Воитель

Дуглас Кристина

Она больше не была в Шеоле. Он осознал это с чувством ужаса. Она исчезла, и, следовательно, кто-то — какой-то ангел — забрал её. Он тяжело приземлился, целеустремлённо двигаясь через пристройку. Ему потребовалось несколько секунд, чтобы одеться, и он уловил её запах, их запах на своих простынях. Она пахла жасмином, и он выругался, направляясь к её комнатам.

Конечно, её там не было. Но все вещи остались на своих местах, ничего не было взято. Она не переоделась, не поела, даже не приняла душ. Вообще-то, она даже не была здесь

с тех пор, как ушла от него — он бы понял это, почувствовал, если бы она вернулась. Если бы она двигалась по комнате, он почувствовал бы затяжной эротический аромат жасмина и секса. Он подавил желание захлопнуть за собой дверь и зашагал по коридору, охваченный одновременно яростью и паникой. На этот раз она не убежала. И он это знал. Она взывала к нему. Она была в опасности.

— Что случилось? — голос настолько напугал его, что он подпрыгнул, иррациональная надежда боролась с отчаянием.

Он обернулся и увидел Асбел, тот наблюдал за ним с озабоченным выражением лица.

— Ты не видел Тори? — требовательно спросил он, потрясённый тем, что его голос был таким грубым.

— Тори? А, ты имеешь в виду богиню. Почему бы тебе не спросить Рейчел? — предложил Асбел, кивнув в сторону берега, и Михаил выругался.

Азазель и его жена шли по берегу, держась за руки. Ему хотелось зарычать.

Рейчел была последним человеком, с которым он хотел бы поговорить. Она резко отличалась от обычно послушных жён Падших, возможно потому, что когда-то была демоном — демоном, Лилит — и Михаила всё ещё не смогли убедить, что она не нашла способ использовать свои древние силы. Кроме того, у него сложилось чёткое впечатление, что Рейчел считала себя защитницей Тори, от него же.

— Что случилось? — спросил Азазель, как только Михаил подошёл к ним.

— Тори исчезла, — он сердито посмотрел на Рейчел. — Ты помогла ей? Сделала что-то, чтобы забрать её у меня?

— Забрать её у тебя? — переспросила она. — Я думала, ты не хочешь иметь с ней ничего общего. Или есть только определённая часть, которая тебя интересовала?

Его и без того шаткий нрав вспыхнул.

— Она в беде, — отрезал он. — Её кто-то похитил. Вы имеете к этому какое-то отношение?

— Конечно, нет, — спокойно ответил Азазель. — Мы нуждаемся в ней. Нам нужно, чтобы вы сотрудничали. Мы пришли сюда, чтобы поговорить с вами обоими, попытаться убедить вас…

Меньше всего ему хотелось слышать, как Азазель говорит ему, что он должен заняться сексом. Не сейчас.

— Об этом уже позаботились, — его голос всё ещё был хриплым. — В постели и с кровью. Так где же она, чёрт возьми?

Рейчел выглядела ещё более удивлённой.

— Не думаю, что я когда-либо видела стоического архангела Михаила таким взвинченным.

Он хотел рявкнуть, но он держал себя под контролем. Азазель очень заботился о своей жене, и любое проявление неуважения могло привести к конфронтации. Сейчас у него не было времени на политику.

— Речь

сейчас не обо мне, Рейчел, — сказал он с трудом сдерживаемым голосом. — А о ней.

— О Тори, — Рейчел произнесла её имя намеренно, как удар ножом.

Конечно, она заметит, что он избегал называть её по имени.

— О Тори, — согласился он. — Её нет Шеоле.

Веселье Рейчел исчезло.

— Она должна быть.

— Её нет. Я слышал, как она звала меня. По правде говоря, именно это меня и разбудило. Кто-то забрал её, и я почувствовал, как она сопротивляется.

Азазель побледнел.

— Лучше сразу сказать Разиэлю. Он пошлёт кого-нибудь проверить ворота, но если они всё ещё целы, то никто не смог бы войти сюда.

— А что, если он уже был внутри?

Выражение лица Азазеля соответствовало его собственным предчувствиям.

— Ты же не думаешь, что среди нас есть ещё один предатель!

Михаил даже не понял, что Асбел всё ещё с ними, пока он не заговорил:

— Вполне возможно. Если уж на то пошло, я ставлю на Метатрона. Она унизила его в тренажёрном зале, и он никогда не дружил ни с кем из Падших. Я думаю, он сделает всё возможное, чтобы вернуться к Уриэлю.

— Как кто-то может хотеть вернуться к Уриэлю? Он ублюдок, убивающий душу, — запротестовала Рейчел.

— Он может уничтожить не только её душу, — сказал Михаил. — Ты прав, Асбел. Метатрон был его главным ангелом на протяжении тысячелетий, и он самый вероятный подозреваемый. Если он приведёт богиню в Тёмный Город, полагаю, архангел позволит ему остаться.

Кровь отхлынула от лица Рейчел, сделав её призрачно бледной, такой Михаил не видел её с тех пор, как они принесли в Шеол её изломанное тело — изломанное Тёмным Городом. Неудивительно, что она оцепенела, не вымолвив ни слова. Ей удалось сбежать, но не раньше, чем у них появился шанс помучить её.

Вмешался Асбел:

— Почему вы решили, что Тори унесли в Тёмный Город? Может быть, кто-то просто сжалился над ней и унёс её отсюда.

Михаил сдержал приступ раздражения. Асбел всегда был тихим и скромным, и ни с того ни с сего внезапно он стал голосом разума, когда Михаил меньше всего хотел его слышать.

— Мы все знаем, что это неправда. Должно быть, она у Уриэля.

Рейчел на мгновение закрыла глаза. Лёгкая дрожь пронеслась по её худому телу, сказав ему всё, и слепая ярость сомкнулась вокруг него.

Ярость исчезла в тот же миг как появилась, и Михаил сосредоточился на Рейчел.

— Я собираюсь вернуть её обратно.

— Ты не можешь! — запротестовал Асбел. — Ты нужен здесь. Нет никакой гарантии, что её унесли именно туда, да и вообще забрал ли её кто-то. А если так… ты же знаешь, что такое Белох. Скорее всего, она уже мертва. Если ей повезло.

Взгляд, которым одарил его Михаил, заморозил бы и более выносливую душу.

— Ты говоришь мне, что я должен делать, Асбел?

Он покачал головой.