Внедрение
Шрифт:
13 июня 2024 года.
Московское время — 14:57.
Министр обороны России сидел за конференц-столом, склонив голову над очередным отчётом о результатах работы боевых отрядов проекта «Вторжение». За его спиной располагался большой экран с картой мира. На ней отображались самые актуальные данные по аномальным зонам:
Чёрным были подсвечены все иностранные зоны. Их насчитывалось 67. Возможно, в реальности за рубежом находилось гораздо больше зон, но не все страны охотно делились
На карте Российской Федерации в данный момент отображалась информация о 117 активных зонах. В том числе были и три особенные.
В одной из них, сравнительно небольшой, находилась основная база проекта «Вторжение». Она располагалась примерно в трёхстах километрах на юго-востоке от Москвы.
Вторая точка в реальности была пятнадцать километров в диаметре и располагалась она в Татарстане. Российские власти решили отстроить в ней мощный оборонно-промышленный комплекс. Туда уже даже начали перемещать несколько ключевых заводов страны. А также готовились начать строительство новых. Именно там будут собирать оружие и технику, разработанную с применением новейших технологий. Тех, которые удалось создать во время исследований чёрной основы и осколков астероида.
А третья зона располагалась в Сибири. Там планируется возвести вторую военную базу, персонал которой будет сконцентрирован на изучении самой большой и опасной зоны в мире — в Путоранском заповеднике.
Остальные 114 точек на карте России были выделены красным цветом. Это означало, что в них сохранялась активность противника. И каждый раз, когда в окрестностях какой-нибудь из этих зон регистрировалась очередная смерть, точка тревожно подмигивала. Если внимательно смотреть на этот экран, то за час заметишь десять-пятнадцать таких подмигиваний. И это не считая тех, которые непременно пропустишь мимо глаз.
— Значит, два отряда успешно завершили свои миссии и возвращаются на базу, — негромко произнёс министр обороны после изучения документа. — Молодцы, молодцы, — затем он обратился к секретарю совета безопасности Кожину. Впрочем, больше разговорить здесь было не с кем, ведь они находились в помещение вдвоём. Остальных отпустили отдохнуть. — А основы сколько они добыли?
— В сумме 180 килограмм, — ответил тот. По его лицу было отчётливо видно, что он очень давно не спал. Возможно, пару дней. — Этого хватит, чтобы сделать иммунными первую волну строителей оборонно-промышленного комплекса в Татарстане.
— И Кудрин даже возмущаться по этому поводу не стал? — хмыкнул министр обороны. — Он же так рвался контролировать все процессы в проекте. Особенно те, которые касаются основы.
— Подполковник Кудрин сообщил, что база в данный момент не может принять новых людей, — ответил Кожин. — У него сейчас там итак аврал. Целый батальон солдат на полтысячи людей и ещё четыре сотни гражданского персонала прибыли. Всех надо кормить, одевать, койко-место организовать… В общем, зашиваются они сейчас по всем направлениям. Так что на дополнительную основу в этот раз Кудрин не стал претендовать.
— Это, конечно, хорошо, —
— Три часа назад они его выследили. Нападать, как и было установлено планом, не стали. Дождались, когда тот вернётся в свою зону и отправились вслед за ним.
Кожин замолчал, будто не хотел продолжать рассказ.
— И что дальше? — поторопил его министр.
— Они не выходили на связь уже два часа.
— Два часа? — нахмурился министр. — Для них, получается, целых двенадцать прошло, — затем он тяжело выдохнул. — Что думаете, Константин Юрьевич? Живы они ещё?
— Думаю нет, Пётр Алексеевич, — опустив глаза, ответил Кожин. — Надежда, конечно, ещё есть, но, как мне кажется, мы потеряли этот отряд.
Затем они оба замолкли примерно на пару минут. Чувствовалось, что им тяжело было работать из-за усталости и недосыпа. Да что уж там работать? Даже разговаривали они с трудом.
Первым молчание нарушил министр обороны:
— А что по поводу крота? Нашли того, кто сломал систему безопасности осколка на базе?
— Ещё нет, — покачал головой Кожин. — Но список порядком уменьшился.
Он передал министру лист с именами людей, которые сейчас были на карандаше у особого отдела базы. Тот стал вдвое короче:
Анна Степановна Бирюкова (рядовая, отряд №1)
Сергей Васильевич Воронов (рядовой, отряд №1)
Жуков Мирон Сергеевич (сержант, отряд №3)
Семёнов Остап Евгеньевич (рядовой, отряд №9)
Основной Марат Тимурович (старший сержант, отряд №12)
Королёва Мария Андреевна (рядовая, отряд №12)
Андрей Петрович Кулаков (капитан, отряд №13
— Вижу, Ларионов из списка подозреваемых выбыл, — задумался министр обороны. — А вот два бойца из его отряда до сих пор на месте. Вы уж, Константин Юрьевич, поторопите Кудрина. Он должен успеть решить этот вопрос до переброски солдат в Сибирь. А то ведь отряд Порохова, насколько я помню, первые кандидаты на эту роль. Будет нехорошо, если кто-то из них окажется предателем.
— Работаем, товарищ генерал, — вздохнул Кожин. — На это ещё есть время. Кстати, — Константин Юрьевич резко взбодрился после прочтения письма, которое в этот момент пришло на его рабочий мобильный телефон. — Только что сообщили, что резиденция для высшего руководства страны в секретной аномальной зоне уже подготовлена. Сегодня вечером сможем перенести туда весь головной офис проекта «Вторжение».
— Прекрасно, — кивнул генерал. — Наконец-то, хоть выспимся мы с тобой, как люди. И жить будем по одному времени с базой. А то у меня уже голова кругом от того, с какой скоростью у них там всё меняется.