Волчий зарок
Шрифт:
Когда Полунин лег, дома наступила почти полная тишина. Слышно было лишь, как работают компьютеры. Да иногда с улицы доносился шум проезжающих мимо машин. Полунин закинул руки за голову и попытался уснуть. Однако сон не шел, прогоняемый воспоминаниями о вечернем разговоре с Юсуповым. Сам не желая того, Полунин принялся тщательно анализировать предложение потомка древнего княжеского рода. И с каждой минутой оно казалось Владимиру все менее и менее абсурдным.
Собственно говоря, ничего особо ужасного в предложении Юсупова не было. Полунин раньше занимался делами и похуже. И Владимир понял, что его отказ от
Сейчас на кону стояла судьба его сына. И Полунину вдруг показалось глупым и абсурдным все, сделанное им за последние два месяца. Да, косвенная вина за смерть жены так и будет лежать на Владимире до конца его дней. Никто и не спорил с ним о том, что с прошлой жизнью нужно заканчивать. Но так ли верен способ для этого, который Полунин выбрал?
Он вдруг почувствовал, что с его глаз спала какая-то пелена, и, оглянувшись назад, понял, что вел себя, как сумасшедший. Словно волк-подранок, единственный оставшийся в живых из стаи после большой облавы. Он выл от отчаяния и одиночества и, чтобы не испытать еще раз весь ужас от грохота ружей и цепочки красных флажков, умирая от голода, все же поклялся никогда не красть баранов из колхозного стада. Но голод не тетка! И для того чтобы выжить, хищник должен охотиться.
Полунин был хищником. Его сделала таким жизнь, а может, это он сам подстроил жизнь под себя. Сейчас это было не важно. Важным оставалось лишь то, что Полунин решил забыть свою хищную суть и попытался есть травку. Но тех, кто за ним всегда охотился и ждал, когда он оступится, чтобы уничтожить навсегда, обмануть нельзя. Они не хотят верить, что Полунин больше не выйдет на охоту, и страстно хотят уничтожить его. Ничего другого, кроме как защищаться, ему не остается.
Именно в эту ночь Владимир, воспитанный настоящим атеистом и не веривший ни в бога, ни в дьявола, поверил в судьбу. Это она свела его с Димкой Мироновым, о существовании которого раньше Полунин едва вспоминал. Знакомство с Юсуповым тоже было судьбой. И то, что в трудный момент именно эти два человека пытаются ему помочь, иначе как судьбой не назовешь. И если не суждено Полунину стать праведником, значит, так тому и быть!
– Война, так война, – пробормотал Полунин и позвал: – Димка! Ты спишь?
– Уснешь тут с тобой, – раздался недовольный голос из соседней комнаты. – За тобой, как за маленьким, глаз да глаз нужен. Чуть задремлешь, так тут же норовишь под телевизор вместо горшка сходить.
– Ты о чем? – не понял его Владимир.
– О своем, о женском – о комбайнах, – фыркнул Дмитрий, и Полунин услышал, как он поднимается с кровати. – Все голову ломаю, как убедить тебя не делать глупостей. Вот уж, Иваныч, никогда подумать не мог, что стану с тобой, как с ребенком, нянчиться.
– Это ты, мальчик, загнул, – рассмеялся Владимир и, откинув одеяло, сел на кровати. – Подгузники за мной тебе менять не приходилось.
– Вот разве только этого и не делал, – пробурчал Миронов, появляясь в дверях. – Я всегда считал тебя выкованным из стали и способным справиться с любой бедой. Знаешь, как больно видеть, что ты скулишь, как побитая собака?!
– Выпороть бы тебя надо, чтобы знал, как со старшими следует
– Слышу речь не мальчика, но мужа! – встрепенулся Дмитрий. – Как я понял, ты уже повзрослел? Значит, пива тебе можно налить. Подожди, дойду до холодильника, возьму пару бутылочек, а потом все тебе расскажу.
План Юсупова был довольно прост и банален. Александр предлагал использовать против Томашевского его же оружие. То есть попросту «кинуть» его. Собственно говоря, настоящего плана у Юсупова не существовало. У него была только идея о том, как можно безнаказанно выкачать из Томашевского крупную сумму денег.
Идея родилась у Александра во время рассказа Полунина и поэтому была еще сыровата. Впрочем, Юсупов и не настаивал на ней, как на единственно возможной. Здесь был важен сам принцип: заставить Томашевского заплатить за то, чего в природе не существует.
Юсупов предлагал провернуть операцию, которую он однажды уже проделывал в Албании. Во время бомбардировок Югославии туда устремилось множество беженцев. Маленькая страна не могла обеспечить их всем необходимым, и в Албанию со всего мира стала поступать гуманитарная помощь. В том числе и медикаменты.
В любой войне всегда находятся люди, желающие нагреть руки на чужом несчастье. И если полная безнаказанность при этом обеспечена, то мало кто может устоять перед искушением разбогатеть за чужой счет.
Вот эту людскую страсть и использовал Юсупов. Он достал, естественно, незаконным путем, сертификаты качества на продукцию одной крупной фармацевтической фирмы. Затем подделал удостоверение сотрудника гуманитарной миссии. После этого Юсупов изготовил в одной маленькой типографии поддельные фирменные упаковки на медикаменты и наполнил их всякой дрянью. И последним шагом в его операции было приобретение некоторого количества настоящих лекарств и поиск богатого и жадного албанца.
Найдя такого, Юсупов представился сотрудником миссии «Красного креста» и предложил ему купить фармацевтическую продукцию, которая якобы должна поступить в Албанию в качестве гуманитарной помощи. Юсупов сказал, что уже договорился с руководством лагеря беженцев и за определенное вознаграждение получил от них бумаги о получении груза.
Теперь бывшую гуманитарную помощь следовало кому-нибудь продать. Если албанец откажется, то Юсупов договорится с другим покупателем. Тот, дескать, платит дороже, но товар придется вывозить из страны. А этого Юсупов делать не хочет, поскольку боится «засветиться».
Потомок древнего княжеского рода с видом алчущего мошенника позволил албанцу ознакомиться с документами. Он предъявил ему поддельные накладные о приемке груза. Бумаги, выданные якобы при отгрузке медикаментов со складов миссии, и сертификаты на товар. Сертификаты Юсупов даже оставил для проверки, поскольку определить степень их подлинности было невозможно.
На следующий день албанец, взвесив все, согласился с предложением и, просмотрев кое-какие ящики в грузовиках, выплатил Юсупову круглую сумму наличными. После этого Александру осталось только быстренько смыться из страны и оставить алчного албанца горевать над разбитым корытом.