Волчье сердце
Шрифт:
— Вам не следует мне аплодировать. Ведь я тот человек, которым управляла ярость, а не разум.
Эти слова вызвали обеспокоенное бормотание у присутствующих. Малфурион посмотрел на Тиранду, которая подбадривающе улыбалась.
— Безрассудная и беспочвенная ярость, которая принесла только боль и несчастье мне, и всем тем, кем я дорожил. Эта ярость ослабила Альянс, — по выражению лица Вариана было ясно, что возражений он ни от кого не примет, — и за это я прошу у вас прощения.
Вариан редко за что извинялся, поэтому все высоко оценили этот его поступок.
— Вариан Ринн, которым управляла ярость, мертв! — заявил он. — Но умирая, он понял, что во всем был виноват только он сам! Ярость или гнев должны были быть на что-то направлены! Тогда праведный гнев смог бы защитить его семью, дом и друзей! Тогда ярость смогла бы обезопасить от его врагов все то, что он любил…
— Правильно, правильно! — восторженно прокричал Таргас Старая Наковальня. Остальные дворфы посмотрели в его сторону — им понравилась такой его реакция.
— Но теперь настало время направить эту ярость! — Продолжил король Штормграда. — Теперь от воргенов нам понадобится не только их собственная ярость и сила, но и помощь в том, чтобы безопасно и правильно освободить эту ярость в каждом из нас! Только так мы сможем победить Орду и, не побоюсь этого слова, возможно, даже самого ужасного черного дракона Смертокрыла!
Малфурион наконец-то понял, куда клонил Вариан, и согласился с этим. Тиранда приблизилась к нему и пробормотала:
— Видишь? Мы надеялись, что это сработает, и так оно и вышло.
— Ты не ошиблась, а я, по правде говоря, сомневался.
В этот момент король Штормграда сжал кулак:
— Орда уже пыталась захватить Ясеневый лес! И попытается вновь! Если мы не будем бороться, то точно проиграем! Они считают Азерот своим новым домом и по своей агрессивной натуре хотят полностью его захватить! Но мы должны показать им, что являемся достойными противниками! Мы будем сражаться против Орды и всех остальных врагов, пока снова не восстановим мирную жизнь Альянса в Азероте!
Эти слова вызвали еще большее бормотание, но теперь в нем слышались гневные нотки. Однако этот гнев заставлял всех все больше и больше соглашаться со словами Вариана, объединяя целые фракции. Верховный маг Тервош кивнул Друкану, который кивнул ему в ответ. Гелбин и гномы перешептывались между собой, они смотрели на Вариана с явным восхищением… а гномы редко так смотрели на того, кто был воином, а не изобретателем. Вариан добился того, чего хотел. Даже все три клана дворфов на какое-то мгновение объединились.
Воодушевившись их реакцией, Вариан продолжил:
— Гнев. Ярость. Именно это вы сейчас чувствуете. Как раз то, что нам нужно, чтобы стать достойными противниками Орды! Это… и кое-то еще…
Вариан кому-то у входа подал сигнал. Раздался звук горна… и заиграл гимн Гилнеаса.
Во главе с Генном Седогривом и в удивительном волчьем обличье появились воргены. Выйдя на центр поляны, на которой проводилось собрание, они разошлись таким образом, чтобы все могли их видеть.
Приложив кулак к груди
Вместо того чтобы посмотреть на него в ответ, Вариан сразу обратился ко всем присутствующим:
— Когда мы были здесь в последний раз, Верховный друид проводил голосование по присоединению Гилнеаса и воргенов к Альянсу! Сегодня я призываю вас к повторному голосованию! Вы согласны?
— Да! — прокричал Курдран.
— Да! — сразу же закричали остальные дворфы.
Поднялась величественная дренейка:
— Меня зовут Ишана. Я верховная жрица Алдоров и буду говорить от имени Пророка! Дренеи голосуют за!
Затем последовали Терамор и остальные фракции Альянса, повторяя свои прежние решения. Обнимая одной рукой Тиранду, Мафурион наблюдал за голосованием. Они не вмешивались в процесс проведения собрания; это было собрание Вариана, пусть делает то, что считает нужным.
Король осмотрел всех собравшихся, которые выжидающе смотрели на него.
— Штормград также голосует за! — торжественно объявил Вариан. — Гилнеас и воргены теперь полноценные члены Альянса!
Воргены радостно завыли. Со стороны их лагеря до собравшихся донесся такой же радостный вой.
И только Генн Седогрив молчал. Лидер воргенов с серьезным лицом стоял возле Вариана.
— Ты оказал нам честь! — заявил король Гилнеаса. — А мы в свою очередь чествуем тебя, Вариан Ринн из Штормграда! Мы чествуем героя Ясеневого леса!
Воргены и остальные присутствующие зааплодировали.
Наконец-то Малфурион оставил Тиранду и направился к королю Штормграда. Вариан с благодарностью передал слово Верховному друиду, напоследок шепнув ему:
— Когда мы приехали, дренейский гонец передал мне письмо от моего сына. Он написал мне, что когда закончит свое обучение Свету, то вернется в Штормград… — Вариан с подозрением посмотрел на Малфуриона. — Ты или Верховная жрица имеете к этому письму какое-то отношение?
— Никак нет. Уверяю тебя, что Андуин сам решил тебе написать! Пока ты мне об этом не рассказал, я ничего и не знал и клянусь, что Тиранда также ничего не знает. Она бы не скрывала это от меня, а тем более от тебя…
Король выдохнул:
— Тогда с нетерпением буду ждать его возвращения!
Вариан продолжал думать о возвращении своего сына, когда Верховный друид по-дружески похлопал его плечу и обратился к собравшимся. Однако если Вариан думал, что на этом его участь подошла к концу, то он ошибался.
— Гилнеас и воргены, добро пожаловать в Альянс! — произнес ночной эльф. — Теперь у воргенов появился новый дом — здесь, среди ночных эльфов!
Воргены завыли в знак благодарности, а послы со своей свитой снова зааплодировали.
Когда все успокоились, Малфурион продолжил:
— Также мы должны поблагодарить одного человека, который снова собрал нас вместе и который, наконец, заставил всех понять, что вопрос будущего Альянса сейчас имеет наиважнейший приоритет! Вариан Ринн, король Штормграда!