Владыка башни
Шрифт:
Затем певец подал руку девушке, и они спрыгнули со сцены. При этом стало заметно, что музыкант сильно хромает. Из-за кулис вышли двое актёров, одетых в причудливые наряды, напоминающие одеяния мельденейских моряков. Аплодисменты стихли.
— Я вижу корабль, капитан! — воскликнул первый, тот, что был пониже ростом, разглядывая воображаемый горизонт в деревянную подзорную трубу. — Похоже на посудину из Королевства. Хвала богам, богатая добыча сама плывёт нам в руки.
— Воистину, вот уж добыча так добыча! — отозвался второй «пират»,
Актёры разразились жутким хохотом. Рива почувствовала лёгкое прикосновение Аль-Сорны к своей руке. Он еле заметно кивнул влево, и девушка последовала за ним сквозь толпу к проходу между кибитками. Она не удивилась, когда обнаружила там певца, жадно глядящего на Аль-Сорну, — его глаза блестели в темноте. Тот откинул свой капюшон.
— Сержант Норин, — произнёс Ваэлин.
— Милорд, — выдохнул мужчина. — До меня доходили всякие... слухи, но...
Аль-Сорна подошёл и тепло обнял его. Рива обратила внимание на полное изумления лицо певца.
— Как же я рад снова встретить тебя, Джанрил, — сказал Аль-Сорна. — В самом деле, очень рад.
— Люди вовсю судачат о вашей смерти, — сказал менестрель за ужином.
Их с Аль-Сорной пригласили в фургончик, который Джанрил делил с Эллорой. Та сменила сценический наряд на простое серое платье и потушила на ужин мясо с клёцками. Девушка старалась не смотреть в её сторону, уткнувшись в свою тарелку. Аль-Сорна представил её хозяевам как «Риву, которая будет моей сестрицей на ближайшие несколько недель». Норин только кивнул и поздоровался с ней. Что он при этом подумал об их с Аль-Сорной отношениях, осталось непонятным. «Что же, солдаты не задают вопросов командирам», — подумала девушка.
— А другие рассказывают истории о вашем чудесном спасении, — продолжил Джанрил. — Мол, с помощью Ушедших вы сделали из цепей булаву и пробили себе путь из императорских донжонов. Я даже написал об этом балладу, и она пользуется успехом у публики.
— Боюсь, тебе придётся писать другую, — усмехнулся Аль-Сорна. — О том, как они просто отпустили меня.
— Я думала, ты сначала отправился на Мельденейские острова, — недоверчиво сказала Рива. — Убивал пиратов, спасал принцесс.
— Всё, чем я занимался на островах, было частью игры, — пожал плечами Аль-Сорна. — Впрочем, игрок из меня тот ещё.
— Игрок вы или нет, милорд, знайте, мы всегда рады вас видеть, — произнёс Норин. — Оставайтесь, сколько захотите.
— Мы направляемся в Варинсхолд. Если нам по пути, мы с удовольствием к вам присоединимся.
— Мы едем на юг, — покачала головой Эллора. — Летняя ярмарка в Милинскове — золотая жила для нас.
В голосе танцовщицы послышалась насторожённость, ей явно было не по себе в присутствии Тёмного Меча. «Достаточно умна, чтобы чувствовать, что он несёт смерть», — догадалась Рива.
—
— Мы заплатим вам, — заверил Ваэлин Эллору.
— И слышать об этом не желаю, милорд! — воскликнул Норин. — Иметь рядом такого воина, как вы, — уже вполне достаточная плата. На дорогах полно разбойников.
— Кстати, о разбойниках. В нескольких милях отсюда мы обнаружили дело их рук. Они ограбили и убили целую семью. Честно говоря, мы пришли сюда, желая восстановить справедливость. Ты никого подозрительного не видел сегодня вечером?
Норин задумался на пару мгновений.
— Да была тут в кабаке одна шумная компашка. Пришли под вечер, одеты бедно, но денежки на пивко водились. Меня привлекло золотое кольцо, висевшее на цепочке у одного из них, — слишком маленькое для мужской руки, насколько я мог судить. Когда хозяин пивной отказался «продать» им одну из своих дочерей, они устроили бузу, и пришлось вмешаться вышибалам, пригрозившим выкинуть дебоширов вон, если те не уймутся. Где-то в миле-другой вниз по реке стоят табором бродяги. Если наши бузотёры ещё не убрались в свой лес, мы наверняка найдём их там.
При слове «мы» в глазах Эллоры вспыхнул огонёк.
— Если они напились, им нужно будет проспаться, — сказал Аль-Сорна. — Уверен, до утра они никуда не денутся. Хотя восстановление справедливости потребует участия стражников, а я надеялся не привлекать к себе внимания.
— Справедливость можно восстановить различными способами, милорд, — заметил Норин. — Помнится, было время, когда мы частенько сами разбирались с преступниками.
Аль-Сорна бросил быстрый взгляд на завёрнутый в холстину меч в углу кибитки.
— Увы, я больше не лорд-маршал и не меч Королевства, так что утром разыщу капитана стражи.
После ужина Норин уселся на ступеньках кибитки и стал играть на мандолине. Эллора, примостившись рядом, пела. Остальные артисты собрались вокруг послушать, то и дело заказывая любимые песни. Рива с Аль-Сорной удостоились нескольких любопытных взглядов, и, судя по благоговейному страху, отразившемуся на некоторых лицах, кое-кто Ваэлина узнал. Впрочем, слов Норина, что к нему в гости заглянули старые друзья по Волчьему легиону и нечего к ним приставать, оказалось достаточно, чтобы никто не задавал вопросов.
— Не очень-то он похож на солдата, — заметила Рива. Они с Ваэлином расположились неподалёку от честной компании, около небольшого костерка, разожжённого, чтобы согреться.
— Норин всегда был больше менестрелем, нежели воином, —
сказал Аль-Сорна. — Но, когда требуется, дерётся что надо. Хорошо, что он получил пенсию. По-моему, Норин вполне доволен своей судьбой.
Рива бросила быстрый взгляд на Эллору. Та улыбалась, облокотившись о колено Норина. «А чего ж ему не быть довольным?» — подумала девушка.