Влюбленные сердца
Шрифт:
Внезапно шериф нахмурился:
— Извините, Гентри, но вы никуда не поедете. Мне ваше лицо показалось знакомым, и я наконец вспомнил, где видел вас. На плакате о розыске, который я получил несколько недель назад. Вы арестованы за ограбление банка. Я должен препроводить вас в тюрьму.
Мэг побледнела.
— Нет! Джесс врач, а не грабитель. Обвинения ложные. Мы ехали в Додж, чтобы разобраться в этом деле, но на дилижанс напали.
— Я всего лишь исполняю свой долг, мисс Линкольн. Если обвинение сфабриковано, шериф разберется. Я телеграфирую ему, но пока вынужден
— Вы не можете…
— Мэг, все нормально, — произнес Джесс, силясь успокоить ее. — Скорее всего меня отправят в Додж, куда я сам собирался. Не беспокойся, дорогая.
Все еще недовольная, Мэг послала Дюрану сердитый взгляд.
— Не сажайте Джесса в тюрьму, шериф. Позвольте ему остаться на свободе, пока не свяжетесь с шерифом Даллером. Он никуда не сбежит, я ручаюсь.
— Извините, мисс Линкольн. Я выполняю свои обязанности. Ваше оружие, Гентри.
В голове Джесса промелькнула безумная мысль: что, если пригрозить шерифу оружием и бежать? Но он понимал, что это превратит его в настоящего беглого бандита, каким провозгласил его закон. И все же безропотно подчиниться судьбе было не в его правилах. Но револьвер выхватила Мэг.
— Извините, шериф, мы не можем надолго задерживаться. Как Джесс докажет свою невиновность, если вы его посадите?
— Послушайте, мисс Линкольн, — рявкнул шериф. — Вы нарушаете закон. Если не уберете оружие, я упрячу в тюрьму обоих.
— Беги, Джесс! — крикнула Мэг. — Я задержу шерифа, а потом нагоню тебя.
Джесс шумно выдохнул.
— Ты делаешь глупость, Я однажды сбежал от правосудия и не собираюсь снова повторять свою ошибку. Я хочу увидеть своих братьев свободными, избавить себя и их от гнусного обвинения. И ничто не помешает мне сделать это. Ты остынешь и поймешь, что я прав. Эта выходка нам ничего не даст.
Мэг вздернула подбородок.
— Это даст нам возможность выбраться из города. Джесс быстро шагнул к ней и вырвал револьвер из ее рук.
— Это приведет нас обоих в тюрьму! — Он передал револьвер шерифу и, расстегнув свой ремень с кобурой, положил на стол. — Вы должны извинить ее, шериф, Мэг еще не пришла в себя после серьезной стычки с братьями Колдер.
— Я понимаю, — произнес Дюран, убирая оружие в письменный стол. — Вы получите свой револьвер, когда успокоитесь, мисс Линкольн. Пойдемте со мной, Гентри. Тюрьма у нас не ахти, но вам придется посидеть там, пока я не свяжусь с Доджем.
Тюрьмой служила небольшая пристройка за конторой шерифа. Дверь с глазком вела в пустую камеру без окон. Койка, маленький стол, один стул и помойное ведро в углу составляли скудную обстановку этой пропахшей мочой и тухлой едой камеры.
— Вы не можете держать его здесь! — взмолилась Мэг.
— Это все, чем мы располагаем. Входите, Гентри, — поторопил Дюран. — Я телеграфирую в Додж и справлюсь, что они собираются делать с вами. И потом сам доставлю вас на место.
Джесс прошел в камеру, затем повернулся и подбадривающе улыбнулся Мэг. Дверь с лязгом закрылась за ним. Дюран запер замок и положил ключ в тот самый ящик, где лежали револьверы. Ключ от
— Вы не хотите пройти со мной на телеграф, мисс Линкольн? — предложил шериф. — Мой вам совет — поищите себе комнату на ночь.
— Хорошо, идемте, — рассеянно ответила Мэг, бросая взгляд через плечо, туда, где в маленькой тесной камере сидел человек, которого она любила.
— Извините, шериф, — сказал телеграфист, возвращая бланк. — Линия повреждена. Видимо, эти краснокожие получают удовольствие, портя наши коммуникации. Потребуется несколько дней, чтобы все поправить…
— Несколько дней! — ахнула Мэг. — Значит, Джессу придется оставаться в этом свинарнике больше одной ночи?
— Отвлекитесь от этого, мисс Линкольн. Поверьте, у него там достаточно еды, не стоит беспокоиться на этот счет.
— Я хочу видеть Джесса.
— Хорошо, вы можете поговорить через решетку. В любом случае вам придется вернуться в мою контору, чтобы забрать свое оружие.
Мэг вместе с Дюраном вернулась в офис. Никогда не видела она такого бедного города: два салуна, пара лавочек, парикмахерская и баня, на втором этаже которой, по всей видимости, располагался публичный дом. Одно грязное кафе и платная конюшня дополняли этот скудный деловой центр.
— А есть здесь гостиница? — поинтересовалась Мэг.
— Здесь есть два дома, где сдают комнаты, это на боковой улочке. Один принадлежит Эгги Ронстэд. Там чисто и недорого, а кормежка — лучше не придумаешь.
— Пожалуй, я остановлюсь там, — сказала Мэг, — но сначала навещу Джесса.
Мэг вернулась к камере Джесса. Ухватившись за решетку, она вглядывалась внутрь. Джесс сидел на койке, уронив голову на руки.
— Джесс.
Должно быть, она застала его врасплох. Он поднял голову. Взгляд его был полон такого отчаяния, что у нее защемило сердце. Увидев Мэг, он выдавил улыбку.
— Мэг, зачем ты вернулась? Шериф Дюран уже послал телеграмму?
— Линия испорчена. Индейцы. Телеграф заработает только через несколько дней. Мне очень жаль, Джесс.
Джесс пожал плечами.
— Не стоит огорчаться, к этому все и шло. Найди комнату и хорошенько выспись.
Мэг прижалась лицом к решетке и прошептала:
— Позволь мне вызволить тебя отсюда!
— Нет! Я не хочу. И запрещаю тебе ради меня нарушать закон.
— Ты не можешь оставаться здесь, — возразила Мэг. — В этих нечеловеческих условиях!
— Я выдержу. — Он просунул руку сквозь решетку и погладил ее по щеке. От этого нежного прикосновения Мэг захотелось плакать. Разве это справедливо? Неужели они никогда не обретут заслуженного покоя и счастья?
— Иди, милая. И приходи утром, когда отдохнешь. Комок в горле мешал ей говорить, и Мэг просто молча кивнула.
— Я вернусь завтра, шериф, — бросила она, уходя. — Не забудьте покормить Джесса.
Мэг сняла комнату в пансионе Эгги. Комната оказалась маленькая, но чистая и светлая, а обед и завтрак входили в стоимость. По крайней мере ей не нужно беспокоиться по поводу денег, большая часть полученного в Шайенне вознаграждения еще оставалась при ней.