Вишневый самурай
Шрифт:
Спустившись в кухню, я обнаружил у плиты Табачника. Он колдовал над кастрюльками и сковородками, от которых распространялся изумительный запах, который заставил бы станцевать и мертвого ради кусочка любого блюда.
— Что у нас сегодня на ужин? — осведомился я.
В ответ получил невнятное бурчание.
Повезло с сотрудником, ничего не скажешь: не человек — машина для ворчания!
Извлек из холодильника бутылку темного пива, открыл и сделал глубокий глоток.
— Вы не стесняйтесь насчет пива. Оно всегда в наличии имеется, и пить его можно в неограниченных
Табачник сдержанно поблагодарил. Но меню не открыл, партизан хренов!
— По всей видимости, к нам присоединятся еще два гостя. Ближайшие пару дней они поживут здесь, — предупредил я Табачника.
— Можно было раньше сказать, — пробурчал повар.
Хоть и ворчун Табачник, зато какой повар! Просто чудо!!!
Вернувшись с пивом в кабинет, достал из ящика стола записную книжку с деловой информацией и раскрыл ее на букве X. Подлинного имени Химеры я не знал, как и Кубинец. Набрав телефонный номер, услышал унылый голос автоответчика:
— Меня сейчас нет дома. Можете оставить информацию… Неудача. В кабинет заглянул Кубинец.
— Ну что, до Химеры дозвонился? — расплылся в ехидной улыбке он.
— Нет!!! — злобно проревел я.
— А я до Сфинкса дозвонился. Она согласна. Будет у нас к шести часам. Кстати, дала наколку, где мы можем застать Химеру.
— Говори, записываю! — потребовал я.
— Казино «Хрустальный грифон». Среднеподьяческий канал, дом два… — отчеканил адрес Гонза.
— Со мной поедешь? — поинтересовался я, доставая из кобуры «бульдог». Выщелкнув пустые гильзы, заменил их патронами, засунул в карман три дополнительных барабана и поднялся из-за стола, готовый к дороге.
ГЛАВА 17
Заведение «Хрустальный грифон» было мне незнакомо. Не должен же я знать все казино города! Хотя — стремиться к этому надо.
Гонза просветил меня:
— Новое казино. С месяц всего работает. У Химеры заказ на охрану хозяина. Но Сфинкс думает, что девочка вляпалась во что-то нехорошее.
— Надеюсь, нам не придется спасать юную девицу из лап хищного и дурно пахнущего дракона?! — язвительно осведомился я.
Как в воду глядел! Будущее прозревать начал!
Приказав Табачнику никого в дом не впускать, мы покинули крепость, в которую должен был превратиться наш особняк на ближайшие несколько дней. Решив, что с меня на сегодня хватит капитанских полномочий, я в ультимативном тоне заявил Кубинцу, чтобы он рассчитывал только на себя, поскольку я уже глотнул пива и ни один полицейский патруль не простит такого нахальства. Гонзе пришлось согласиться. Нельзя сказать, чтобы Кубинец сильно сопротивлялся, садясь за штурвал, но поворчать и поскрипеть, словно антикварный стул, повод у него появился. Я расположился подле с двумя бутылочками темного пива.
Возле причала казино некуда было приткнуться. Катеров разнообразных моделей и классов — тьма. Начиная от длинных лимузинов, которые неизвестно каким образом разворачивались в узких каналах, и заканчивая маленькими компактными женскими корытцами, приспособленными
Кубинец направил «Икар» в соседний канал и припарковался за сто метров от казино. Хорошо хоть не километров…
— Придется совершить пешую прогулку, — сообщил Гонза, бросая штурвал.
Я оставил пустую, бутылку на полу и пошел за ним, помня о неоприходованной заначке на обратную дорогу.
— Предчувствие у меня нехорошее… — сообщил я Гонзе, ступая с трапа на гранитную набережную.
— Похоже, мы с тобой становимся параноиками, — провел диагностику Кубинец.
— Надо срочно жениться! — вывел я рецепт лекарства от всех болезней. — Причем обоим одновременно!
— Упаси боже!! — простонал Кубинец, театрально закатывая глаза и норовя грохнуться в обморок.
За разговором вышли на набережную Среднеподьяческого канала и направились к парадному входу в «Хрустальный грифон». Я двигался чуть впереди, Гонза прикрывал тыл. Я изображал из себя богатого хорька, несколько подшофе, развязного и развратного до безобразия. А Кубинец выдвигал нижнюю челюсть на манер бульдога и при любом резком движении с улыбкой головореза, истосковавшегося по свежей крови, красноречиво тянулся к правой подмышке.
Над парадным входом в «Хрустальный грифон» нависала стеклянная крыша, на которой сидела гневная прозрачная птица, расправив крылья. Из глаз ее струился яркий алый свет, двумя стрелами впивавшийся в серое здание напротив. От раздвижных стеклянных дверей ковровая дорожка стелилась до причала. Возле входа дежурили два широкоплечих бычка-охранника. К ним я и направился.
Шикарно улыбнувшись, хлопнул одного из них по плечу и заявил:
— Хочу помусорить деньгами!
Они оценили мой шарм мгновенно. Расступились, освобождая дорогу. Мыслительный аппарат у некоторых цепных псов срабатывает лишь на хруст купюр.
Металлодетекторы, которые пришлось миновать, встретили меня приветственным визгом. Завращались пожарные огни. Четыре пиджака с бейджиками, на которых вместо привычного «секьюрити» отчего-то было написано «администратор», устремились ко мне, напуская на лица виноватые выражения, явственно выдававшие их намерение учинить надо мной пристрастный обыск.
— Спокойно, ребята. Жить нужно легко и непринужденно! — заявил я, потянувшись к левой подмышке.
Мог бы подумать о металлодетекторах заранее и вытащить «бульдог» из кобуры. В конце концов, не на войну собрался, а в гости к даме… Утешало одно: следом идет Кубинец. Я предвкушал истерику, которую закатят «админы», когда он через них попробует пройти.
Я извлек револьвер и потряс им перед лицами обалдевших охранников.
— Имею разрешение… Чего делать будем? — ехидно спросил я, предчувствуя, что придется прогуляться с оружием к «Икару» — иначе не впустят.
Пора из детективов переходить в предсказатели… Авгур доморощенный!
Прошедший через систему Кубинец, несмотря на то, что я отрекомендовал его личным телохранителем, вызвал фурор. Детекторы сошли с ума и дребезжали, пока он не удалился от них на расстояние нескольких метров.