Витки
Шрифт:
— Я… не могу… — ответила она. — На то, чтобы его сдерживать, уходят все мои силы…
— Тогда двинь ему между ног! Выцарапай глаза! Он убьет тебя, если ты не будешь нападать.
— Я понимаю, — произнесла она. — Но если я подойду ближе, преимущество будет на его стороне. Чем ближе подходишь, тем он сильнее.
— У тебя есть пистолет?
— Нет.
— Ты можешь добраться до кухни и взять нож?
— Он к кухне ближе, чем я. Ничего не выйдет.
Разговор отвлекал ее. Я тут же почувствовал жгучую боль в грузи и в левой руке, как тогда, на монорельсовой
— Видимо, у него действительно неладно с сердцем, — сказала она. — Я могу играть на его страхе и не давать сосредотачиваться.
— Как долго?
— Не знаю.
Я лихорадочно искал способ помочь ей. Мне внезапно вспомнилось, как много она значила для меня раньше.
— Какой у тебя номер телефона?
Номер тут же всплыл у меня в памяти, но в этот момент Малыш Уилли оттолкнулся от стены и сделал несколько шагов вперед. Энн снова ударила его ощущением боли, и он остановился.
— Ты не сумеешь меня спасти, — сказала она. — Я позвала тебя не за этим.
— Мы будем драться, — сказал я. — Нужно хотя бы попытаться.
— Я знаю. Но он слишком силен. Это всего лишь дело времени. Я хотела вернуться в то место, что ты мне недавно показывал. Мир даже более реальный, чем мои цветы, холодный металлический мир, заполненный электричеством и логикой. Я хочу снова его увидеть, и только ты можешь меня туда доставить.
— Следуй за мной, — сказал я, чувствуя, что Мэтьюс снова набирает силу.
Клик. Клик. Кликлик.
На мгновение "эффект витков" словно слился со стуком вагонных колес, и я вскользь заметил, что появившаяся луна залила пейзаж за окном жемчужным блеском, потом добрался до компьютера локомотива и нырнул глубже, через систему связи к региональному компьютеру, оттуда еще глубже…
Клик.
Я гнал через раскинувшийся передо мной простор, выискивая входные и выходные каналы…
Самое главное — найти связи с телефонной сетью. Нужно выбрать правильный контакт и проникнуть в саму систему…
Энн безропотно, словно зачарованная, следовала за мной. С головокружительной скоростью, в вихре ошеломляющих впечатлений мы промчались, сделав несколько неудачных попыток, туда-сюда по тупиковым улицам, пока я все же не нашел то, что искал. Никогда раньше мне не удавалось делать это столь стремительно.
Однако боль в груди всколыхнулась с новой силой. Малыш Уилли времени не терял.
Бесконечное число светящихся пчел вилось вокруг меня — аналоги телефонных выходов. Они вспыхивали и исчезали вновь, эти светящиеся пчелы, а мое подсознание добавляло к щелчкам и гудкам перезвон множества колоколов…
Я разыскал и привел в действие механизм для связи с абонентом. Ее квартира, узнал я, проскочив релейную станцию, находилась в Риджвуде, штат Нью-Джерси. В долю секунды между подключением цепи и звонком аппарата я снова почувствовал сквозь боль, сквозь тряску вагона и образ наступающего Малыша Уилли, что в недрах компьютерной сети за нами кто-то наблюдает. Безмолвное, мрачное нечто, которое я уже не один раз замечал, снова оказалось с
"Домашний блок" зазвонил, и это сразу отвлекло внимание экс-проповедника. Мэтьюс остановился, взглянул на аппарат, потом на Энн. Она тяжело дышала, прижав одну руку к груди, другой все еще опираясь о столик. По лбу ее катились капли пота. К четвертому звонку боль и сдавливающее ощущение ослабли, но они слишком сильно отвлекали Энн, чтобы она могла восстановить и обрушить на Малыша Уилли свою прежнюю иллюзию.
Еще один звонок. Черт! Сколько она запрограммировала в свою машину?
После шестого звонка ее «блок» ответил и предложил записать сообщение. Я мгновенно просочился в компьютер и овладел всем набором домашней аппаратуры, которой он распоряжался.
Малыш Уилли резко повернулся на звук, донесшийся из кухни. Я всего лишь включил автоматический тостер. Мэтьюс сделал несколько шагов назад и заглянул за угол.
— Беги, Энн! — сказал я. — Попробуй добраться до двери.
— Не могу, Стив, — ответила она, назвав меня чужим именем. — Я упаду.
— Попробуй.
Она отпустила столик и покачнулась. Я чувствовал, как кружится у нее голова.
— Сделай глубокий вздох и попробуй снова.
Она было послушалась, но Мэтьюс уже возвращался.
— Почему он хочет тебя убить? — спросил я.
Сигнал микроволновой духовки заполнил квартиру противным, назойливым жужжанием.
Малыш Уилли снова повернулся, видимо, не в силах сосредоточиться, и прошел в кухню.
— Я не сообщила Боссу, что ты еще жив, — сказала Энн. — Но он узнал, когда разобрались наконец с обломками грузовиков, и решил, что не может больше мне доверять. Я прочла в его мыслях, что он боится меня, боится, что я перейду на твою сторону. Видимо, он решил не оставлять мне такой возможности… Боже, как красиво там, в компьютерной сети! Жаль, что я умею читать мысли людей, а не машин. Лучше бы мне родиться с твоим даром…
Жужжание прекратилось.
— Сестра моя, я не знаю, как ты это делаешь, — произнес Мэтьюс, появляясь из кухни, — но ты только оттягиваешь…
Я выключил весь свет и услышал, как Малыш Уилли выругался.
— Постарайся собраться с силами и беги, — сказал я.
Свет подключался через реостат, и я принялся быстро-быстро включать ток, создавая стробоскопический эффект. Разорванные вспышками света движения Мэтьюса казались почти комичными, когда он вскинул руки, защищая глаза, потом чуть приоткрыл их, чтобы видеть комнату, сделал шаг и остановился.
Но через несколько секунд выражение его лица изменилось. Он плотно прижал ладони к векам, закрыв свет совсем, и я почувствовал острую, резкую боль, пронзившую тело Энн. Она коротко вскрикнула, и на мгновение мы едва не потеряли друг друга.
…А где-то рядом я по-прежнему ощущал присутствие полузнакомого молчаливого наблюдателя.
Малыш Уилли сделал еще шаг вперед, потом еще, и с каждым шагом сила его росла.
Я включил телевизор, и экран тут же засветился.
Малыш Уилли продолжал наступать. Боль ширилась и крепла.