеет вовремя остановить Воина.
— Бункер… точно, — кивнул Голь. Его челюсть обрела прежнюю твердость, глаза сделались на несколько градусов холоднее. — Да, Амира должна была подумать об этом.
Тойз прервал его.
— Пойми, Себастьян, — произнес он ледяным тоном, — я работаю с тобой много лет и люблю тебя, как брата, но ты подвергнул меня опасности, выпустив из рук эту штуку. Я сто раз предостерегал тебя насчет Амиры, и вот теперь она наносит тебе удар в спину. Если у нее есть лекарство, мы обязаны его получить во что бы то ни стало. — Его зеленые глаза сверкнули. — А потом всадим ей пулю в лоб и вышибем ее гениальные мозги.
Голь на мгновение зажмурился, словно желая отгородиться от этого образа, но когда снова открыл глаза, Тойз увидел, что в нем произошли некоторые перемены. Опухшее от слез, искаженное лицо Голя превратилось в маску ненависти.
— Да, — прорычал он.
Глава 81
Крисфилд, Мэриленд.
Четверг, 2 июля, 18.00
Тент криминалистов установили в углу стоянки. Как и обещал Дитрих, это оказался настоящий купол цирка шапито. Туго натянутую шелковую ткань украшали красочные изображения экзотических животных — слонов, зебр, жирафов, обезьян, — а по периметру вдоль
Отряды экспертов целый день собирали улики и выносили их из здания завода в пластиковых пакетах. Под тентом имелось несколько герметично закрытых отсеков, помеченных вывесками различных центров по контролю за распространением болезней. В одном из помещений производили вскрытия. Мужчины и женщины в белых защитных костюмах работали здесь, как на конвейере.
К стенке шатра был подогнан фургон-рефрижератор, и раскромсанные тела бродяг упаковывали в двойные пластиковые мешки и заталкивали в кузов, словно дрова.
На собрание вместе с Джерри, Грейс, Дитрихом, Руди и Кто явилась добрая дюжина экспертов. Черч умудрился переодеться в чистый костюм. А я пришел в испачканных спортивных штанах и футболке, которые надевал под костюм «Саратога Хаммер». Должно быть, несло от меня соответственно.
— Давайте начнем с тел, — сказал Джерри, как только все расселись. Он кивнул высокой негритянке с золотистой кожей и светло-карими глазами.
Доктор Кларита Макуильямс была профессором судебной медицины из университетского госпиталя Джефферсона в Филадельфии.
— Всего у нас имеется двести семьдесят четыре тела. Расклад следующий: одиннадцать солдат-террористов, пять ученых и лаборантов, два представителя неизвестной специализации, пять сотрудников ОВН и двести пятьдесят один… гм… бродяга. — Она быстро окинула взглядом свою аудиторию сквозь полукруглые очки, откашлялась и продолжила отчет: — Девяносто один взрослый мужчина-бродяга, сто двадцать две взрослые женщины-бродяги, двадцать один ребенок мужского пола, не достигший восемнадцати лет, семнадцать детей женского пола примерно того же возраста. По этническому составу — сто двадцать четыре белых, семьдесят три негроидной расы, двадцать восемь азиатов и двадцать шесть латиноамериканцев. Если вы хотите узнать более точную расовую классификацию, придется потратить еще некоторое время.
— И о чем все это нам говорит? — спросил я.
— Данные довольно близки к общему процентному соотношению населения, — сказала Макуильямс. — Может, несколько нарушена пропорция между числом мужчин и женщин. Однако приведенная схема вполне реалистична.
— Известно, откуда взялись эти люди? — поинтересовался я.
Дитрих поднял руку.
— Я изучил найденные бумажники, сотовые телефоны и прочее. Большинство людей, судя по всему, из штатов Мэриленд, Нью-Джерси и Пенсильвания. Из других мест никого.
— Точно так же, как и с детьми в Делавэре, — произнес я. — Выбор случайный, но сплошь Восточное побережье.
— А нет ли кого по имени Лестер Беллмейкер? — спросила Грейс. — Или созвучные варианты? Фамилия Белмахер или что-то похожее?
Дитрих просмотрел лист бумаги на своем планшете.
— Ничего. Самое близкое, что есть, — Дженнифер Беллами. Никаких Лестеров.
— Мы зашли в тупик, — негромко проговорил Черч. — Надо признать, что это имя нам ничем не поможет.