Во тьме
Шрифт:
У него была приятная внешность. Особенно глаза. Такие умные и сочувственные – как у человека, перенесшего в жизни немало невзгод, но не разучившегося смеяться.
На вид хороший и порядочный.
Но они были едва знакомы, и она совсем не была уверена в том, что хочет узнать его поближе. Хотя он и внушал доверие, но вполне мог оказаться тем, кто стоял за всеми этими необычными записками. Более того, даже насильником и убийцей. Кто знает? И даже будучи в этом смысле вполне безобидным, мог в итоге оказаться таким ревнивцем
В общем, возможных источников неприятностей было море, не говоря уже о самом худшем.
«Хотя, – подумала она, – может, внешность у него вовсе не обманчивая».
Думаешь, это тот единственный шанс из тысячи?
–Ломтик пирога, чашечку кофе, и переходим на «ты».
Совершенно неожиданно для себя Джейн прыснула от смеха.
– Что скажешь? – продолжал Брейс.
– Что ж, а почему бы и нет.
В ресторанчике «У Эзры», в квартале от библиотеки, они сели в угловой кабинке, и Брейс вынул из салфетницы два меню, одно из которых передал Джейн.
– Не будешь возражать, если я закажу себе полный ужин? Рекомендую сделать то же самое, если, конечно, хочешь. Я плачу.
– А что случилось с тем кусочком пирога и чашечкой кофе?
Его лицо расцвело в улыбке.
– Это было лишь для красного словца. Беда в том, что сегодня я остался без ужина.
– Нарочно?
– По забывчивости.
– Забыл поесть?
К столу подошла официантка. Джейн заказала острое жаркое, запеченное в сыре. Брейс – чизбургер с беконом, мясные палочки с приправой и шипучку.
Когда официантка удалилась, он заявил:
– Ни с того ни с сего потянуло прочитать «Жеребая кобыла по кличке Хок». С тобой такое случается? Какая-нибудь книга или автор, к которым тебе всегда хотелось подступиться, и бац! – чувствуешь, что терпеть больше не в силах.
– О да. Иногда возникает необходимость перечитать «87-й участок». Или необъяснимое влечение к Трэвису Макги. А бывает, чувствую, что не усну, пока не прочту рассказ Хемингуэя.
– Правда? Необычный для женщины вкус. Но я сразу увидел в тебе настоящего книжного червя.
– Смелое предположение, если учесть, что я библиотекарь.
Брейс засмеялся:
– Рыбак рыбака... А я преподаю литературу в Доннервилльском университете. Как бы там ни было, но у меня возникло страстное желание прочесть «Жеребая кобыла по кличке Хок», поэтому я отправился в университетскую библиотеку. Их единственный экземпляр оказался на руках, поэтому я поехал по книжным магазинам: сперва в «Б.Дальтон», потом – в «Уолден-букс» – с тем же успехом. В конце концов решил зайти к вам. Удача! Хватаю книгу и в кабинку. Так и остался без ужина.
– И не заметил, как библиотека
– Я способен на неимоверную концентрацию. Что порой очень меня подводит. Например, на прошлое Рождество купил в сувенирной лавке в аэропорту роман Пола Уилсона. А собирался лететь домой, чтобы провести каникулы с родителями. Так вот, в ожидании посадки открыл книгу и присел в зале. Народу было тьма. Когда оторвался от книги – толпы и в помине не было. Самолета моего, правда, тоже. Глаза его заблестели.
– Шутишь? – изумилась она.
– Сущая правда. Такое со мной происходит все время.
– Но ведь это ужасно! – воскликнула она, еле сдерживая смех.
– Ну, все компенсируется. Например, сегодня благодаря моей маленькой странности я познакомился с тобой.
– Какая удача.
– И, должен заметить, ты намного лучше своей предшественницы.
– Вы были знакомы?
– О да. Старушка Филлис Фейвор. Какой ужас.
– Ее смерть?
– Ее жизнь.
Джейн рассмеялась.
– Как можно такое говорить?
– Ты, наверное, с ней не встречалась, да?
– Нет, но...
– Среди моих знакомых есть такие, кто носа не показывал в библиотеку из-за нее. А ведь настоящие книголюбы. В том числе и ваш покорный слуга, когда иссякло его терпение. На моих глазах люди заливались слезами от одного ее взгляда. Недобрая была женщина, мир ее праху.
– Я слышала, что она была... не очень приятной.
– На земле стало гораздо лучше после того, как она оказалась в ней.
Как ни пыталась Джейн сдержаться, но все одно рассмеялась:
– А ты мне показался таким доброжелательным.
– Мой вид сбивает с толку многих.
Подошла официантка с их заказами. Когда она ушла, Брейс поднял свой бокал шипучки со словами:
– За очаровательную мадам Библиотекаршу!
В ответ Джейн подняла свой бокал с пепси и подмигнула, поймав себя на мысли, что никому в своей жизни, пожалуй, еще не подмаргивала.
Следующие несколько минут она молча потягивала пепси и расправлялась со своим жарким, тогда как Брейс был всецело поглощен своим бургером. Он тоже ел молча и лишь изредка поглядывал на нее, иногда улыбаясь при этом. Судя по выражению лица, еда приносила ему истинное удовольствие.
Покончив с бургером, он вытер рот салфеткой и сокрушенно вздохнул:
– Хорошо, но мало.
– Может, доешь мое? – И она начала подвигать к нему свою еще почти полную тарелку, но он покачал головой.
– Надо следить за фигурой, – заявил он.
Джейн покраснела. Просто не могла удержаться. Ее собеседник был строен и подтянут – казалось, ни грамма лишнего. Если кому и следовало следить за своей фигурой, так это ей, Джейн. Это она уже давно махнула на нее рукой. До толстухи ей, конечно, было еще очень далеко, но избыточный вес и малоподвижный образ жизни излишне округлили ее формы и придали какую-то рыхлость телу.