Вкус рая
Шрифт:
– С каких это пор ты прислушиваешься к Рэйфорду?
– С тех пор, как было время подумать. Хорошенько подумать.
– Что ты, собственно, хочешь сказать?
Он поднялся и отошел к окну.
– Сам не знаю.
София соскользнула с кровати и встала рядом с ним у окна. Голова совсем не болела.
– Сегодня будет чудесный день.
Он покосился на нее через плечо.
– Тебе не надо вставать с кровати.
– Почему? Я прекрасно себя чувствую, – она смотрела ему в глаза, но в них была только озабоченность.
Глупо было надеяться, что он полюбил
– Обними меня, Крис.
– София…
– Пожалуйста. Мне было так одиноко. Я знаю, у тебя нет времени, но мне так хочется быть рядом с тобой.
Крис шагнул ей за спину и крепко обнял.
– Так лучше?
Ее голова откинулась ему на грудь.
– О-о, гораздо лучше. Когда я попала в ураган, то подумала, что больше не увижу тебя.
Он повернул ее к себе и заглянул в глаза.
– Это бы так тебя огорчило?
– Я знаю, что ты не хочешь слышать это, но мои чувства не изменились. Что бы ты ни испытывал ко мне, я все равно лю…
Крис остановил ее поцелуем, словно не желая слышать признания в любви. Тем не менее, София почувствовала любовь в его поцелуе. Любовь и нежелание признать очевидное. Сколько же он будет бороться сам с собой, и винить ее в смерти Десмонда? Сколько еще он будет спорить с собственным сердцем?
– О Господи, – почти простонал он и, оторвавшись от ее губ, попытался было отойти, но София только крепче обняла его.
– Ты еще слаба для…
– Наоборот, я прекрасно себя чувствую. Давай займемся любовью. Я снова хочу почувствовать, что живу.
По его глазам она видела, что он все еще борется с собой. Но эта борьба быстро закончилась. Он так же изголодался по ней, как и она по нему. Ночная рубашка скользнула на пол, и она, совершенно обнаженная, но ничуть не стесняясь, торопливо расстегивала ему рубашку.
Крис отнес Софию на кровать. Она скользнула вниз вдоль его тела, пока ее колени не коснулись пола. Крис тоже опустился на колени перед ней, целуя линию между грудями, а затем опускаясь вниз, вдоль живота, к самой ее сути.
У Софии задрожали колени, когда он развел половые губы большими пальцами и начал ласкать языком уже возбужденный клитор. София обхватила его за плечи, а он ввел в нее два пальца, проводя языком по влажным складкам промежности. Ей оставалось всего несколько мгновений до оргазма, когда Крис резко поднялся.
– Не-е-е-е-ет! – воскликнула она.
Он нежно опустил ее в кровать.
– Перевернись на живот, любимая, – хрипло сказал он.
София вытянулась на животе, глядя, как Крис закрыл дверь, а затем снял ботинки и брюки и отложил их в сторону. У него уже была эрекция, возбужденный член вздымался от мускулистых ног к животу. София протянула к нему руку.
– Не надо, – сказал он, намеренно избегая ее прикосновения. – Лежи, не двигаясь, и дай мне любить тебя.
София почувствовала, как он наклонился над ней. Его тело было таким же горячим, как и его дыхание. Она дернулась от возбуждения, когда его губы коснулись шеи, целуя и посасывая кожу. Крис медленно двигался вниз вдоль линии позвоночника, затем приостановился, чтобы уделить больше
– Сейчас, любимая, сейчас.
Она почувствовала, как он спустился пониже и подложил подушку ей под живот. София чувствовала себя такой открытой, такой уязвимой и не понимала, что он собирается делать. Она почувствовала, как он коснулся ее губами, а его язык вошел в ее пульсирующий центр. Она дернулась и застонала, приподняв ягодицы, чтобы ему было легче.
– Крис, прошу тебя… – Она хотела большего, чем он ей давал.
Она почти потеряла голову от страсти, когда он, наконец, вошел в нее. Она приподняла ягодицы, двинувшись ему навстречу, и бессловесно умоляла его не останавливаться.
– Я знаю, – охнул Крис. – Я чувствую то же самое.
Схватив за бедра, чтобы удерживать равновесие, он чуть вошел в нее и тут же отпрянул, а затем снова ввел член, но на этот раз до основания. София стонала, а он все двигался в ней, быстрее и быстрее, и она чувствовала приближение оргазма. Склонившись, он откинул ее волосы в сторону и покрыл поцелуями шею, а затем накрыл обе груди ладонями и стал пощипывать соски.
Софии казалось, что ее душа покидает тело. В ней нарастала сладкая боль такой силы, которой она никогда еще не ощущала. Ее страсть была сильнее рассудка, а удовольствие превышало все пределы. И тут она содрогнулась в оргазме.
Через несколько мгновений Крис присоединился к ней. София услышала, как он закричал, сделав еще несколько движений, а затем теплая волна семени излилась в ее лоно. Он упал на нее сверху, и она распласталась под ним. Они лежали в тишине, задыхаясь. Их ноги переплелись, а его вес вдавливал ее в матрас. Затем он скатился и стал смотреть в потолок. София тоже перевернулась на спину.
– С тобой все в порядке? – спросил Крис. – Я не хотел быть таким грубым. Я просто не могу контролировать себя, когда я с тобой.
– А это так плохо?
Повернув голову, он взглянул на нее.
– Это ужасно. Ты заставляешь меня забыть о своей вине, а я никак не могу простить себя.
– Или меня, – горько сказала София.
– Я… я не знаю, что я сейчас чувствую, но в моем сердце уже нет веры в то, что ты виновна в смерти Десмонда. Тебя утешат эти слова?
София немного подумала над таким ответом и решила, что это хорошо. Улыбнувшись, она прильнула к мужу.
Глава 14
Не считая пожелтевшего синяка, София снова стала такой, как до урагана. Прошла уже неделя с того дня, как она вернулась в «Сансет Хилл». Крис охотно занимался с ней любовью, и она была бы почти счастлива, если бы ей было чем заняться днем. А она хотела быть нужной Крису не только в постели. Ей хотелось, чтобы он советовался с ней, чтобы она могла помогать управлять плантацией. Как-то за ужином она сказала мужу:
– Я устала целыми днями ничего не делать. Мне надо чем-то заняться. Ты всегда занят – может, и я смогу хоть как-то помочь?