Властелин
Шрифт:
– Ты знаешь, что это такое, Бельзедор? – торжествующе произнес Гальвени. – Это серп Гильфаллерии! Адамантовый серп! Он выкован из металла, для которого не существует бессмертных! Вся твоя сила, все твое могущество бессильны перед этим серпом!
– В самом деле? – приподнял бровь Бельзедор.
– Сейчас ты сам в этом убедишься! Я пытался уговорить своего… ученика воспользоваться этим оружием, но этот прекраснодушный идиот заладил, что не желает ничего, кроме своего меча! Серп-де – неподходящее оружие для воина!
– А почему именно серп? –
– Почем мне знать? – пожал плечами Гальвени. – Это очень древняя реликвия.
– Так это не ты его выковал?
– Я адепт Ингредиора, – холодно ответил Гальвени. – Я не кую оружие. Но это не помешает мне им воспользоваться! Сейчас я убью тебя и займу твое место! И уж после этого я не повторю твоих ошибок! Я создам империю, рядом с которой твоя покажется крохотной деревенькой! Я буду править всем миром! Я стану новым Колдующим Императором! Я… я…
Волшебник буквально задыхался от переполняющих его амбиций. Он всеми силами старался, чтобы Бельзедор понял, насколько велик его будущий убийца, насколько могуч тот, кто займет его место. И Драммена Гальвени ужасно огорчало, что лицо Темного Властелина оставалось каменно-невозмутимым. Он не проявлял не то что страха – даже тени волнения.
– Умри!!! – взревел Гальвени, делая шаг вперед.
И тут его схватили за руку. Позабытый всеми герой, имени которого Бельзедор так и не узнал, перехватил запястье волшебника и возмущенно воскликнул:
– Наставник, что ты такое говоришь?! Как ты можешь такое говорить?!
– Отпусти, – процедил Гальвени, глядя на бывшего ученика как на дохлую мокрицу.
– Нет! Я не согласен! Это… это неправильно! То, что ты делаешь, – неправильно! Ты совсем не этому меня учил!
– Докучливое насекомое, – чуть слышно прошипел волшебник. – Ты что, все еще не понял, что был просто инструментом? Ты мне больше не нужен.
Драммен Гальвени чуть заметно двинул бровью, и голова несчастного юноши… взорвалась. Во все стороны брызнула кровь и мозги, а обезглавленное тело какую-то секунду постояло неподвижно и мягко завалилось набок.
Несколько капель крови попали на щеку Бельзедора. Тот пристально посмотрел на мерзко хихикающего волшебника, напрягся, резко развел руки… и волшебная клетка сломалась. Освободившийся Темный Властелин шагнул вперед, нагибаясь за источающим мрак клинком…
Драммен Гальвени хохотнул и вскинул руку. Бельзедора ударило невидимым тараном – он отлетел назад, складываясь пополам, и ударился всем телом о парапет. Гальвени осклабился, и одновременно с его улыбкой Бельзедора подбросило в воздух, поволокло в одну сторону, в другую, вынесло за пределы крыши и продолжало болтать, стискивая невидимыми клещами.
В левой руке Гальвени держал адамантовый серп. Вот он разжал пальцы – серп медленно поднялся в воздух, повинуясь воле чародея, и поплыл к Темному Властелину.
В тронном зале принцессы в ужасе глядели на Всевидящее Око. Они буквально тряслись от гнева, слушая напыщенную речь Драммена Гальвени, – а теперь исходили тревогой
– Господин управляющий, помогите же ему! – вскричала наконец Дарен. – Лорд Мерзопак, лорд Фекалий, леди Гульгамба?! Почему вы все просто сидите и смотрите?!
– Это бой нашего Властелина, – пробасил Кромбах. – Мы не смеем вмешиваться.
– Но он может погибнуть! – плачущим голосом воскликнула Ньенна.
– Властелин погибал уже много раз, – улыбчиво напомнил дедушка Мерзопак.
– Но в этот раз все по-другому! В этот раз он может погибнуть окончательно!
– И тем не менее вмешиваться мы не смеем, – вздохнул управляющий. – Властелину достаточно сказать слово – и ему на помощь придут сотни верных приспешников, армия агентов Зла, драконья эскадрилья, орды чудовищ и несокрушимые Легионы Страха. Но сейчас у Властелина всего один противник – и он скорее умрет, чем примет чью-то помощь. Это опозорит его.
– Опозорит?! – взревела Дарен. – Да что за кирню вы тут несете?! Он же Темный Властелин!
– Но он им не родился.
Бельзедор неотрывно смотрел на приближающийся серп. Он постарался вспомнить то ощущение в подвале гарийского дворца, когда он превратил стражников в тараканов. Сейчас он полностью сосредоточился на серпе и мысленно толкнул его. Бельзедор вложил в этот толчок всю волю, всю энергию…
И серп отлетел назад. Он вонзился в стену по самую рукоять и застрял там.
Гальвени пораженно вздрогнул. Теперь Бельзедор смотрел прямо на него – и было в этом взгляде что-то такое… Испуганно сглотнув, Гальвени резко опустил руку.
Бельзедор почувствовал, что падает. Да не падает, летит. Летит со страшной скоростью, словно выпущенный из катапульты. Неумолимо приближается каменный мост…
Секундой спустя Бельзедор шваркнулся о камень головой. Его сознание померкло.
Глава 31
Удар был воистину страшным. Драммен Гальвени шарахнул Бельзедором о камень, как кузнецы бьют молотом о наковальню. На какую-то секунду Темный Властелин даже потерял сознание – но секундой спустя его глаза открылись.
В них с бешеной частотой мелькали картины. В ушах неслись звуки и слова. Голова с невероятной скоростью наполнялась знаниями, находившимися там все это время, но закрытыми какой-то заслонкой.
Теперь эта заслонка сломалась, и перед Бельзедором проносилась вся его прежняя жизнь.
– Война людей и симов длится уже полвека. Когда она наконец закончится?
– Кто может сказать наверняка? Смертные встревожены. У них нет ориентиров. Простые умы привыкли делить мир на добро и зло, на черное и белое. Им нужен враг – нужен тот, кого можно обвинить в своих бедах, в кого можно кинуть камень. Они ищут врага – и находят в первом встречном.