Воин
Шрифт:
Мда, со стороны нехорошо получилось, а на самом деле мне просто не нужны были свидетели, которые после допроса спокойно могли бы определить во мне мага. Машинально я перестраховался, хотя по ситуации вроде бы осторожничать и не было нужно, зато помагичил без оглядки. И дело не только в нагревании железа магической энергии или обучении языку. Кроме этого я ещё ставил простенький полог молчания, не выпустивший крики за пределы погреба, вовсю пользовался магическими захватами, а также ещё некоторыми приёмами магии разума, от которых у меня и сейчас инстинктивно пробегают мурашки по спине.
Я ведь после допроса
Но вот с обратным процессом выходило сложнее. Неторопливое копирование степняки выдержали без труда, а пытаясь увеличивать скорость, я лишил разума одного пленника, превратив его в дебила, а второму отчего-то выжег мозги, переборщив с допустимым объёмом информации. Поразмыслив, я понял, что канал приёма информации у тех, кому я передаю свои знания, не нужно никогда пытаться увеличивать, потому что это может привести к очень плохим последствиям. Хорошо, что в моём первом случае с Алоной, я не спешил, иначе могло бы произойти непоправимое.
В общем, эксперименты с пленниками многое мне дали в плане развития моих способностей. Но вот с командиром действительно я сделал промах, нужно было хотя бы его проинформировать…
— Ладно, виноват, и незачем так орать! В своё оправдание могу сказать, что зрелище было малоприятное, поэтому я очень не хотел на него приглашать зрителей, — сказал я, всеми силами изобразив смущение.
— Да уж понял, — сказал мне Хагел в ответ. — Видел тела… Ты узнал что-нибудь? Или это государственная тайна? Хоть что-нибудь рассказать можешь, или король запретил?
Я недоуменно посмотрел на него, задумавшись, откуда у Хагела возникла такая агрессия, а командир усмехнулся.
— Ты меня за дурачка не держи, я уже понял, что у тебя есть разговорный амулет для связи с королём, а также то, почему ты мне об этом не сообщил. Я только хочу знать, к чему мне быть готовым. Если можешь, коротко опиши мне текущую ситуацию.
Я оскалился в ответ. Всё-таки Хагел умный мужик, приятно иметь такого командира, пусть и формального. Сумел догадаться обо всём и сопоставить все детали, хотя это было и несложно, ведь сразу после допроса я пошёл не к нему, а к себе. Тут любой может понять, что я сообщаю сведения своему начальству, быть может именно поэтому Хагел немного разозлился. Прекрасно его понимаю.
— Коротко ситуация такая: мы в заднице! — сказал я командиру.
— А поточнее? — попросил Хагел.
— Между левой и правой ягодицей, — ехидно ответил я, но, видя, что командир явно не настроен шутить, просто коротко рассказал ему, что готовится в будущем и как нам нужно действовать в дальнейшем.
После моего рассказа Хагел приобрёл вид выжатого лимона. Его лицо осунулось и постарело лет на десять. Он безнадёжно уставился перед
— Как думаешь, мы сумеем продержаться? — мёртвым голосом спросил он у меня.
— А куда нам деваться? — ответил я, размышляя, сказать ему или нет.
С одной стороны, вроде бы раскрываться не хотелось, так как ещё неизвестно, какую это вызовет реакцию, но с другой… Такое настроение командира по любому скажется на его войске, а деморализованный боец — мёртвый боец. Именно поэтому я напоследок сказал королю про уши. Как говаривал Штирлиц, запоминается последняя фраза, так что теперь Фариам будет уверен, что я справлюсь с поставленной задачей, раз перед лицом нешуточной угрозы ещё могу шутить. Теперь же мне придётся поднимать уверенность и Хагелу, иначе Город будет обречён ещё до начала нападения.
— Командир, не стоит отчаиваться, — сказал я ему. — У Города есть свой козырь в рукаве.
— Что есть? — поднял голову Хагел.
Видимо, карточных игр у них тут ещё нет, подумал я, а вслух ответил.
— Я хотел сказать, что и нам есть чем удивить кочевников.
— И чем же? — уточнил командир.
Вместо ответа, я просто поднял магическим захватом табуретку, что стояла в уголке комнаты, а потом подтянул к себе, опустил на пол и с комфортом на неё уселся. Глаза Хагела раскрылись так же, как и у меня, когда я впервые узнал о существовании такой магии. Его лицо просветлело, в эмоциях появилась надежда.
— Так ты маг? — спросил он у меня.
Я только кивнул.
— Это многое объясняет, — пробормотал Хагел. — И понятно, почему король послал именно тебя… А скажи тогда, почему ты стал мастером Рассветной Школы, ведь магам вроде тебя это просто ненужно?
Говорил же, что умный мужик! Мигом ухватил нестыковку!
— Так было нужно, — ответил я, не вдаваясь в детали.
— Ну, тогда ты прав, у Города есть шанс уцелеть… А ты сильный маг? — уточнил командир.
Я опять кивнул, так как силы в данный момент у меня просто было некуда девать, а вот умений… Будем надеяться, что в войске кочевников не окажется магов, иначе даже вся моя сила не поможет. Хагел после моего кивка прямо-таки расцвёл в улыбке. Вот таким командир мне нравится гораздо больше.
— И что планируешь делать? — уточнил он.
Я отметил, что он не поменял своего обращения ко мне, не стал пресмыкаться, что весьма меня обрадовало.
— Бить кочевников и готовиться к масштабной обороне. Больше ничего не остаётся, — ответил я.
— Добро, — сказал Хагел. — А поточнее?
— Думаю, что у нас на день-два образовалась передышка, так что её нужно использовать с толком. Во-первых, обеспечить всех бойцов оружием и доспехами, во-вторых, потренировать их с ним обращаться. После этого нужно ждать гостей, а если они не появятся, в чём лично я сомневаюсь, то отправляться малым отрядом в степь на разведку. Как я понял, в нескольких днях пути располагается один из военных лагерей кочевников, так что нужно будет навести там шороху. Короче, планы такие — нужно постепенно уничтожать малые группы кочевников, обеспечивая их пристальное внимание к Городу и выкраивая Фариаму время для подготовки. А как это получится — уже вопрос второй.