Вкус огня
Шрифт:
— Но кто платит этому мерзавцу, черт побери?
— Если бы мы знали это, то избежали бы неприятностей.
Обернувшись, Ройал увидел Томаса, который осадил лошадь рядом с ним.
— Вот так подкрадываться к человеку — верный способ быть застреленным.
— Но вы всегда сначала смотрите, а потом стреляете.
— В самом деле?
— Да. Иногда вы смотрите даже прежде, чем выхватываете револьвер. Вот как сейчас.
— Едва ли это хорошо.
— Может, здесь это и хорошо, но во многих других местах — рискованно. Я тоже смотрю,
Томас сказал все это так добродушно, что Ройал рассмеялся.
— А я-то думал, что ты очень осторожен и никогда не трогал никого из них.
— Вот и священник говорил мне то же самое, когда я удрал из церковной школы.
— По-моему, ты слегка тронутый, приятель.
— Да, немного есть. Но это не так уж плохо.
— Может, ты и прав.
— Может быть. Я приехал сказать вам, что нашел место, где наши леди смогут незаметно вымыться сегодня вечером.
— А там безопасно?
— Поедем, сами увидите.
Когда все устроились на ночлег, Антония заметила, что к ней приближается Ройал, и тихо выругалась. Здесь негде было скрыться, и она не могла избежать встречи с ним. Когда он подошел к ней, Антония решила, что на этот раз не позволит ему делать грязные намеки, которые так ранят ее.
— Антония, Томас нашел укромное местечко, где вы с Патрицией могли бы вымыться.
Девушка затаила дыхание. Ройал говорил мягко, и в голосе его не слышалось обычной злости. Удивленная этой переменой, она не сразу поняла, о чем речь.
— Вымыться? — Антония поднялась.
— Да.
— По-настоящему? С мылом и прочим?
— Ну, только холодной водой.
— Боже мой, какая разница!
И она бросилась отыскивать Патрицию.
Ройал улыбнулся, увидев, как побежала Антония. Когда она вела себя так, он доверял ей, потому что в такие минуты Антония ничем не отличалась от других женщин. Ройал, конечно, понимал, что Антония — настоящая женщина, но ее повадки и непредсказуемость смущали его. Эта девушка держала Ройала в постоянном напряжении, заставляя думать, как поступить и что сказать.
Через несколько минут Антония и Патриция подбежали к Ройалу. Они держали в руках чистое белье и принадлежности для мытья. Посмотрев на них, он улыбнулся. Ему было приятно, что Патриция в хорошем настроении. С тех пор как она настояла на том, чтобы ее взяли в поездку, Ройал ни разу не видел ее веселой.
— Наверное, ты пошутил, Ройал, да? — спросила она.
— Нет, Патриция, я не шучу. Пойдемте, я покажу вам это место.
— Это Томас нашел его? — поинтересовалась Антония, идя рядом с Ройалом.
— Выехав на разведку, он наткнулся на это укромное место. Однако вас придется охранять.
— Не ты ли займешься этим?
Патриция нахмурилась, когда они остановились перед сосновой рощицей, заросшей густым кустарником.
— Я, Патти. Иди
Когда девушки ушли, Ройал прислонился к дереву, размышляя о том, что следовало бы поручить охранять их кому-нибудь другому. Ему было трудно стоять здесь, зная, что всего в нескольких футах от него Антония разделась донага. Но Коул и Джастин уже легли спать, чтобы заступить на дежурство с полуночи, да и Патриции было бы не по себе, если бы на месте брата оказался посторонний человек. Ройал поморщился. Он никогда не пошел бы на то, чтобы другой мужчина стоял так близко к обнаженной Антонии. Стиснув зубы, Ройал старался не думать о том, что Антония делает там, за кустами. Стоит ему представить себе это, и он не справится с обязанностями охранника.
Хотя вода была холодная, Антония радовалась возможности окунуться и как следует вымыться. Неизвестно, когда еще удастся сделать это.
— Теперь я вижу, почему Оро так хочет тебя, — пробормотала Патриция, когда Антония входила в воду.
— Что? — удивилась Антония.
— Я говорю, что поняла, почему Оро хочет тебя. И Ройал тоже.
— А может, и все мужчины, глупышка! — усмехнулась Антония.
— Вовсе нет. Это они глупые. Ведь теперь ты бросила Ройала и взяла Оро. Ты использовала моего брата.
Антония взглянула на стройную Патрицию:
— Я не использовала твоего брата.
— Но ты же была раньше с ним, а потом соблазнила Оро! — гневно возразила Патриция.
— Тебя не касается, почему я теперь не с твоим братом. Но я не использовала его. Скорее уж это относится к твоему брату. Он взял меня и не делал секрета из того, что я — его любовница. Ройал опозорил меня. Что я получила за свою девственность? Страсть. Только и всего. Страсть. Ни слова о любви. Никаких обещаний. Так кто же кого использовал, а?
Одевшись, Патриция молча схватила корзину с грязным бельем и удалилась. Антония сполоснула волосы. Раздраженная, она вышла из воды и начала вытираться. Эта девушка испортила ей удовольствие от купания.
Надев белье, Антония почувствовала, что кто-то сзади грубо схватил ее за волосы. Она выругала себя за то, что не проявила необходимой осторожности. Увидев свой нож, девушка потянулась за ним, но вдруг на него наступила нога в сапоге и тут же ей крепко связали запястья. Едва она открыл рот, чтобы позвать на помощь Ройала, грубая рука зажала его, а другая скрутила ей волосы так, что пришлось опуститься на колени.
Антоний подняла глаза и посмотрела на человека, который связал ее. От его усмешки у нее застыла кровь в жилах. Это был Хесус Миллер, наполовину англоамериканец, наполовину мексиканец, который верой и правдой служил Раулю. Антония лихорадочно обдумывала, как вырваться или хотя бы произвести такой шум, чтобы его услышал Ройал.
Ройал выпрямился, когда Патриция вышла из-за кустов:
— А где Антония?
— Там, заканчивает.
Патриция задержалась, поняв, что Ройал останется ждать возле пруда.