Водопад
Шрифт:
Лефранса ему решительно не понравилась. Да, она не высказала вслух никаких претензий, но все равно так и лучилась презрением. Парень поймал себя на мысли, что с удовольствием ткнул бы вампиршу лицом в бочку с квашеной капустой. А лучше - с рыбой, м-м-м... Полностью мерзкое качество не сотрется, но утратит яркость из-за злости, обиды и, вероятно, слез. Женщины любят поплакать.
Альтвиг заглянул в свою комнату. Бросил на кровать сумку, покосился на мушиные трупики. Те все так же висели на паутине, и инквизитор начал подумывать, что они столь же древни, сколь
Присев, он попытался осмыслить более важные вещи, но почему-то начал давать мухам имена. Та, что скрючилась на боку, стала Третьей, та, что прилипла туловищем - Восьмой. Цифры парень выбирал произвольно, исходя из личных симпатий. Остальных насекомых он нарек Шестнадцатой, Пятой и Двадцать седьмой. Затем, глупо рассмеявшись, вышел в коридор. И насторожился.
Девушки разговаривали шепотом. Так, что желание прислушаться было непреодолимым.
– Полагаю, Шейну не стоит приходить, - бормотала Илаурэн.
– Я не уверена в нашем госте. Шанс, что он плюнет на инквизицию, велик, однако... он все-таки человек, и я не исключаю иной вариант - Альтвиг вспыхнет, развопится на весь форт и побежит к настоятелю, чтобы связаться с уродами вроде Еннете.
– А о моем любимом братце, - ехидно начала Лефранса, - он ничего не знает?
– Скорее всего, нет. Ребята, конечно, встречались, но Золотой Дракон не дурак и держал язык за зубами...
Инквизитор усмехнулся. Значит, Шейну? Тому самому еретику со степенью опасности "1-А"? Эльфийка глупит, считая, что парень решится ловить такого противника.
Альтвиг, не стуча, приоткрыл дверь в спальню Рикартиата. Менестрель лежал поверх одеял, закрыв локтем правой руки лицо, и напевал себе под нос переведенную другом песню.
– Я тебе помешал?
– тихо уточнил парень.
– Будет день, когда край этой дикой, пустой земли... А? Нет, не помешал. Заходи, - пригласил Мреть.
– Как у тебя дела?
– Нормально. Собираюсь... как там сказала Илаурэн... "плюнуть на инквизицию".
– Вот как?
– Рикартиат сел, с тревогой изучил друга.
– Зачем?
– Мне надоело. Можете, кстати, сбиваться в стайку с господином Эль-Тэ. Я не намерен жаловаться. Что?
– Ты видел Шейна?
– Нет. Я слышал о нем от отца Еннете. Якобы парень абсолютно неуправляем, и искать его должны не исполнители Высшего Круга, а кто-то из тройки лидеров. Наверное, Ольто. Господин Риге занят.
– Однажды Ольто уже обжегся на этом деле, - мстительно напомнил Рикартиат.
– Я начну считать его дураком, если он снова сунется к повелителю Адатальрэ.
– Обжегся?
– Ага. Ты в курсе, что Шейна держали в застенках Шатаведа? Официальная версия гласит, будто там погибли все. А неофициальная, как более достоверная, утверждает, что единственным выжившим был отец Ольто. Он поймал повелителя у Райанита и, кхм, слегка за это огреб.
Альтвиг вспомнил, как невысокий мужчина с рыжей копной волос прятал ладони в рукавах, а правую половину лица - за капюшоном.
– А-а.
– Мы могли бы потом
– У него мало друзей, с коллегами-повелителями парень не ладит. Зато любит храмовников, часто посещает дом богини Листвит и молится по утрам. Странно для человека, состоящего в связке с демоном, да?
– Немного.
– Инквизитор перестал хмуриться.
– Кстати говоря, почему они связаны? Ведь люди не нужны отродьям Нижних Земель. Разве что в качестве еды.
– Э, тут ты ошибаешься, - хохотнул менестрель.
– В Аду шэльрэ скучно, и они часто разгуливают по обитаемым мирам. Наш Создатель не возражает и не вмешивается. Я...
Он осекся, потер висок и сказал:
– Нет, ничего. В общем, демоны заключают контракты с людьми, чтобы развлечься. Ставят идиотские условия. Я знал одного мага, который велел призванному шэльрэ уничтожить лес, а тот взамен попросил поймать ему зайца. Потом они вместе его сварили, напичкали всякими приправами и съели. Побеседовали о жизни, о смерти, о магии, и демон отправился домой. Сказал звать, если еще что-нибудь понадобится. Тот маг - чуток сдвинутый, но приятный дядька, - до сих пор заявляет, что призвал одного из демонических принцев и водит с ним дружбу.
– Как его имя?
– Сулшерат. Он весьма сведущ в демонологии, но до Ишета с Виктором не дополз. А уроков они, к сожалению, не дают.
– Мы с тобой думаем об одном и том же Ишете? Из Братства Отверженных?
Рикартиат округлил глаза:
– Это кто нас так окрестил?!
– Отец Еннете.
– За что?!
– Ну, - протянул Альтвиг, - наверное, потому, что считает еретиков отбросами.
– Хэ-э-э, - умирающим голосом выдал Мреть, уткнулся лбом в свои колени и застонал.
– Господи! Где же мы так нагрешили?!
Инквизитор похлопал его по плечу.
– Успокойся. Я могу обнародовать настоящее название вашей группировки, и никто больше не станет называть вас Отверженными. Хочешь? Мне не трудно. Главное, сочинить достоверную историю о том, как я столкнулся... хм... снова столкнулся с госпожой Виттеленой, и скормить ее отцу Еннете.
– Нет, меня уже не утешить...
– всхлипнул Рикартиат. И подскочил: - Погоди! "Снова"?
Он смерил Альтвига испуганным взглядом, словно проверяя, все ли части тела на месте, и шепотом уточнил:
– Так это ты отрубил ей кисть?
Инквизитор почувствовал себя неловко.
– Я защищался.
Мреть схватился за уши:
– Она тебя убьет. Размажет по потолку, а глаза законсервирует и украсит ими лабораторию. Волосы скормит псам, дождется, пока они сдохнут на перекрестке пяти дорог, проведет там очистительный ритуал, сделает из трупов зомби и отправит их скитаться по миру...
– Она настолько грозна?
– Точно, - согласился менестрель.
– У нее особенный дар. Можно даже сказать, искусство. Телен управляет материей. Это редкий фрагмент некромантии. Люди с предрасположенностью к магии Смерти сами по себе - исключение из всех правил, но Телен... Телен - это оживший кошмар.