Волчьи судьбы

Якубова Алия Мирфаисовна

– Что ж, тогда поехали, – подвела я итог.

Мы вышли из дома и сели в джип Иветты. На нем в лес самое оно! Главная волчица сама была за рулем. Я могла бы ее заменить, но она куда лучше меня представляла, как и куда ехать. Так что я устроилась на заднем сидении вместе с Марго. Мельком глянула на часы – мы опаздывали на час-полтора.

Глава 43.

Пейзаж за окнами автомобиля как-то слишком быстро сменился с городского на сельский. А может я не слишком часто смотрела по сторонам. Мы неспешно переговаривались

о планах на ближайшее будущее, о том, что надо бы как-нибудь собраться всем вместе.

К моему удивлению Марго ехала молча, и вся была очень сосредоточена и напряжена, просто как струна. Я подумала, что это, должно быть, из-за ожидания того, что ей сегодня предстоит. Но я не стала пытаться ее разговорить. Нет ничего плохого в том, что она соберется с мыслями. Сейчас у нее один из самых переломных моментов в жизни. Это нужно уважать.

А джип тем временем свернул с трассы на проселочную дорогу. Под шинами зашуршал гравий, который через некоторое время сменился шуршаньем травы, – мы свернули на просеку. Значит, подъезжаем.

Едва я успела об этом подумать, как Иветта сказала, глуша мотор:

– Что-то не так!

– В смысле? – сразу насторожилась я.

– Очень тихо.

Мы прислушались. И правда, какая-то давящая тишина, нарушаемая странным шуршаньем. В едином порыве мы вышли из машины, стараясь, чтобы Глория и Марго были за нами.

Стоило мне ступить на траву и вдохнуть воздух, как я тотчас проговорила:

– Кровь! Пахнет кровью!

Уже в следующую секунду я кинулась туда, откуда доносился запах. Я знала, что там, метрах в пятидесяти за глухим с виду лесом есть поляна. Ее-то мы и собирались использовать.

Я влетела на поляну и обомлела. Первое, что бросилась мне в глаза – алая от крови трава. Потом я заметила Криса, Жанну и Реми, от чего мое сердце сжалось в комок и попыталось капитулировать из грудной клетки. Но не время.

Реми, судя по всему, была без сознания. Пуля попала ей в грудную клетку, но каким-то чудом не задела сердце. Она была жива, я это чувствовала, но рана страшная.

Жанна обвисло сидела, прислонившись спиной к дереву. На теле многочисленные, но неглубокие шрамы. Главное – длинный нож проткнул ей плечо, накрепко пришпилив его к дереву. Поэтому она и сидела так странно. Но в сознании.

Крис… мой верный телохранитель принял облик своего зверя. Вся шкура леопарда мокрая от крови. Но его или нет – я понять не могла. Крис услышал наше появление и пополз ко мне, приволакивая задние лапы.

Инги и Филиппа не было. Я готова была молиться всем богам сразу, лишь бы они тоже опоздали, как и мы.

Иветта влетела на поляну секундой позже, за ней и остальные. Лицо главной волчицы просто окаменело. Она лишь проговорила:

– Кто?

Морда Криса ткнулась мне в ноги, а Жанна, как-то странно всхлипнув, сказала:

– Их было одиннадцать, они взяли нас в кольцо. Появились прямо из леса, словно знали. Мы дрались… но их оружие… Мы убили двоих и многих ранили, тогда начался перекрестный огонь. Под ним они увели раненного Филиппа и оглушенную Ингу.

– Значит, они живы? – встрепенулась я.

– Да… были. Ой!

Жанна

поморщилась от боли, так как Иветта одним резким движением выдернула нож. Рана сразу же начала кровить.

– Серебро! – с отвращением бросила главная волчица.

Глория с Марго так и продолжали жаться на краю поляны. Уж слишком страшное отрывалось зрелище. Но я лишь отметила это, а сама кинулась к Реми. Вместе с Иветтой кинулись. Телохранительнице пришлось хуже всего. Она до сих пор не пришла в себя, а рана продолжала кровоточить.

К моему удивлению, главная волчица коснулась края раны и слизнула с пальца кровь, потом с отвращением сплюнула, проговорив:

– Проклятье! Серебреные пули! Похоже, разрывные.

Я еще раз окинула взглядом Реми. Ее лицо из-за сильной кровопотери приобрело землистый оттенок, она вся как-то осунулась. Посмотрела на Криса, который лежал на боку и шумно дышал, на привалившуюся к дереву Жанну… И в моей груди заклокотала жаркая звериная ярость, смешанная с болью. Я задрала голову вверх и издала громогласный рык. Потом рухнула на колени рядом с Реми. Я чувствовала, что по моим щекам текут слезы, но было не до них.

– Реми сможет выжить? – собственный голос показался глухим даже мне.

– Не знаю, – вздохнула Иветта. – Если бы только раны были нанесены не серебром!

Я шумно вздохнула. Серебро… яд для большинства оборотней. Но не для меня. Смогу ли я вылечить их? Их всех? Достанет ли у меня сил?

Я спрашивала саму себя, Ашану. К чести моего второго "я" – оно никогда не теряет самообладания. Конечно, Ашане доводилось видеть вещи и похуже.

Даже сейчас память Ашаны услужливо подсовывала мне картины из этого прошлого. Поля битвы, усеянные мертвыми телами, среди них мои воины, мои друзья. Как тела раненых приносят в храм Баст. Их столько, что, кажется, они там не поместятся. Но, пока с ними Баст – у них есть надежда. Да, надежда… Баст луноликая. Целительница!

Воспоминания хороводом проносились через мою память. Ритуал, который мы проводили очень редко, и всегда вместе. Но это надежда, если только хватит сил мне одной… Увести раненых от края, дать им жизнь вместо смерти – задача не из легких. Но отступать никак нельзя. Я этого себе никогда не прощу.

Глубоко вздохнув, я приняла решение:

– Иветта, Глория, Марго, мне потребуется ваша помощь.

– У тебя есть план? – встрепенулась главная волчица. – Говори, что нужно делать.

– Скорее, надежда, – отозвалась я. – Помогите Крису и Жанне подобраться поближе к Реми. Пусть лягут на траву прямо вокруг меня.

– Хорошо, – они тут же кинулись исполнять.

– Да, Иветта, нам потребуется помощь. Даже если все получится, мы всех не увезем.

– Ты права, нужно позвать остальных ишт.

– И, что бы ни произошло, прошу, не отвлекайте меня. Слишком многое будет зависеть от концентрации внимания.

– Не волнуйся, – Иветта подошла ко мне, обняла за плечи. – Мы все верим в тебя. Подобное под силу только тебе.

Эх, мне бы да ее уверенность! Но я больше ничего не сказала. Лишь посмотрела на небо и отыскала на сумеречном небосводе еще бледную луну.