Вместе тоже можно...

Муравская Ирина

— Так может слезешь?

— Зачем?

Вопрос поставил Макса в тупик. Эта девица только и делает, что ставит его в тупик.

— Ну тут лавочка есть. Метров через пятнадцать.

— И?

— На ней удобнее.

— Не хочу.

— А что хочешь?

— Хочу выпить. Пошли в бар?

Капец какая странная. Хотя… богатый опыт общения с девушками-чудачками научил его принимать бабские загоны как нечто само собой разумеющееся.

— Поехали, — сам себя удивляя согласился Майер. — Знаю одно место, в минутах десяти

езды. Не боишься садиться с незнакомцем в машину?

Девушка с улыбкой протянула ему худую ручку с длинными аккуратными ноготками и золотым браслетом на запястье.

— Евгения. Можно просто Женя.

— Максим… Можно просто Максим.

Тонкая девичья кисть буквально потерялась в огромной медвежьей ладони. Рукопожатие состоялось. Неуверенное, но всё же.

— Вот уже и не незнакомцы, — заметила Женя.

Да. Ему определённо попался редкий кадр. Снова. Везёт же.

— На всякий случай уточню: ты не клофелинщица, нет?

Вопрос её позабавил.

— Как понимаю, ты меня не узнаёшь? — посмеялась она.

Хм… вопрос с подходом? Может, он обещал ей позвонить и не позвонил? Нет. Максим бы запомнил такую. Да и не в его правилах было не помнить тех, с кем он когда-либо мутил.

— А должен?

— Не знаю. Наверное, нет. Даже хорошо, что нет. В любом случае не думаю, что клофелинщица призналась бы в том, что она клофелинщица. Тебе не кажется?

Не в бровь, а в глаз, как говорится. Ну ладно. Она всё-таки просто хрупкая девчонка. Чертовски сексуальная, хоть и с чудинкой. Неужели от неё могут быть серьёзные неприятности?

— Согласен, аргумент… Так что? — Майер снова протянул ей руку, предлагая помощь. Не смотреть же, как она будет самостоятельно пробираться обратно на этих своих каблуках. — Едем?

Изящные пальчики снова утонули в чуть шершавой мужской ладони.

— Едем.

Что ж. Будет весело.

— Нет.

— Да.

— Да брось.

— Отвечаю, сам охренел.

— А он что?

— Три выбитых зуба, сотрясение, сломанный нос. Идиота кусок. Силу дали, а мозгами обделили. Пускай радуется, что не через трубочку теперь питается.

— О, моя невеста, — в какой-то момент заметил Филипп, высокий крепкий парень с чуть вытянутым лицом, тёмными волосами и слегка оттопыренными ушами. — И сюда добралась. Пива выпить нормально не даст.

Упрёк, конечно, имел больше форму шутки, потому что:

а) разговоры о мордобое ему успели наскучить;

б) «невеста» никогда не контролировала избранника, чеёко разграничивая границы личного пространства, за что и была выбрана на роль спутницы;

в) в данный момент в ирландском пабе, где частенько отдыхали друзья, её не наблюдалось вовсе. В физическом смысле точно. Зато в какой-то момент улыбчивое лицо с пышной гривой упругих кудряшек мелькнуло на экране висящей на стене плазмы, где практически без звука работал музыкальный

канал.

Две девушки, два парня, «Ящик Пандоры» собственной персоной. Молодая рок-группа, с успехом покоряющая сценические горизонты. Их треки моментально влетали в хит-парады и подолгу удерживали там лидирующие позиции. Мелодичные голоса доносились чуть ли не из каждой автомобильной магнитолы, а недавно вышедший альбом за рекордные сроки заработал платиновый статус.

Ирония, но и Максим, и его друзья хорошо знали этих ребят. Общались в своё время. Весьма тесно. Настолько тесно, что Филипп через пару недель женится на кудрявой-красотке барабанщице, а Майер когда-то был влюблён в солистку.

Во всяком случае думал, что был влюблён. Однако чем больше проходило времени, тем менее реалистичным казался этот вариант. Но чувства точно были. И окончательно не ушли, раз сейчас что-то чиркнуло в мозгу при виде знакомого миловидного личика.

Клип явно не первой свежести, потому что Нелли, та самая солистка и по совместительству девушка бас-гитариста этой же группы, тут ещё привычно стройная. Ярко-розовый корсет с блёстками без проблем прикрывал ранние сроки беременности, а вот теперь уже не смог бы. Девятый месяц так просто не спрячешь.

Забавно. Розовые декорации, сплошь кожа и металл, плюс чувственность между нашумевшей в прессе любовной парочкой, на которую и лёг упор в видеоролике — казалось бы странно, но всё весьма органично сочеталоссь с басами, динамикой и общей стилистикой. Что-то в этом определённо было. Понятно, откуда такой успех.

Макс отвернулся. Пусть прошло время, и воспоминания поутихли, но смотреть на целующихся голубков до сих пор было мероприятием такого себе качества. Не хотел, но нет-нет, всё равно невольно скашивал взгляд туда, где над барной стойкой висел другой телек, транслирующий тоже самое.

— Точно готов связать себя кандалами брака? — хмыкнул Никита, брат Филлипа. Между собой парни были очень похожи, разве что Никита отличался более низким ростом и ярче выраженной грузностью из-за частой физической нагрузки. Ну и уши у него не так оттопыривались.

— А чего нет-то? — пожал плечами Фил, игнорируя вилку и пальцами выуживая из тарелки кусочек заказанного для себя шашлыка.

— Не боишься, что конец свободе? — не унимался братец.

— Ты поэтому меняешь своих девок, как перчатки?

Никита строго пригрозил ему.

— Но-но-но. Говоришь так, будто они у меня одноразовые. Каждую я любил.

— Да мы в курсе. Вот и говорю: все уже давно сбились со счета этим твоим влюблённостям.

— Ну а я виноват, что они меня не цепляют надолго?

— И эта твоя последняя… как её, Анфиса, тоже?

— Да ну как сказать… буфера у неё, конечно, зачётные, зато какой-то дебильный юмор. Надеюсь, что юмор. А если нет, то она просто-напросто тупица. Короче, скоро тоже расстанемся.