Воин

Джордан Николь

– Я не понимаю твоего упрямства. Может быть, я переоценила твой ум? Мне почему-то казалось, что тебе будет приятно видеть свой замок в полном порядке.

– А теперь ты думаешь, что, выполняя женские обязанности, сумеешь убедить меня по-настоящему взять тебя в жены и тем улучшить свою судьбу?

– Не только мою судьбу, но и людей Кларедона – и твою тоже.

Ранульф вскинул брови – он не верил, что Ариана хоть чуть-чуть думала о его благополучии.

– Замку необходима леди, – произнесла она. – А лорду необходима жена.

– Хорошие слуги могут позаботиться о моем удобстве, а плотские потребности удовлетворит

любая женщина. Зачем же мне жена?

Ариана растерялась, но всего лишь на мгновение.

– Во-первых, чтобы родить сыновей.

– В Нормандии у меня есть сыновья.

– Законных сыновей, не связанных узами рабства. Членов высшего общества. Как насчет них? Ты что, никогда не мечтал о наследниках?

– Мои желания – не твоя забота, – пробормотал Ранульф. – Думаю, сейчас твой ход.

– Мгновение назад ты требовал от меня верности, – огрызнулась раздосадованная Ариана, – а когда я ее тебе предлагаю, ты велишь мне не совать нос в твои дела!

Ранульф чувствовал ее растущее недовольство, и каким-то непостижимым образом оно его умиротворяло. Он молча пообещал себе, что уступит ей, во всяком случае в том, что касается домашних дел.

– Я знаю, что ты отлично справляешься с хозяйством, но это еще не повод жениться на тебе. Ты нужна мне только для того, чтобы сделать более приятными одинокие ночи… и дни. – И улыбнулся Ариане озорно и игриво. – Должен признать, что ты хорошо меня развлекаешь. Ты очень забавна.

– Забавна!

– Да. Меня забавляет твой характер, а острый язычок возбуждает… – Ранульф окинул ее взглядом, задержавшись на груди. – Как и твое прелестное тело. Мне нравятся дерзкие красивые женщины.

– Ты… ты… – бессвязно шипела Ариана.

Ее гнев достиг точки кипения. Она схватила деревянного слона и швырнула его в широкую грудь Ранульфа. Фигура отскочила и с грохотом покатилась по полу.

Он расхохотался, и его теплый, глубокий смех словно заполнил собой всю комнату. У этого мошенника еще хватает наглости смеяться!

Сверкая, глазами, Ариана потянулась за следующей фигурой, но Ранульф ее опередил. Он быстро обогнул стол и обнял Ариану, прижав обе ее руки к телу. Одним плавным движением он уложил ее на меховую шкуру перед очагом.

Ариана пыталась вырваться, но Ранульф с легкостью удерживал, ее. В конце концов она, задыхаясь, притихла и только сердито смотрела на него, и тогда Ранульф, глядя на нее блестящими глазами, ухмыльнулся:

– Ты бросила мне вызов и проиграла, леди. Теперь придется за это расплачиваться.

Прежде чем Ариана успела возразить, он прильнул к ее губам…

Глава 24

Ариана вздохнула, глядя на рыцарей, упражнявшихся во дворе. Даже из окна покоев она хорошо различала Ранульфа среди двух десятков одетых в доспехи и шлемы всадников. Он был самым могучим, самым заметным, самым неотразимым воином из всех. И покорил ее так же легко, как совершал свои военные подвиги.

За две недели, прошедшие после возвращения из лагеря короля Генриха, Ранульф проявлял страсть, от которой Ариана слабела и задыхалась, но просто страсти ей было мало. Она хотела гораздо большего. Теперь она не стремилась просто стать его женой, подбирая крохи внимания, она поклялась себе, что как-нибудь, так или иначе, но добьется того, чтобы Ранульф полюбил ее.

К сожалению,

она до сих пор не продумала тактику достижения своей цели. Май перешел в июнь, а Ариана так и не смогла добиться успеха в своих попытках завоевать его любовь. Ранульф оставался неуязвимым, неодолимым, обладая при этом властью вывернуть ее сердце наизнанку.

– Он относится ко мне с нежной заботливостью быка, – пробормотала Ариана себе под нос, с досадой глядя на далекую фигуру Ранульфа во дворе.

И даже его редкая нежность казалась ей подозрительной. Три дня назад Ранульф вдруг подарил ей дорогую безделушку – такой подарок лорду было бы пристойно сделать своей жене. Драгоценную брошь, чтобы закалывать накидку; это был вырезанный из оникса его герб – стоявший на задних лапах дракон с рубинами вместо глаз, с ободком из рубинов по краю броши.

Когда Ранульф преподнес ей эту брошь, Ариану омыло теплой волной радости, но потом до нее дошел смысл подарка: он заклеймил ее как свою собственность.

– Что, тебе не нравится? – спросил Ранульф.

– Нет… в смысле… она прелестна. Я очень довольна, милорд. – Но Ариана сказала неправду. Она готова была обменять все драгоценности королевства на его признание в любви.

Ариана уже хотела отвернуться от окна, как вдруг услышала рог часового у ворот – кто-то прибыл в замок. Она дождалась, пока небольшой отряд пересек подъемный мост и въехал во внешний двор. Когда она сообразила, что одна из новоприбывших – женщина, ее охватило дурное предчувствие.

Закутанная в плащ, с лицом, закрытым вуалью, женщина направила свою лошадку прямо к упражнявшимся рыцарям. Ранульф заметил ее, оставил своих товарищей и галопом поскакал к ней навстречу. Резко остановив рядом с ней коня, он, похоже, радостно приветствовал женщину. Ариана готова была отдать год жизни, лишь бы услышать, о чем они говорят, но тут женщина под вуалью низко склонилась и поцеловала обтянутые рукавицами руки Ранульфа.

Ариану пронзила острая боль, такая сильная, что она задохнулась и заставила себя отвернуться от окна. Нет, она не позволит себе делать дурацкие выводы. Наверняка есть какое-то разумное объяснение такому раболепному поведению. Многие люди целуют руки своему лорду – например, просители, ищущие его милости.

Безуспешно пытаясь подавить клубок дурных предчувствий в душе, Ариана спустилась в большой, зал, куда как раз входили вновь прибывшие.

Один из младших рыцарей Ранульфа тотчас же подошел к Ариане вместе с женщиной.

– Миледи, позвольте представить вам Лейлу из Акры, вызванную по приказу лорда Вернея. Лорд просит, чтобы вы устроили ее в отдельной комнате.

Акра в Святой земле? Верней в Нормандии? Отдельную комнату? Обрывки мыслей мелькали в голове Арианы, и она с трудом смогла сосредоточиться. Отдельные помещения предоставляли только гостям самого высокого ранга, потому что комнат в замке было мало, а людей – несколько сотен. Но тут Лейла подняла вуаль, и у Арианы захватило дух от ошеломляющей красоты женщины. Было очевидно, что Лейла с Востока – с глазами, как терновая ягода, густыми черными бровями и ресницами, пухлыми, красными, как рубин, губами и золотисто-смуглой кожей, которая как будто светилась. Роскошная и чувственная, она обладала фигурой, могущей соблазнить любого мужчину… особенно такого, как сладострастный, сластолюбивый, бездушный Ранульф.