Властелин Севера

Джасим Фарид

— Что ж, мы все равно вам очень благодарны, — сказала она после некоторого молчания, — скоро мы вернемся сюда, и тогда взвоет вся карликовая порода, когда эльфийские стрелы пронзят их тела, а спины их вождей украсят кровавые орлы.

Вульф хотел было спросить, когда они планировали осуществить набег на земли карликов, но вдруг подскочил, как ужаленный.

— Постойте-ка, — взволновано сказал он, — Вы сказали, карлики вторглись в ваши земли?

Эльфы кивнули.

— Карлики отсюда, из Темного Альфхейма?!

— Да, это так, — ответствовал

Альфир, немного удивленный волнением, с которым Вульф задавал вопросы.

— Значит и они в состоянии открывать врата, разделяющие миры! — воскликнул Вульф.

— Не все, конечно, — поправила его Альфина, — но многие их колдуны способны на такое. Для нас, эльфов, это также не составляет особого труда. Я сама, к примеру, могла бы это сделать, не наложи Фьялар на меня своих заклятий.

— Ты колдунья?! — удивился Сигурд.

— И ты можешь открыть врата в Мидгарт? — Вульф даже приподнялся от волнения.

Эльфийка кивнула, слегка смущенная таким бурным допросом.

— Я могла бы, но на мне заклятья Фьялара, — сказала она.

— Фьялар мертв! — сказала ей Сигрун. — И с ним исчезли его чары. По крайней мере, одно из них.

— Да нет, раз уж он мертв, значит, и все его колдовство ушло вместе с ним, — обрадовано произнесла Альфина, и в первый раз за долгие месяцы ее лицо озарилось улыбкой. — Значит, мы скоро сможем вернуться домой! Но мне понадобится кое-что для такой серьезной волшбы. Это, прежде всего сила — мне нужно отдохнуть и вернуть себе магические силы. А также некоторые предметы…

— Ты сможешь вернуть нас в Мидгарт? — спросил Вульф.

— В Мидгарт?

Эльфийка задумалась, а ее брат спросил:

— Как же вас угораздило очутиться тут, в этом проклятом мире?

Вульф рассказал им о кознях ётунов и о том, как те забросили их в Темный Альфхейм, как они повстречали колдуна Винки, который оказался братом Фьялара, а также о том, зачем они проникли в его замок.

— Так значит Кровь мудрейшего Квасира у вас? — с удивлением спросил Альфир.

Вульф гордо кивнул, а эльфы ошарашено переглянулись, словно не верили своим ушам. Некоторое время они смотрели друг другу в глаза, после чего Альфина повернулась к Вульфу и тихим, дрожащим голосом произнесла:

— Вы не понимаете, ЧТО оказалось в ваших руках!

— Это древняя реликвия Асов и Ванов, — ответил Вульф.

— Реликвия, говоришь? — Альфина начала задыхаться от охватившего ее волнения, — Это божественная влага! — воскликнула она, — В ней — частицы богов и богинь, в ней частицы их могущества. Любой самый жалкий знахарь способен стать полубогом, испей он хоть каплю этой Крови! Там столько сейдра, что…

Альфина запнулась, пытаясь выдумать подходящее сравнение, а Альфир сказал:

— Это почти что, и есть сам сейдр в его чистом виде!

— Ну и ну! — пробормотал Вульф, качая головой и глядя на своего брата. Ему и в голову не приходило, что Кровь Квасира могла обладать такими свойствами и быть столь важной для колдунов. Теперь ему

стало ясно, почему она была так нужна Галару, и почему она взывала к нему, Вульфу, каким-то необъяснимым чувством, которое невозможно было сравнить ни с каким другим. «Пожалуй, я слишком поторопился, собравшись отдавать Кровь этому лжецу», — подумал он.

— Что ж, теперь уж Галар точно ничего не получит, — решил он.

— Ни в коем случае! — поддержал его Альфир. — Эта вещь слишком ценная, чтобы отдавать ее в руки такому отвратительному созданию, как Галар. Уж он-то точно не станет использовать ее в благих целях.

— Если я получу одну лишь единственную каплю этой Крови, то я смогу в течение ближайшего месяца ходить из мира в мир, как будто из дома в дом, — заявила эльфийка. — И вы все сможете отправиться в Мидгарт прямо сейчас!

Собравшиеся вокруг воины возбужденно загалдели, обрадованные такой возможностью, а Вульф в раздумье посмотрел на Сигурда, а затем на Сиггейрера и, в конце концов, его взгляд остановился на Сигрун.

— Сигрун, прошу тебя, сбегай за кувшином.

В иной ситуации девушка ответила бы каким-нибудь резким замечанием на подобное поручение, но сейчас она не заставила просить себя дважды и скрылась за рядами взволнованных воинов, которые столпились вокруг Вульфа и эльфов, вслушиваясь в каждое их слово.

— Сначала мы отправимся в Мидгарт, — сказала Альфина, — Я должна отблагодарить вас за наше спасение. Ну, а оттуда мы с Альфиром вернемся домой.

— Да, — сказал Альфир, — там нас уже заждались. Мы успели разослать гонцов по всему материку перед тем, как враги напали на наши земли. Так что теперь, я думаю, нам удастся собрать войско достаточное большое, чтобы вернуться сюда, в этот проклятый мир и совершить то, что уже давно должно было свершиться.

— Мне кажется, — сказал Сигурд, — что атака карликов на Светлый Альфхейм и вторжение троллей и великанов в наши земли как-то взаимосвязаны. Оба нападения произошли примерно в одно и то же время.

— Да, такое не исключено, — ответила на это Альфина, и ее серебрянное лицо омрачилось думами о напрашивающихся выводах.

Вульф хотел было высказать свои соображения по этому поводу, но замер на полуслове, когда увидел растерянное лицо Сигрун, которая подошла к костру, где сидели вожди и эльфы, и остановилась. Ее руки дрожали, а маленькие глазки блестели в свете костра.

— Что случилось? — насторожился Вульф и тревожные мысли поскакали в его голове одна за другой. Все затихли, ожидая ответа Сигрун.

— Кувшин… — дрогнувшим голосом промолвила она.

— Что? — хором вскричали Вульф и Сигурд, вскакивая на ноги.

Альфина подошла к ней вплотную и взяла ее за руку.

— Что случилось с кувшином? — твердо спросила эльфийка.

— Он исчез, — выдавила Сигрун.

На поляне повисло трагическое молчание, нарушаемое лишь шумом ветра в ветвях деревьев, да шелестом листвы. Откуда-то издали донеслось уханье совы.