Воины Света
Шрифт:
— Скорее, казни, — поправил Тино. — Как заметил Карс, люди погибли в разное время и в достаточно молодом возрасте. Первые найденные трупы оказались без пут, значит, несчастные сумели от них освободиться и уйти значительно дальше. Беднягам, которые попадаются нам сейчас, повезло меньше. Ничего не видя вокруг, унимийцы падали в пропасть или умирали от жажды.
— Какая ужасная смерть, — причитал Вацлав. — Бродить сутками по раскаленным камням, мучаясь от жары, боясь в любой момент сорваться в бездну. Только изувер мог придумать столь изощренное наказание.
— Не
Спорить с русичем никто не стал. Вид изуродованных трупов действовал на них угнетающе. Совсем не так земляне рисовали себе предстоящую встречу с унимийцами.
Сейчас группа словно шла по окровавленному лезвию топора. Повсюду лежат мертвецы, а палача нигде не видно. Поневоле задумаешься о собственной судьбе. Правосудие слепо и иногда рубит с плеча.
Темп движения резко упал. Причин тому было несколько. Во-первых, высохшие мумии теперь попадались через каждые два-три километра. Когда цифра перевалила за сотню, путешественники сбились со счета. Судя по всему, плато использовалось по данному назначению уже не одно десятилетие.
Во-вторых, пустыня быстро менялась. Скалы, нависающие над океаном, значительно понизились. В трещинах и расщелинах отчетливо виднелся зеленовато-бурый мох.
Безжизненная равнина заканчивалась. Еще немного, и отряд выйдет на плодородное побережье. В подобной ситуации надо соблюдать предельную осторожность.
Но главной проблемой являлась вода. Ее запас почти иссяк.
Канистры пусты, а во флягах осталось примерно по пол-литра на человека. В последние дни живительную влагу приходилось постоянно экономить, и это сразу сказалось на силах людей.
Избавляясь от лишнего груза, воины с трудом передвигали ноги. В одном из тайников наемники спрятали боеприпасы. С собой взяли лишь по два магазина. Для хорошего боя — сущий пустяк. Губы землян потрескались, язык высох, а потому разговаривали они очень редко.
На шестой день после привала путешественники достигли каменистой гряды, простирающейся далеко на север.
Судя по карте, здесь начинались горы, которые тянулись вдоль Миссини на тысячи километров. Надо признаться честно, создатель в южном районе Унимы явно перестарался.
Идеально ровное, сглаженное ветром плато неожиданно превращалось в груды хаотично нагроможденных камней. Пока глыбы невелики по размеру, но воины прекрасно видели, что постепенно горы повышаются. На западе это будет уже довольно серьезное препятствие.
К счастью, путь отряда лежал в другую сторону. Наемников тянуло к океану.
Сириус уже почти скрылся за горизонтом, и на раскаленную пустыню опустились сумерки. Температура воздуха стремительно падала. Дышать стало гораздо легче. Но очень скоро ночной холод доставит землянам немало проблем. Согреться и выспаться изможденным голодным людям нелегко.
— Что будем делать? Воды лишь на один день. Лично я измотан до предела. Еще один такой переход, и дальше пойдете без меня. Не хочу быть обузой…
— Не говори чепуху! — мгновенно возразил Олесь. — Мы никого здесь не бросим. Стоит кому-то сдаться, отказаться от борьбы, и он покойник. Законы пустыни суровы и безжалостны. И все их прекрасно знают. Группа не разделится, даже если будем преодолевать в сутки по десять километров.
— А что если мне двинуться вперед? — предложил вождь. — Сил достаточно. Я найду воду, наполню фляги и вернусь обратно. Много времени это не займет. Судя по количеству мертвецов, отряд недалеко от жилых мест.
— Вот именно, — горько усмехнулся русич. — Ты подумал, как в поселении встретят мутанта? В Аусвиле, например, его бы растерзали на куски. Где гарантия, что унимийцы не испытывают столь же «теплые» чувства к представителям иных ветвей человеческого рода. Есть и еще одна проблема…
— Какая? — поинтересовался Воржиха.
— Мы никогда не затрагивали эту тему, а не учитывать ее нельзя, — вымолвил Храбров. — Приводя приговор в исполнение, палач должен быть уверен в свершившемся возмездии. В противном случае смысла от казни нет. На плато лежат тысячи трупов. Почти наверняка те, кто сумел освободиться от пут, уходили на запад, к Миссини. Только там они могли надеяться на спасение Несчастным предстояло преодолеть около четырехсот километров. Вряд ли кто-нибудь достиг цели.
— К чему ты клонишь? — непонимающе произнес Вацлав.
— К тому, что с юга нас никто не ждет, — ответил Храбров. — Для унимийцев плато запретная зона, место изгнания, люди отсюда не возвращаются. Но поставьте себя в положение приговоренных. Человек разорвал веревки, снял повязку и задумался о своей судьбе. Куда идти? В каменной пустыне выжить невозможно. И тем не менее, тасконцы идут вглубь мертвой территории. Почему? Ведь вернуться назад и тайком пробраться в родной город гораздо проще…
— На границе надежная охрана, — догадался Тино.
— Правильно, — кивнул головой Олесь. — Судя по всему, наказывают за такую попытку крайне сурово, раз люди решаются на отчаянный переход. Без питьевой воды у них нет ни единого шанса.
— Думаешь, нам тоже угрожает опасность? — уточнил Карс.
— Не знаю, — вымолвил русич. — Группа слишком мала, и нас могут принять за преступников. Я боюсь, соответствующие меры будут приняты раньше, чем мы сумеем прояснить ситуацию. Но если даже этого не произойдет, надо подготовить хорошую легенду. Просочиться незаметно, смешаться с толпой и выдать себя за обычных путешественников вряд ли удастся. Ситуация, к сожалению, безвыходная. При любом исходе отряду не избежать тщательной проверки. Объяснить наше присутствие на плато не так просто. Местные жители уверены, что оно непреодолимо.