Власть
Шрифт:
Ботаник и Кос просто молча стояли, вытаращив глаза. Оба парня находились в легкой прострации. Такого они явно не ожидали, да никто не ожидал.
Дух поклонился Агнес, потом несколько секунд смотрел на меня круглыми совиными глазами, а затем снова поклонился, только теперь мне. Я неуклюже кивнул головой. Остальных он проигнорировал.
Агнес величаво обронила, ласково глядя на духа:
– Ты знаешь, что делать.
Леший понятливо моргнул глазами, а затем ловко крутанулся вокруг своей оси. Откуда-то появились листья. Их было так много, что они заслоняли взор. Вдруг я услышал пение птиц, щелчки насекомых и скрип деревьев. Внезапно хоровод из листьев опал так же быстро, как и
Кос удивленно присвистнул:
– Ничего себе.
Агнес усмехнулась, громко хмыкнув носом. Она всем своим видом показывала, что мы не стоим даже ее черного, как смола, ноготка, что никто из нас даже близко не подойдет к ее возможностям, особенно, вот эта наглая ведьмочка. Агнес ухмыльнулась еще шире, глядя как Чертовка хмурит брови.
Неожиданно раздался робкий голос Ботаника, который понемногу привыкал к обществу пугающей его ведьмы:
– Аномалия стала бледнеть.
Мы все посмотрели на ту часть руин, где раньше царила чертовщина. Она, действительно, бледнела: медленно, нехотя, но чернота рассасывалась, обнажая каркасы зданий. Я мигом сообразил, что это связано с моей матерью. Она покинула астральную дымку и, видимо, теперь, без нее, созданный ведьмой прокол в материи реального мира, затягивался, отрезая путь Астралу.
Чертовка не знала о том, как образовалась эта дымка, но, кажется, она сумела связать мою мать и тающую чертовщину. Ее взгляд плавно переместился с аномалии на Агнес: глаза немного сощурились – девушка думала.
Я поймал себя на мысли, что без эмоций значительно легче размышлять, предвосхищать события и понимать чаяния других людей. Такое состояние, безусловно, более продуктивное в этом плане, чем обычное людское.
Не став мешкать, ведьма начала разоблачаться, снимая с себя костюм химзащиты и шлем. Мы последовали ее примеру, после чего напялили бронекостюмы, а химзащиту засунули в освободившиеся рюкзаки. Я вообще считал, что они нам теперь вряд ли понадобятся, мы же не будет возвращаться в Киберград, поэтому предложил бросить их где-нибудь здесь и не тащить на себе лишний груз. Кос согласился с моей идеей. Чертовка, поколебавшись, кивнула головой. А мнение Ботаника уже ничего не решало.
Как только мы приняли решение – четыре плотно закрытых, непромокаемых рюкзака оказались в густых кустах около приметного дерева с раздваивающимся стволом и пышной кроной. Если костюмы химзащиты все же понадобятся, то мы легко отыщем их.
Агнес сообразила, что мы теперь готовы двинуться в путь и произнесла:
– Не отставайте, иначе вы заблудитесь, и вас ждет смерть.
– Какая заботливая, – очень тихо саркастично прошептал Кос, который начинал напоминать себя прежнего.
Ведьма пошла вперед, ловко передвигаясь в высокой траве. Ее походка напомнила мне эльфийскую. Жизеэль ходила почти так же. Только ее шаг был еще более легким. Даже бабочки редко реагировали на проходящую рядом золотоволосую эльфийку.
Отряд потопал следом за Агнес, разрушая лесную идиллию. Люди казались здесь существами чужеродными. Киборги так и вовсе – шли, давя ногами цветы, насекомых и так далее.
Я подмечал все это, попутно разбираясь с программами и оборудованием, которыми был оснащен бронешлем. Надо отметить, что обзор у него был лучше, чем у того, который шел к костюму химзащиты. А уж начинка несравнимо круче. Когда я сумел активировать голосовой режим, то мне открылись многие возможности шлема: от банальных часов до ночного зрения. Вся информация выводилась на визор с внутренней стороны, практически не затрудняя обзор. Буквы или символы были полупрозрачными и подсвечивались только тогда, когда мой
– Ты тут?
– Ага, – донесся хриплый голос друга. Он звучал и внутри моего шлема и снаружи его.
– Микрофон выключи, – посоветовал я.
– Спасибо, – благодарно сказал Кос. Теперь все было нормально.
– Расскажи Ботанику о рации, – проговорил я, обогнав друга и поравнявшись с Чертовкой, которая шла в нескольких метрах позади ведьмы.
Девушка вопрошающе посмотрела на меня. Я включил микрофон и поведал ей о новом способе связи. Она хмыкнула и, чуть дернув уголком рта, сообщила, что для нее это не новость. Оказывается, ведьма прекрасно знала о многих возможностях шлема, включая эту.
– Почему же ты молчала? – спросил я, используя рацию.
– Подходящего случая не было, – ответила Чертовка тем же способом и пожала плечами, скрытыми «кирасой».
– А потом бы уже поздно было, – недовольно проворчал Кос, вклинившись в наш диалог.
– А меня слышно? – это уже раздался тонкий писк лекаря. – Я вас прекрасно слышу.
– Все нормально, Ботаник, – четко произнес я, обратив внимание, что лес стал намного гуще, чем на опушке.
Агнес совершенно точно вела нас короткими эльфийскими тропами. Помню, что Жизеэл вроде бы в такие моменты была страшно напряжена. Легко ли давался этот путь моей матери? Я не видел, потому что впереди мельтешила только ее спина.
Неожиданно Агнес резко остановилась и застыла как вкопанная. Мы тоже прекратили идти и напряженно замерли. Ведьма повернулась к нам и начала приглушенно говорить, будто нас кто-то мог услышать:
– За этими деревьями поляна. Я чувствую, что гримуар там. Если эта девка, которая украла его, тоже там, то берем ее живой. Она мне нужна.
– Зачем? – полюбопытствовал я, демонстративно погладив спусковой крючок лазерной винтовки, которая висела на моем плече.
– Х-р-р-р, – хрипло выдохнула мать, наградив меня злым взглядом.
Ботаник попятился. На моем же лице не дрогнула ни одна мышца. В глазах Агнес появилось легкое удивление. Она как-то странно хмыкнула, а потом принялась объяснять, будто в награду за мою выдержку:
– Дорогу в деревню альвов отыскать нелегко. Только чистокровный эльф может безошибочно найти ее.
– А как ты отыскала ее в прошлый раз? Простите, вы, – поправился я, заметив, как полыхнул гневом взор ведьмы.
– Так же как сейчас: заставлю эльфийку привести меня туда, – рыкнула Агнес, глумливо улыбнувшись. Опять показались ее страшные зубы. Я посмотрел на них – и воображение живо показало мне то будущее, которое ждет меня, если я не очищусь от трансформации.
Моя мать отрывисто добавила:
– Девчонку брать только живой. Окружайте поляну.
Чертовка отдала приказ киборгам – и они стали расходиться по лесу. Люди тоже двинулись на те позиции, которые обозначила ведьма. Применять оружие было строго запрещено. Склянки с зельем, восстанавливающим единицы здоровья, у нас так и не появились. Если кто-то случайно ранит Жизеэль, то она может и не выжить. Мне это напомнило то, как Спартак завел нас в ловушку, говоря, что видел на болоте эльфийку. Судя по глазам Коса, он тоже вспомнил этот момент наших приключений. Хорошо хоть тут никто не приказал сложить нам оружие. Второй раз я бы на это не пошел.