Визит
Шрифт:
– - Вот именно, -- кивнул голову Уолтон.
Снова протягивая руку, сказал:
– - Пойдём, жрецы ждут тебя. Всё готово к взыванию сил тьмы. И если мы правы, они придут!
Беспомощно посмотрев на Уолтона, девушка умоляюще произнесла: -- Я совсем не желаю быть чей-то матерью.
– - Но чьей-то, а Антихриста, -- поправил её Уолтон, недовольный такой формулировкой.
– - Это великая честь.
Светлана решительно встала.
– - Я отказываюсь от этой великой чести. Подыщите себе кого-нибудь другого, кто оценит ваши старания.
– - Не мы тебя выбирали, -- возразил Уолтон, -- поэтому,
– - Дом умалишённых, -- проворчала Светлана и попыталась отойти от надвигающегося на неё Уолтона.
Неожиданно она почувствовала, что голова её кружится и ей трудно управлять своим телом. Но мозг по-прежнему функционировал нормально, и Светлана вполне трезво могла оценить ситуацию. Безуспешными оказались лишь попытки перемещаться. Вестибулярный аппарат стал ей отказывать. Уолтон с улыбкой наблюдавший за ней, заметил:
– - За те, несколько часов, что ты провела у нас в гостях, мы достаточно хорошо изучили тебя. Мы предвидели осложнения, и сделали так, что ты не сможешь противиться воле Хозяина, но разум твой останется чистым и ясным. Это великое событие - зарождение Антихриста, и восприятия должны быть нетронутыми никакими наркотиками.
– - Так в рюмке был наркотик, -- догадалась Светлана, цепляясь руками за спинку кресла. Пол для неё стал опасно шаток и неустойчив.
Соглашаясь, Уолтон кивнул:
– - Да, это наркотик, но особенный. Наши учёные специально разработали его в своих лабораториях. Приносимые в жертву люди, должны всё осознавать, но не сопротивляться. Он пригодился и здесь. Как видишь, мой дом не сумасшедших, а хорошо схваченная организация, охватывающая массы людей и имеющая все научные достижения, чтобы использовать их в своих целях. Но мы заговорились. Пойдём, нас ждут, -- улыбнулся.
– - И не отказывайся от моей руки. Она будет очень кстати. Ведь без моей помощи, ты не сделаешь ни шага.
– - А, Вы не думаете, что я буду сопротивляться и направлю оружие Хозяина против вас?
– - с иронией спросила его девочка.
Уолтон погладив холёными пальчиками свою аккуратную бородку, сверкнув в усмешке белыми зубами, ответил:
– - Нет, не думаю. Ты не сможешь обнажить его, не сможешь осознанно направить против человека. Правда, последнее поставило нас в тупик, почему Хозяин выбрал именно тебя? Когда ты не можешь убить?
– - Уолтон развёл руками.
– - Но такова воля Хозяина.
Вежливо взяв Светлану под руку, Уолтон вывел в коридор и дальше, вниз по лестнице в подвал. Спуск не занял много времени, подвал не был столь глубок как в римском дворце. Но и здесь царил полумрак. Просторное помещение освещалось пламенем из большого, выше человеческого роста, камином, и четырьмя массивными свечами, стоящими по углам жертвенного алтаря. Сам алтарь представлял собой гладко оттёсанный камень из гранита, его поверхность была в форме квадрата, примерно два на два метра, высотой от пола чуть больше полуметра.
Люди, одетые в плащи с накинутыми на голову капюшонами терялись в тёмных углах подвала.
Присутствующие обратили лица к вошедшим. Испуганная своей беспомощностью Светлана, тем не менее, успела заметить, что в подвале находится не меньше шестидесяти человек, прежде чем они склонили головы, и скрылись в тени.
Из общей
Отдав девочку жрецам, Уолтон подобно остальным отошёл в сторону, растворившись в полумраке. Пока Светлану вели к алтарю, она разглядела под опущенными капюшонами жрецов. Ими оказались две женщины и двое мужчин их лица были суровы и сосредоточены. У жертвенного алтаря они остановились. Прежде чем её привязали, девочка увидела нанесённый на его поверхность круг диаметром метра полтора, в нём пятиконечная звезда, вершинами касающаяся круга. Аккуратно уложив девушку на алтарь. Они привязали её так, что голова оказалась в одном луче звезды, а руки и ноги, соответственно заняли остальные четыре. Пылающий камин оказался за головой жертвы.
Двери подвала с глухим стуком закрылись, и тяжёлый засов лег поперёк, отрезая помещение от внешнего мира. Не в силах пошевелись ни рукой, ни ногой, Светлана могла только, слушать и смотреть на то, что происходило возле неё. О происходящем за головой она могла только догадываться. Приглушённое бормотание наполнило тишину подвала. Постепенно голос повышался, и Светлана могла уже уловить некоторые фразы, но как бы они не звучали, смысл оставался всё тот же, оккультисты вызывали духов ночи. Тёмные силы и клялись им в своей верности и преданности. Общий хор голосов смолк, и только два голоса шептали в тишине, мужской и женский. Перейдя на крик, они звали и молили Сатану. Обещание сладкой жертвы звучало в их словах.
Девочка услышала шум возле очага, пронзительный детский плач заглушил на время голоса жрецов. Но, вот он замолчал, и снова заклинания переплелись в страшном узоре. Девушка с ужасом вникала в слова, а в них было всё: проклятия в адрес создателя, угрозы направленные на верующих и молящихся ему людей, и просьба обмена души приносимого в жертву ребёнка на зарождение в этом мире иного младенца. Ребёнка подвластному и принадлежащему Сатане с самого появления на свет.
Звонкий плач младенца опять зазвучал в подвале, ему вторили молитва всех присутствующих. Голоса повышались, их перекрыл дикий крик. Светлана никогда не смогла бы предположить, что человек может так кричать. Но ещё ужасней было то, что это визжал ребёнок от боли, которую невозможно вынести.
Привязанная к алтарю девушка на время оглохла от звеневшего в помещении крика боли и страдания. От жалости и ужаса у девушки остановилось дыхание, спазмы сжали горло, не давая воздуху проникнуть в легкие. Слёзы хлынули из глаз, она зарыдала от своего бессилия помочь младенцу. Защитить от боли, которую она казалось ощутила на себе. Визг прекратился так же внезапно, как и начался, девушка облегчённо вздохнула, решив, что жрецы перестали пытать ребенка и оставили его в покое. Но тут новый удар обрушился на неё. Зловещий, тошнотворный запах горелого мяса повис в воздухе, распространяясь по подвалу. Светлана оцепенела, не в силах даже плакать. Теперь ей стал ясен этот дикий визг младенца - его заживо сожгли в камине, что пылал за головой. Огонь с жадностью поглотил столь необычное и страшное топливо. Силы тьмы должны быть довольны полученной жертвой, ибо это было самое дорогое и драгоценное, что имело человечество и без чего оно переставало им быть.