Воин
Шрифт:
Даже когда живот Дзирта был наполнен и его окружали пламя костра с одной стороны и теплый бок Гвенвивар — с другой, он все равно страдал от холода и чувствовал себя совершенно несчастным. В первый раз за много недель Дроу начал сомневаться в правильности своего решения покинуть Подземье, а по мере того, как отчаяние возрастало, он уже не был уверен, стоило ли уходить и из Мензоберранзана.
— Я просто жалкий бездомный бедняга, — часто ныл он в те моменты, когда его охватывала жалость к себе. — Я наверняка умру здесь от холода и одиночества.
Дзирт не имел представления о том, что происходит
Если он решится уйти, то переход через горы наверняка убьет его. Но Дзирт отметил еще одно явление, совпавшее с суровой погодой: дневные часы сократились, а ночное время удлинилось. Неужели солнце исчезнет совсем, отдав поверхность во власть вечного мрака и вечного холода? Дзирту трудно было в это поверить, и он начал измерять светлое и темное время, используя песок и пустую флягу.
Его надежды угасали каждый раз, когда измерения показывали, что солнце зашло раньше, чем накануне. Вместе с сезонным ухудшением погоды ухудшалось и душевное состояние Дзирта. Он действительно был жалким существом, исхудавшим и дрожавшим от холода, когда вдруг обнаружил, что произошел зимний солнцеворот.
Он с трудом поверил в свое открытие, ведь его измерения были не слишком точны.
Однако спустя несколько дней Дзирт уже не мог отрицать то, что показывал ему падающий песок.
Дни стали длиннее.
Надежды Дзирта возрождались. С тех пор, как подули первые холодные горные ветры, он начал подозревать о существовании смены времен года. Он видел, что медведь с большим усердием начал ловить рыбу, когда погода ухудшилась, и теперь ему стало ясно, что зверь предвидел наступление холодов и старался запасти жирок, чтобы пережить спячку.
Эта догадка и открытие изменения длины дня убедили Дзирта, что морозное запустение долго не продлится.
Однако зимнее солнцестояние не принесло немедленного облегчения. Ветер стал еще безжалостнее, и снег продолжал заваливать все вокруг. Но Дзирт снова преисполнился решимости, а чтобы сокрушить упрямого Дроу, одной зимы недостаточно.
Все произошло как будто в одночасье. Снега начали подтаивать, река освободилась ото льда, а переменившийся ветер принес в долину более теплый воздух. Дзирт ощутил прилив жизненных сил, возрождение надежд и освобождение от боли и чувства вины, чему он не находил объяснения. Он не мог понять, какие порывы охватили его, не знал, как называется это состояние и в чем его суть, но весна вовлекла его в свой бесконечный танец, как это случается со всеми существами на земной поверхности.
В одно прекрасное утро, когда Дзирт позавтракал и приготовился лечь в постель, из соседней пещеры появился его соня-сосед, сильно похудевший, но по-прежнему грозный. Дзирт с опаской наблюдал за медведем, раздумывая, не призвать ли Гвенвивар или достать саблю. Однако медведь не удостоил его вниманием. Он прошлепал мимо Дроу,
Дзирт ушел до возвращения медведя, но, к радости зверя, оставил ему последнюю прощальную рыбку. Вскоре Дроу устроился в менее глубокой и менее защищенной пещере в нескольких сотнях ярдов ниже.
Глава 12
УЗНАЙ ВРАГА СВОЕГО
Зима ушла так же быстро, как и наступила. Снежный покров становился тоньше с каждым днем, а южный ветер приносил теплый воздух. Вскоре Дзирт разобрался с каждодневными заботами; самой большой трудностью, с которой он столкнулся, был свет дневного солнца, отражавшийся от все еще покрытой снегом земли. В первые несколько месяцев пребывания на поверхности Дроу удалось приспособиться к солнцу, при свете которого он двигался и даже сражался. Однако теперь, когда белый снег отбрасывал слепящие отблески на его лицо, Дзирту приходилось трудно.
Он выходил только ночью, предоставляя дневное время медведю и другим подобным созданиям. Это не слишком волновало Дзирта: он верил, что скоро снег растает и он сможет вернуться к той же спокойной жизни, какую вел до наступления зимы.
Однажды ночью, хорошо поев и отдохнув при мягком свете очаровательной луны, Дзирт посмотрел через реку, на противоположную стену ущелья.
— Что там наверху? — прошептал он сам себе.
Хотя река стала шире из-за весеннего паводка, накануне Дзирт нашел переправу — несколько крупных, близко расположенных друг к другу камней, которые выступали из-под стремительных водных струй.
Ночь только-только наступила; луна не прошла и полпути по небосклону.
Охваченный страстью к перемене мест и испытывая душевный подъем, свойственный этому времени года, Дзирт решил отправиться на разведку. Он соскочил на берег и легко и ловко запрыгал по камням. Ни человек, ни орк, ни большинство представителей других рас Королевств не отважились бы на попытку перейти реку по мокрым, обкатанным водой камням разной высоты, сочтя это слишком сложным и опасным, но проворный Дроу справился с этим запросто.
Он достиг другого берега, беззаботно прыгая с камня на камень и совсем не думая об осторожности. Как бы изменилось его проведение, если бы он знал, что оказался на той стороне долины, которая принадлежит Граулу, великому вождю орков!
Дозор орков обнаружил карабкающегося Дроу прежде, чем он достиг середины стены ущелья. Орки и раньше изредка видели Дроу, когда тот рыбачил на реке.
Опасаясь темных эльфов, Граул приказал своим подданным держаться на расстоянии, полагая, что снегопады заставят пришельца убраться из долины. Но зима прошла, а этот одиночка-Дроу остался, и вот теперь он перебрался через реку.