Власть
Шрифт:
Когда она произнесла мое настоящее имя, я вздрогнула. Взгляд против воли метнулся по комнате, в поисках свидетелей. Вернее, одного свидетеля... Я совсем забыла, что Великая мать сообщила мне о моем муже... И она это поняла.
— Не переживай, — в этот раз ее усмешка была еще более снисходительной, — Адрей попал в руки моих девочек. И раньше завтрашнего вечера не вернется. Поверь, у него сейчас есть занятия поинтереснее, чем слежка за собственной женой.
— Тем более я хотела бы поговорить с вами в более подходящей обстановке. А сейчас я прошу вас выйти, мне нужно привести себя в порядок, — снова попыталась я выпроводить
— Боюсь, что в таком случае у меня больше не будет ни одной возможности встретиться с тобой наедине, — покачала она головой в притворном сожалении. — и тебе придется говорить при муже...
Я сжала зубы, чтобы не выругаться. Мерзкая стерва! Что ж в таком случае придется вступать в битву прямо сейчас. Я встала. Выпрямилась, стараясь незаметно потянуться, чтобы пробудить застывшие после сна мышцы. Если Великая мать думает, что застала меня врасплох, и я сдамся без боя, то она сильно ошибается.
Чтобы выиграть время дошла до окна и выглянула наружу... Как будто бы рассматривая открывшийся вид. Хотя на самом деле я даже не обратила внимания куда выходят окна моих покоев.
— Хорошо, — согласилась я и повернулась к Великой матери, — давайте поговорим прямо сейчас. — Оперлась попой на подоконник и улыбнулась. Лунного света здесь было достаточно, чтобы использовать в своих целях мимику. — Полагаю вам известны кое-какие интересные сведения из моего прошлого, непосредственно касающиеся веры Ургородских матерей. Не сомневаюсь, бдительные Дочери давно донесли до вас информацию о том, что мне дважды довелось побывать «всехней» мамой. И, полагаю, вам знакома природа этого явления.
Великая мать по прежнему сидела расслабленно и непринужденно. Но я чувствовала, зверь подобрался перед нападением и готов сделать прыжок. Вот только я не была добычей и собиралась вцепиться в горло гораздо раньше.
— И вам должно быть известно, что нечто подобное произошло и в поместье герцога Вийрона? После чего Третий советник отправил меня сюда. — Великая мать замерла в кресле, раздумывая как ответить на мой вопрос. И мне были понятны ее сомнения. — Да, бросьте, бабушка, — скопировала я ее тон, с которым она назвала меня «дорогой внучкой», — я уверена, вы не доверяете «глупышке Ирле» настолько, чтобы не продублировать сеть осведомителей. Вам прекрасно известно, что ваша сестра совсем не так глупа, как хочет показаться, и давно ведет свою партию в этой игре.
Она бросила на меня короткий взгляд, как будто бы желая убедиться, что я не блефую. И тем самым невольно подставила себя. Я так пристально следила за ней, что не упустила ничего... Ее преимущества стали ее провалом. Она так сильно поверила в то, что сильнее меня, и невольно прокололась. Я увидела в ее глазах ответ. И не поверила словам, которые Великая мать произнесла в ответ:
— Не понимаю о чем ты? Ирла передавала мне небылицы, которые рассказывали люди по поводу твоего участия в судьбе этой абрегорианской девочки. Но, признаться, я сочла это обычными сплетнями. Прислуга любит придумывать сказки...
Она врала. Нагло и бесцеремонно. Вот только я не понимала зачем... Я ждала совсем другого. Неужели я ошиблась в оценке ее целей?
Еще больше бесплатных книг на https://www.litmir.club/
Глава 22
Выбора
— Бабушка, — улыбнулась я, — не стоит делать вид, что вы настолько далеки от того, что происходит вне Ургорода. Я прекрасно знаю, ваши щупальца плотной сетью протянулись от Беломорья до границ Южной пустоши. А может быть и дальше, — добавила я, интуитивно уловив мелькнувшее в глубине ее глаз самодовольство. Увидеть я ничего не смогла бы, свеча не давала столько света. — Моя тетушка Ирла не так глупа, как о ней думает высший свет, но я нисколько не сомневаюсь, по части хитрости и вероломства, вы далеко обошли обеих своих сестер. По крайней мере, и Ирла, и Саирла вышли замуж за тех, на кого вы им указали и всю жизнь служили вашим интересам. Я уверена, даже ваша матушка, которая правила Ургородом в то время, невольно играла на вашей стороне. Иначе она никогда не позволила бы истинной Наследнице стать герцогиней Бокрей. Она знала, чем это грозит роду. В отличие от вас... полагаю в ту пору вы, вообще, мало верили в Богиню, считая это сказками, которые рассказывала ваша мать, чтобы удерживать женщин в повиновении.
Великая мать задумчиво смотрела на меня.
— Что ты знаешь? — спросила она ровно.
— Все, — отрезала я. — Моя свекровь оставила мне свой тайный дневник, который она записывала самые значимые события своей жизни. Даже те, о которых не было известно вам и ее мужу... Например, именно там я прочла, что Наследницей Великой матери становится та дочь, над которой сразу после рождения проведен специальный ритуал, связывающий ребенка с Богиней. И именно это дает Великой матери силы, которые позволяют ей править Ургородом.
— Чушь! — фыркнула Великая мать, — моя сестра была сумасшедшей, и все это придуманные ею бред.
— Может и бред, — пожала я плечами, — однако мой отец, его величество Эдоард Семнадцатый, тоже рассказал мне об этом ритуале. И более того, — я улыбнулась, — я воспользовалась им, чтобы выжить после побега из королевского замка. Поэтому я уверена, что герцогиня Бокрей написала правду. Не может быть, чтобы ей удалось настолько подробно и точно придумать то, что составляет семейную тайну королевского рода.
Я немного лукавила, ритуал, о котором я прочла в дневнике свекрови, был чуть-чуть другим. Хотя и, правда, очень похожим.
— Ты провела ритуал? — Великая мать невольно подалась вперед, а в ее голосе я услышала явное нетерпение, — но Дар твоего отца достался твоему брату!
— Верно, — я улыбнулась, — но, вероятно, это потому, что мой отец не Эдоард...
— Что?! — глаза Великой матери округлились, став размером с половину лица. Такое невозможно было сыграть.
Я рассмеялась:
— Не можете поверить, что моей матери удалось обмануть вас? Она ведь была совершенно бесхитростной и очень доверчивой девочкой. Именно поэтому вы и не сделали ее своей Наследницей. Думали Анни не потянет ту роль, которую играли вы. Ведь даже вам приходится несладко, а моя мать, сев в кресло правительницы, тут же потеряла бы его...
Великая мать больше не улыбалась. Сейчас она смотрела на меня холодно и равнодушно, но я знала это обман. Ее взгляд был слишком пристальным для человека, которому безразличны мои слова.