Вокан

– Зарни, доброе утро! Ну, посмотри! Опять Суседко косы тебе заплёл, – засмеялся Вокан.

– Уйди, даже брат не может входить на женскую половину,– заворчала девушка.

– Сиди уж на своей печке! Я ухожу! Косы можешь не расплетать! Итак, хороша!

И

действительно, не портили сестру «косы», что заплетал домовой Суседко. Самая красивая девушка в деревне. Стройная, гибкая, высокая. Волосы золотые, губки пухлые, глаза – огонёчки голубые. Не только внешностью отличалась она от смуглых деревенских девушек, и в работе ей не было равных: хоть шерсть прясть, хоть снопы вязать. Да и в песнях и плясках Зарни первой была. Но боялись местные парни к красавице подходить: Вокан в праздниках не участвовал, угрюмо в стороне стоял да сестру охранял. Но сам он тоже завидным женихом слыл. Красавец писаный, хозяин справный и охотник удачливый. К тому же силушкой обладал богатырской. Бывало, удивляя деревню, обхватит пять берёзовых брёвен, да перебросит шутя через местное озеро.

Откуда появились брат с сестрой, никто не знал. Пришли они в деревню, заняли крайнюю избу и зажили как все. Однако соседи долго ещё шептались: «Знающие они». Да только никто из них не заметил, что брат с сестрой колдовством баловались. Некоторые люди шептались, что чужаки умеют в зверей оборачиваться. Неделю следили за ними смельчаки деревенские, но только время зря потеряли. Вскоре брата и сестру своими стали считать, даже в избу к ним захаживали. Изба как изба, хоть и крайняя: с печкой – каменкой, полатями да лавками, щучьей головой на матице и можжевельником в углах от злых духов.

А нечистые духи в деревню заглядывали: то килу бросят,

то икоту наведут.

Но люди и к этому давно привыкли. Жили они в трехчастном мире и спасались от нечистых духов оберегами. Знали все: не надо духов сердить, а надо их уважать и подарками одаривать.

Только вот последнее время страшное в деревне творилось. Девушки молодые стали пропадать. Выйдет девушка одна на полянку или в бане задержится – и нет её. Как будто и не было никогда. Исчезли в деревне праздники. Работа не спорится, охотники без добычи возвращаются, и смеха не слышно, и плачут втихомолку.

Не берёт новый колдун ни рыбу, ни шкуры, ни хлеб. Задобрить его ничем не могут.

Закручинилась Зарни, больше не поёт песен, не щебечет с подружками, день-деньской сидит задумчивой.

–Страшно мне, Вокан. Девушки уже из дома не выходят. На кого из нас глаз положит нечистый? Кому в подземное царство готовиться? Ты, брат, самый сильный, самый умный, самый смелый? Скажи, как быть?

–Знаешь, Зарни, уходить нам из деревни надо. На Юг уходить. К теплу, к солнышку. Нет уже людям на Севере места, – отвечает Вокан.

–А как же деревня? Изба наша? Соседи? Подружки мои?

–Сильный колдун пришёл. Не чтит старые правила. Но я не отдам тебя! Обещал родителям нашим тебя беречь. Собирайся в дорогу. Как только проверю силки в дальнем лесе, так и уйдём. Народ собирает дары для чудовища. Не могут ни одного зверя поймать. Самим скоро есть нечего будет. Посмотрю, попал ли кто в силки, добычу людям отдам и уйдем. А вдруг возьмёт колдун дары? И всё обойдётся! А ты из дома не выходи. На запоры закройся и на печке сиди.

Конец ознакомительного фрагмента.