Власть
Шрифт:
— Ты уверена? — переспросила Банни.
— Конечно. Знаешь поговорку: за двумя зайцами погонишься — ни одного не поймаешь?
— Конечно! — Банни от восторга даже захлопала в ладоши. — Как здорово! И как это я сама не догадалась!
В этот момент откуда-то из глубины дома донесся приглушенный шум спускаемой в унитазе воды, и через несколько секунд в комнату вошел огромный негр. Он был так высок ростом, что в Дверях ему пришлось наклониться, и Мэдисон сразу подумала, что он, наверное, когда-то был профессиональным спортсменом. И не ошиблась.
— Познакомься,
— Да, — прогудел Лютер. — Только не с плечом. В матче за Кубок мне сломали ключицу.
— Как жаль! — воскликнула Натали, думая о том, какой этот парень большой, черный и красивый. — Надеюсь, теперь уже все зажило?
— Как видишь, сестренка. — Лютер ухмыльнулся и пошевелил рукой. — Правда, я уже давно не играю — теперь у меня свой бизнес. Все лучше, чем каждое воскресенье выходить на поле, чтобы там из тебя выколачивали дерь… мозги. Прошу извинить за выражение, — добавил он, ухмыльнувшись. — Джимми говорил, ты работаешь с ним на телевидении?
— Нет, это Джимми работает со мной, — ответила Натали и мило улыбнулась, подумав о том, что если ей придется когда-нибудь заниматься сексом с этой громадиной, то дело очень просто может кончиться сломанными ребрами. Только на этот раз пострадает не Лютер, а она.
— Кевин, дорогой, — сказала Люсинда Беннет, держа в одной руке бокал мартини и бутерброд с икрой — в другой, — я очень рада, что мы будем сниматься вместе.
Я видела все твои фильмы. Три полнометражные картины за полтора года — это очень много. Бедняжка, ты, должно быть, очень устал…
Кевин Пейдж поднял голову и, выпрямившись, слегка расправил плечи.
— Спасибо, — пробормотал он. «Пожалуй, — подумал он про себя, — нужно будет срочно переговорить с Фредди». Теперь, когда Кевин увидел Люсинду Беннет во плоти, ему стало совершенно ясно, что она слишком стара, чтобы играть с ним в одной картине. Рядом с ней он будет выглядеть нелепо и смешно.
— Эй, Фредди, — сказал он, поворачиваясь к агенту, — я хочу поболтать с тобой об одном дельце.
— Попозже, ладно? — откликнулся Фредди и, взмахнув рукой, вышел в коридор. Только что приехала Эриэл Шор, и ему нужно было ввести ее в курс дела до того, как появится Макс.
Тем временем Макс Стил в ярости метался по своей роскошной квартире. Он только что разговаривал по телефону с Ингой.
— Я, возможно, опоздаю к твоему другу, — сказала она, старательно выговаривая каждое слово, отчего ее акцент буквально резал слух. — Поезжай один, а я постараюсь к тебе присоединиться.
Она постарается! Да что эта дурища, с крыши упала, что ли?! Макс никак не мог поверить, что слышит это на самом деле. От того, как пройдет сегодняшняя встреча Инги с влиятельными представителями киноиндустрии, зависела вся ее дальнейшая карьера актрисы, но эта глупая
— В чем дело? — резко спросил он. — Почему ты не можешь приехать вовремя?
— По личным обстоятельствам. «Дура! Дура! Дура! — подумал Макс в бешенстве. — Кем ты себя вообразила, корова ты этакая?»
— Знаешь, — сказал он в трубку, едва удерживая себя в руках. — Дело, конечно, твое, но я бы советовал тебе отменить все «личные обстоятельства»и поехать на прием к Фредди. От этого может зависеть, как скоро ты получишь свою роль.
«И получишь ли вообще…»— вот что означали его слова.
— Я постараюсь, — снова повторила Инга, и от ее небрежного тона Макс чуть не подпрыгнул до потолка.
И вот теперь из-за этой суки Макс должен был ехать к Фредди один. Проклятие! Завтра весь город будет знать, что какая-то скандинавская корова обвела вокруг пальца самого Макса Стила…
Глава 19
Джимми Сайке носился по всему дому и, войдя в роль радушного хозяина, без конца смешивал коктейли, шутил и сверкал своей невероятной улыбкой. Банни была занята тем, что показывала фотографии их с Джимми детей зашедшим на огонек соседям, жившим через дом дальше по улице. Это была очень милая и дружелюбная китайская пара, однако общаться с ними было довольно трудно, ибо их английский — особенно после порции «Маргариты»— был несколько невнятным.
Что касалось Натали, то она вцепилась в Лютера всеми коготками, и, судя по всему, они отлично поладили. Это, однако, нисколько не обрадовало Мэдисон. «Лучше бы я осталась дома — там я по крайней мере могла бы работать, — подумала она в сотый раз. — Кой черт принес меня сюда? Это не моя компания и не моя вечеринка. Нет, я, конечно, не против знакомства с новыми людьми, но в Нью-Йорке у меня предостаточно приятелей. Нет никакой необходимости заводить новые знакомства и здесь. Да и разговоры про детей и кроликов — не моя стихия».
И Мэдисон решила про себя, что сразу после гастрономической части вечеринки она возьмет машину Натали и уедет. Судьба подруги ее не беспокоила — она знала, что Лютер будет только рад подвезти Натали до дома.
— А это — последняя фотография Блэки, — с гордостью объясняла Банни. — Такого милого пуделечка вы, наверное, еще никогда не видели. Он… он умер в прошлом году. — Тут ее нижняя губа жалобно задрожала. — Я до сих пор по нему скучаю.
— Хочешь еще «Маргариту», Мэд? — предложил Джимми, совершив очередной круг по комнате и снова подходя к Мэдисон. — Мы ждем только моего брата, а он всегда опаздывает.
— Что ж, пожалуй, — неохотно согласилась Мэдисон, идя следом за Джимми к бару.
— Впервые в Лос-Анджелесе? — поинтересовался он, беря у нее пустой бокал.
— Нет, я была здесь уже несколько раз.
— Наверное, тебе приходится много путешествовать, — заметил Джимми, включая электрический шейкер.
Мэдисон молча смотрела, как в пластиковом контейнере медленно вращается тягучая холодная жидкость.
— Натали сказала, что вы недавно переехали из Денвера, — сказала она наконец.