Шрифт:
Иван Савельев
Визит
"Томас спросил с еще большей опаской:
– А тебе... после Руси, не покажется малым... мое королевство?
От великого удивления ее глаза стали как два блюдца.
– Малым? А как же земли за океаном?.."
Он закрыл книгу и какое-то время просидел в раздумьи. Потом раскрыл книгу на титульном листе, нашел нужное место, взял трубку телефона и набрал номер.
На том конце провода раздался щелчок и механический голос тускло произнес: "Номер не определен...
Номер не определен..." После двух гудков трубку сняли. Мужской
– Да?..
– Я хотел бы поговорить с Юрием Александровичем Никитиным, - сказал он.
– Это я.
– Юрий Александрович, я ваш поклонник, прочитал все ваши книги...
Мне очень нравится, особенно про Олега.
– Спасибо. Обычно всем больше нравится Мрак, а не зануда Олег.
– Да, всегда так было...
– он помолчал.
– Юрий Александрович, а где вы берете сюжеты для своих романов?
– Ну-у, - хмыкнуло в трубке, - в основном, из головы...
– Да... Скорей всего, это не так...
– мягко сказал он.
– Простите за навязчивость, могу ли я к вам подъехать? Чтобы вас заинтриговать, скажу, что у меня есть несколько новых сюжетов для ваших книг.
– Э-э, простите, а вы кто?
– Меня зовут Олег, - ответил Олег.
– Некоторые называют Вещим.
– М-да, я так и подумал... Ну что ж, подъезжайте, - Никитин продиктовал адрес.
– Спасибо. Я буду через полчаса.
– Да, последний вопрос! А почему вы сами не напишете свои сюжеты?
– У меня на это нет времени, - ответил Олег.
– Почему, если не секрет?
– Для вас это не секрет. Потому что я до сих пор бьюсь с Тайными. До свидания.
Никитин осторожно повесил трубку и покрутил головой. Да-а-а... Это называется слава. Скоро в палатах психбольниц рядом с Гитлерами, Сталинами и Бонапартами появятся Вещие Олеги.
Хотя по голосу не скажешь. Никитин припомнил разговор и попытался представить собеседника. Немолод, голос твердый, властный, но какой-то усталый. Черт его знает!.. Но если начать принимать гостями героев своих книг, недолго самому в психушку загреметь.
Никитин махнул рукой и пошел варить кофе.
Через полчаса в дверь позвонили.
Жанка с лаем бросилась к двери.
Никитин придержал боксера, повернул замок и открыл дверь.
На пороге стоял высокий широкоплечий человек в длинном белом плаще, светлых джинсах и ботинках на толстой подошве.
Отметив это мельком, Никитин внимательно разглядывал его лицо, которое могло принадлежать суровому воину или старому волхву.
Возраст определить было трудно, что-то между сорока пятью и десятью тысячами лет. Мешали красные волосы и яркие зеленые глаза, в которых стояла глубокая мудрость и понимание.
Никитин смешался, отступил в сторону:
– Извините. Проходите, пожалуйста.
Гость, пригнув голову, чтобы не удариться о косяк, шагнул в прихожую, протянул руку:
– Олег.
– Очень приятно, - сказал Никитин и пожал руку.
В маленькой прихожей сразу стало тесно. Никитин не был мелким, но Олег - неужели он?
– был куда больше. Жанка начала прыгать, ластиться, Олег нагнулся, потрепал огромной ладонью, присел:
–
Жанка, довольная, вылизывала ему шею, как будто рассказывала что-то на ухо.
Олег встал, напоследок потрепав Жанку по холке:
– Люблю боксеров. Самые добродушные из собак, - он снял плащ.
– Как ни странно, у всех знакомых мне хороших людей почему-то оказываются боксеры. Это не комплимент, просто констатация факта.
С кухни раздался пронзительный свист чайника.
– Хотите кофе?
– Никитин еще не знал, как себя вести в такой ситуации, но решил не показывать виду, общаться, как с простым гостем.
– И даже очень простым, - подтвердил Олег.
– Кстати, вы в психушку не звонили?
– Нет, - смутился Никитин.
– Но мысли были.
Олег сел за стол, заняв собой полкухни. Взял в руки керамическую кружку с картинкой "Трое из леса".
Мрак смотрел сурово, из-за мощных плечей выглядывали двое неумех:
один лентяй с дудкой, другой трус, боявшийся собственной тени. Олег грустно усмехнулся, вглядываясь в тьму веков, когда трое невров вышли из леса и изменили мир.
– Старею, видно, на воспоминания потянуло, - он поставил кружку на стол.
Никитин разлил по кружкам ароматный черный кофе, подвинул сахар и сел, стараясь не особенно откровенно пялиться на гостя. Он уже понял, что Олег - настоящий.
Правда, еще не был уверен в себе, может, все-таки, спит, и все это ему снится?
– Хорошее кофе, - похвалил гость, отхлебнув из кружки.
– Да-да, "Ярость"
я тоже читал. Вы правы, язык меняется и достаточно быстро. Люди меняются гораздо медленнее.
– Ну, в худшую сторону человека изменить несложно. Всегда легче лежать, чем сидеть, или идти, или тем более, что-то делать, - сказал Никитин.
– Да вы это и сами знаете, тем более, если читали мои книги.
– Все, - заверил Олег.
– Кстати, о книгах. Насколько мне известно, в современных библиотеках нет никаких записей о тех событиях, которые вы описали в первых своих книгах. Понятно, опирались на сказки, притчи, но в основном на свою голову. Так?
– Ну, наверное, - осторожно сказал Никитин.
– Нет, - вздохнул Олег, - не так.
Слишком точно вы пишете. Все это действительно с нами происходило.
Подождите, подождите! Не крутите пальцем у виска!
– У меня же кружка в руках!
– возмутился Никитин.
– Вы так подумали. Но вас ведь не смущает то, что подводные лодки, описанные Жюль Верном сто лет назад, уже пятьдесят лет как плавают где попало? Что человек побывал на Луне и уже подбирается к Марсу? Что вот-вот начнут клонирование человека? Все это когда-то предсказали фантасты, а люди тянулись за сказкой и превратили ее в жизнь. Но вы ведь не считаете себя плохим писателем? Так почему же вас удивляет то, что я существую? Вы интуитивный футуролог, причем в обе стороны. Я имею в виду время. Вы можете прогнозировать грядущие события и можете видеть прошлые. Не знаю, как это происходит, но похоже, что у вас есть неосознанный выход в информационное поле Земли. Там хранятся все события прошлого.