Властитель
Шрифт:
– Но почему Бог не может вмешиваться в жизнь людей, которых он создал? – неожиданно заинтересовался я.
– Видите ли, полное могущество совершенно по сути. Богу нет нужды вмешиваться в функционирование своих творений по той же причине, по которой человека не заботит количество отраженного Луной света. За этой механикой следят другие силы. Я не очень понятно объясняю?
– Да нет, – неуверенно сказал я, – совершенный создатель создает только совершенство, поэтому и не вмешивается…
– Вы отлично уловили суть…
– Но если ему хочется вмешаться? – перебил его я.
– Тогда
Между тем исчез потолок, и над нашими головами заскользили живые ленты светильников, близким сиянием затмевая проявившиеся на небе звезды.
Подошла Катенъка, послушала мужа и, как и в первый раз, запомнившийся мне очень ясно даже не фактом, а общим впечатлением чего-то задушевного, воспоминанием какой-то дружбы, прислонилась к моему плечу всем телом. И так же, как и в первую нашу встречу, муж слегка подвинул ее, чтобы не заслоняла собеседника.
Звон колокола известил о прибытии Премьер-Министра, вместе с супругой спустившегося по пологой лестнице к нам, подданным. Светильники толпой поспешили к высоким лицам, если можно так сказать. Я узнал подтянутого худощавого Кравцова Владимира Алексеевича и супругу его, Марию Ильиничну, насколько я помнил.
Народ восторженно встречал правителя, а я ждал аудиенцию, незамедлительно состоявшуюся.
– Очень рад, господин Волков, встретиться с вами. Мария, это Сергей Владимирович Волков, наш скромный герой. Познакомьтесь, моя супруга Мария Ильинична.
Затем последовал обмен вроде бы случайными фразами, следствием которых стало раздвоение Правителя и жены его, причем одна их ипостась удалилась, а с другой – реальной или фантомной? – мы сели за вовремя обнаруженный столик, уставленный бокалами и напитками.
Как и прошлый раз, несмотря на яркую освещенность, наш столик не привлекал внимания затененных людей-силуэтов.
– Вы, конечно, понимаете, зачем вас пригласили сюда, – осторожно начал красивый и породистый Премьер.
– Понятия не имею. Может, потому, что очень похож на Орлова? Нас все на каторге путали.
– О! – ответил Кравцов, а жена подтвердила взглядом: О!
– К сожалению, Николай не смог дожить до этого дня. Мы так надеялись, мы так его любили, – вставила Мария Ильинична.
– Я уверен, – вежливо подтвердил я.
– Но пригласить вас заставило не только внешнее сходство. Вернее, не столько внешнее сходство… – тихо сказал Премьер.
– Что же еще?
Не имея на то никакого желания, я, как в болоте, тонул в куртуазнейшем политесе.
– Мы опасались, что ваше исключительное сходство с Орловым, я бы даже выразился – вызывающее сходство, может заставить некие силы предпринять ряд действий. Нам бы не хотелось, чтобы с вами случилось несчастье.
– Правильно ли я вас понял, что мне угрожают некие силы?
– Откуда же нам знать, – воскликнул Кравцов, крайне удивленный. – Мы можем только предполагать,
– С учетом того, что время от времени со мной происходит, наверное, стоит прислушаться к вашим словам.
– Только этого мы и хотим. Да и согласитесь,
– Надеюсь, вы верите? – спросил я.
– О нас и речи не может быть. Если бы дело обстояло иначе, вас бы не пригласили. Одно дело Орлов, осужденный за убийство главы государства, другое дело вы – просто гражданин. Вас как гражданина можно пригласить сюда, Николая Орлова – увы, нет.
– Да, если бы двойника не было, его надо было бы придумать…
– Вы признаетесь?.. – быстро спросил Кравцов.
– В чем?
– Извините, я отвлекся. Действительно, в чем вам признаваться. Отпечатки пальцев, сетчатка глаз – все неопровержимо свидетельствует… Но…
Премьер-Министр отвернулся и некоторое время смотрел на мельтешение множества черно-белых силуэтов вокруг. Мария Ильинична благожелательно разглядывала меня поверх бокала.
– Я вынужден вновь вернуться к началу нашего разговора. Если мои подозрения верны, то силы, которые могут вам угрожать, превосходят некую меру… Нам трудно будет силами полиции обеспечить вашу безопасность,
– Ну что вы, – усмехнулся я. – Да кому я нужен. Разве что реальным убийцам вашего предшественника.
– Я бы не стал так говорить, – возразил Премьер-Министр. – Просто у Николая было много недоброжелателей. Могущественных, – многозначительно добавил он.
– Например?
– Далеко ходить не надо. Вот, если хотите, известный вам Мамедов, которому вы так лихо съездили по физиономии. Вот хотя бы он. Это очень и очень опасный человек. И крайне могущественный. Его Магический квартал – это так, игрушки. Настоящая резиденция находится на планете под названием "Сад наслаждений". Вы знаете, каков туда поток туристов? Отбою нет
– Сад наслаждении? В Магическом квартале тоже имеется такой Сад, кажется.
– Верно. Уменьшенная модель планеты. А другие миры? По данным, которые представлены мне как главе государства, Мамедов входит в пятерку богатейших людей Империи. Он имеет заметную долю в экономике девяноста семи планет. Это о чем-то говорит, как вы думаете?
– Это говорит о том, что денег ему девать действительно некуда.
Премьер-Министр с супругой рассмеялись так, будто я отмочил бог знает какую смешную шутку.
– И все-таки, – став серьезным, сказал Кравцов, – очень надеюсь, что вы не забудете наши предостережения.
– Постараюсь, – пообещал я и вспомнил, о чем хотел еще спросить. – Вы не знаете, как мне найти Марину?
Марину? – удивился Кравцов. У Марии Ильиничны брови как-то неожиданно высокомерно прогнулись.
– Марину? – повторил Премьер-Министр – Я сам ничего о ней не слышал много месяцев. Не правда ли, дорогая? – обратился он к супруге. – Вы знаете, у нас с ней никогда не складывались отношения. Еще когда был жив брат, тогда все было несколько лучше, но потом… совершеннолетие, самостоятельность… ну, как обычно. А после вас, простите, после Николая Орлова она связалась с Мамедовым, а это ни в какие рамки… Нас это еще больше шокировало… понимаете?