Власть любви
Шрифт:
Порыв ветра взметнул ее волосы, и едва ощутимый аромат коснулся обоняния волка.
Время словно застыло. Замер ветер, перестал падать снег, исчезли звуки и запахи. Окружающий мир превратился в немое кино. И только одинокий женский силуэт, как яркая пульсирующая звезда, выделялся на фоне этой черно-белой картины.
Это была ОНА.
Он узнал ее моментально. Ошибки быть не могло. В таком волки не ошибаются.
Осознание истины накрыло леденящей волной. Пронзило насквозь тысячью ядовитых иголок, заставляя сжаться сердце и разум. Это было сродни тому, что он почувствовал, оставшись
Судьба оказалась коварнее, чем он мог представить. Та, которую он только что едва не убил, та, отцу которой поклялся отомстить за гибель стаи, та, что стояла сейчас перед ним на дрожащих ногах – была его парой.
Его единственная – человек. Существо, которое он презирает всем сердцем.
Как теперь с этим жить?
Он силой воли заставил себя остаться на месте, когда она сделала шаг в его сторону. Ветер трепал ее волосы, разносил по округе дурманящий аромат, от которого у волка сбилось дыхание. Егор лихорадочно соображал, не зная, что делать дальше.
Девчонка выглядела напуганной, но целой и невредимой, по крайней мере, на первый взгляд. Он внимательно ее осмотрел, пока она, присев на корточки, разглядывала его. В ее серо-зеленых глазах отразился его силуэт, распластанный на снегу. Вот она подняла руку, зачем-то прикоснулась к губам, словно раздумывая над дальнейшими действиями, а потом потянулась к нему.
Волк застыл. Шерсть на загривке приподнялась, верхняя губа дернулась вверх, открывая клыки. Но он не зарычал. Только прикрыл глаза, добровольно сдаваясь, когда дрожащая женская ручка коснулась его носа.
Глава 2
Огромный зверь дернулся, будто его ударило током. И Леся отпрянула, испуганно глядя на свою руку. Ладонь была выпачкана в крови. Девушка судорожно выдохнула и только теперь поняла, что все это время почти не дышала. Что она вообще себе думала, приближаясь к раненому хищнику? А если б он ее укусил?
Она с сомнением посмотрела на волка. Тот продолжал лежать на снегу, подогнув под себя лапы, и даже не делал попытки наброситься на нее. Теперь она видела, что удар пришелся ему в плечо и в голову – в этих местах шерсть буквально сочилась кровью.
– И что мне делать с тобой? – Леся растерянно огляделась. – Бросить здесь?
Нет, с такими ранами волк не выживет. Хотя, одним волком больше, одним меньше – разве ей не все равно? Почему она вообще тратит свое время на это глупое животное? Он сам бросился ей под колеса!
Леся сделала шаг назад и остановилась. Что-то не давало развернуться и спокойно уйти. Какая-то особая потребность, существования которой она не могла объяснить, удерживала на месте, влекла к этому животному. Может, это была ее совесть или обостренное чувство ответственности, а может то, что обычно называют емким словом «человечность». Но, как бы то ни было, она не могла бросить несчастное животное посреди дороги. Не могла молча сесть в машину и уехать, оставив его умирать.
Леся чувствовала себя виноватой. Чувствовала, что обязана позаботиться об этом животном. Оно нуждается в ней. Это было ясно видно в его глазах.
Может, стоит взять волка с собой?
Она
Идиотская мысль…
Чем она сможет ему помочь? Позвонит ветеринару? Но уже восьмой час, кто откликнется на ночь глядя? А до утра этот зверь околеет, если не раньше.
Но и бросить его здесь – тоже не выход. Она не может быть настолько жестокой.
Начался снегопад. Первые хлопья снега, медленно кружа, упали на волосы и воротник девушки. В свете фар падающий снег мерцал, будто чистое серебро. Волк моргнул.
Леся со вздохом оглядела понурую морду, покрытую подсыхающей кровью. Зверь хрипло дышал, его бока чуть подрагивали, дыхание было поверхностным и очень частым. Глаза животного казались потухшими и безжизненными, но между чуть приоткрытыми челюстями предупреждающе белела полоска зубов. Нет, с таким не стоит шутить. Слишком опасно.
– Господи, что я делаю?
Вопрос был риторическим, она и сама это знала. Было бы странно услышать ответ. Но, словно отвечая на ее слова, волк тихо заскулил и дернулся вперед, ткнулся мордой в ее сапог. Девушка остолбенела. Дикий раненый зверь словно просил, чтобы ему помогли.
– Ладно, – коротко выдохнув, Леся решительно откинула назад длинную челку, – придется тебя забрать… Только не вздумай кусаться!
Боже мой, она говорит с диким животным! Нет, однозначно, это последствия пережитого стресса.
Сомневаясь в собственной адекватности, она вернулась к «Ниссану», открыла багажную дверцу и оглянулась. Волк выглядел очень крупным, тяжелым, но вряд ли после встречи с машиной был способен сопротивляться. Разве что для острастки клацнет зубами. Гораздо больше Лесю волновало другое: как заставить его забраться в салон? Может быть, попробовать затолкать? Но это опасно. Если у него сломаны ребра или хребет, это будет для него верная смерть.
Мысленно ругая себя за клинический идиотизм, девушка присвистнула, точно подзывая собаку. Ну а что, вдруг сработает? В конце концов, между волком и собакой не так много разницы…
Зверь даже не шевельнулся. Судя по всему, он потерял сознание. С одной стороны, это оказалось как нельзя кстати: справиться с бесчувственным животным было намного проще. Но с другой: он мог умереть в любую минуту, и тогда все усилия по его спасению окажутся бесполезны.
Леся достала из багажника покрывало, расстелила на снегу, вплотную к животному, и осторожно переместила раненого зверя. Хищник оказался очень тяжелым, килограмм девяносто, не меньше. Она выбилась из сил и вся перепачкалась в его крови, пока втащила волка в салон, поминутно боясь, что он вот-вот очнется и набросится на нее.
Огромный зверь занял все заднее сиденье. Девушка снова засомневалась: разве обычный волк может отъесться до таких размеров, особенно зимой, когда дикие животные вынужденно голодают? Показалось странным и то, что для лесного зверя у него была слишком ухоженная шерсть. Слишком чистая, мягкая. А еще отсутствовал запах.
На последнее Леся обратила внимание только в машине, когда села за руль. Странное животное не двигалось, казалось, волк даже не дышит. Девушка бросила взгляд на него через зеркало заднего вида и осторожно нажала сцепление. Машина мягко покатилась вперед.