Владыка Севера
Шрифт:
— В воздухе витает какая-то жуть.
— Именно! — воскликнул Джерин, да так резко, что Дарен вздрогнул, а лошади возмущенно зафыркали. — Йо, вот оно. Здесь такая же атмосфера, как в лесах вокруг Айкоса. В самых жутких их дебрях.
— Точно. — Вэн нахмурился. — Мы проезжали этой дорогой пару раз, и такого никогда не было. А что нас ждет впереди, Лис? Ваши элабонские боги обычно не имеют привычки таким способом оповещать своих подопечных, что они где-то поблизости.
— Ты прав, не имеют. И никогда здесь такого не было, в этом ты тоже прав.
Джерин нахмурился. Вывод, следовавший из
— Не думаю, что мы ощущаем влияние элабонских богов.
— А каких же тогда? — Вэн огляделся по сторонам, дабы убедиться, что ни один из трокмуа его не слышит. — Боги лесных разбойников слишком заняты, ругаясь друг с другом, чтобы заниматься такими пустяками, как производить впечатление на людей.
— Знаю, — ответил Джерин. — Народы довольствуются теми богами, каких заслуживают, не так ли? Итак, кто остается? Не наши, не трокмуа, не… — Он примолк, и в воздухе повисла пауза.
Вэн в своих путешествиях посетил много стран, но Ситония в их число не входила. Однако ему вовсе не обязательно было прибегать к логике, чтобы понять, что имеет в виду Джерин.
— Боги гради, — произнес он голосом, кислым, как молоко недельной давности.
— Более никакие не приходят на ум, — горестно пробормотал Джерин. Он махнул рукой и попытался облечь свои чувства в слова. — Сейчас почти середина лета, но воздух вокруг такой, как в самом начале весны, когда зима только-только отступает, тебе не кажется, а? А еще солнце. — Он указал на небо. — Его свет… какой-то размытый. В это время года оно так не светит.
— Не светит, — повторил Вэн. — Я прожил в этих краях достаточно, чтобы полностью с тобой согласиться, капитан. — Он погрозил кулаком в сторону запада, где простирался Оринийский океан. — Проклятые боги гради решили здесь обосноваться, как дома. Они появляются, будто поганки после дождя.
— Ты читаешь мои мысли, — сказал Джерин. — Волдар и остальные ее сподвижники, наверное, достаточно сильны, чтобы осуществить то… что происходит сейчас. Даяус и элабонские боги не стали бы сбивать солнце с проторенного пути. — Он не добавил «и не смогли бы», хотя это тоже было у него на уме. Но он не знал, так это или нет. Элабонские боги так мало проявляли себя в материальном мире, что он действительно не имел представления об истинных размерах их мощи.
Истинных размеров могущества Волдар он тоже не знал, как ничего не знал и о силе остальных богов и богинь гради. Но у него появилось зловещее предчувствие, что ему предстоит это узнать. Нынешний день можно было бы отнести к прекрасным и теплым денькам, если бы он имел место незадолго до весеннего равноденствия, однако, учитывая, что сейчас практически летнее солнцестояние…
Дарен обернулся через плечо и сказал:
— Жаль, что мы не можем проверить, какая сейчас погода стоит к востоку от Вениен. Тогда бы мы лучше поняли, есть ли у нас серьезные основания для беспокойства или мы просто дуем на молоко.
Джерин улыбнулся.
— Иногда я ужасно сожалею, что не имею возможности отправить Дагрефа в город Элабон. Чтобы он получил возможность вникнуть в то, чему его здесь не обучат. А теперь вижу, тебя тоже следовало бы отправить туда, потому что
— Йо, точно, — пробасил Вэн. — Но с нами в настоящий момент происходит нечто, что не по зубам учености… или как это там она называется. Дело не только в погоде, парень. Это нечто шевелится под волосами у меня на затылке, и я говорю сейчас совсем не о вшах. — И он для наглядности потер тыльную часть своего шлема.
— И что нам теперь с этим делать? — спросил Дарен, уступая доводам много пожившего человека.
— Бороться, — заявил Вэн. Как и всегда, он смотрел на мир просто.
Джерину тоже хотелось бы просто смотреть на мир. Однако в данном случае он не видел другого выхода, кроме того, что предложил его друг.
До того времени, как они разбили лагерь в первую ночь к западу от Вениен, трокмуа очень тревожились, постоянно озирались по сторонам и что-то бормотали себе под нос. Но все же присутствие более уравновешенных элабонцев, кажется, успокоило их. Джерин с Адиатанусом стали надеяться, что так дальше и будет.
Они по-прежнему находились на земле, принадлежавшей Джерину, однако здесь его власть не была столь всеобъемлющей, как вблизи Лисьей крепости. Местные крепостные очень редко видели как своего лорда, так и его воинов, а потому были не слишком уверены в их добрых намерениях. И вероятно, они повидали немало захватчиков из племени трокмуа, чтобы совсем им не доверять. Едва завидев крупное войско, двигавшееся в их сторону, они бросились наутек — в леса.
Воины взяли — даже Джерину не захотелось сейчас воспринимать это как воровство — достаточно кур и овец для жертвоприношений, которые должны были защитить их от ночных призраков. Помимо этого, они не нанесли опустевшей деревне и окружавшим ее полям никакого вреда. Они разожгли огромные костры не только для того, чтобы держать духов на расстоянии, но также затем, чтобы вовремя заметить гради, если те вдруг окажутся настолько близко, чтобы предпринять ночную вылазку.
Дабы уменьшить риск подвергнуться нападению, Джерин расставил вокруг лагеря караульных. Каждую группу он снабдил птицей для подношения призракам, чтобы те не беспокоили бдительных часовых даже вдали от костров. Адиатанус наблюдал за его действиями с большим интересом. И со вниманием, запоминая, похоже, каждую малость, вероятно затем, чтобы как-нибудь в будущем использовать хитрости Лиса против него же самого.
Быстрая Тайваз приблизилась к первой четверти. Мэт была почти полной, а вот у Нотос, хотя после ее полнолуния миновало четыре дня, был затемнен лишь кусочек восточного края. Там, где свет костров тускнел, люди отбрасывали целых три тени, причем в трех направлениях сразу.
Впрочем, мало кто из воинов, как элабонцев, так и трокмуа, рисковал отойти от огня по иным причинам, чем зов естества или необходимость нести сторожевую вахту. Большинство дикарей и солдат либо кутались в свои одеяла, либо сидели и разговаривали, причем чаще с кем-либо из другого народа. Ибо и те и те более или менее могли изъясняться на языке своих извечных врагов, не говоря уже о том, чтобы его понимать. И с удовольствием пользовались случаем поболтать с теми, кого обычно встречали оружием, а не речами.