Волчонок
Шрифт:
– Начнем совещание, господа. Все успели ознакомится с материалами? Отлично. Значит, обойдемся без вводной.
На стол с тихим стуком лег трибунский жезл.
III
– Ваши версии, господа?
– Разрешите?
– Прошу вас, трибун.
Военного трибуна Матиена капитан «Дикаря» знал хорошо. Педант и зануда; за глаза – начанал. В глаза – начальник аналитического штаба.
– По результатам анализа ситуации имеются три версии произошедшего с S-1632. Привожу их по мере понижения вероятности.
Легат Варен прокрутил в голове возможные причины молчания разведчика. И был вынужден признать: Матиен прав. Иные объяснения – истощившийся энергоресурс, столкновение с блуждающим метеором, атака чужого корабля – выглядели нереально. На их фоне даже «нестандартные параметры континуума» звучали правдоподобней.
– Есть другие версии?
Других версий не было.
– Какие действия считаете целесообразными? Прошу высказываться.
– Следует готовить спасательную экспедицию! Либурна класса триремы, не меньше. Можем ли мы бросить наших людей?! Почему мы вообще ждали почти неделю?!
Легата Стаберия лишь недавно перевели в «штабные крысы», как, не стесняясь, выражался сам легат. Увы, последствия тяжелой контузии лишили его пространственной ориентации во время РПТ-маневров. Лучшие медики оказались бессильны. Стаберий больше не мог командовать либурной. Но и на штабной должности он оставался боевым офицером.
– Мы не ждали, легат.
Консуляр-трибун Рутилий редко снисходил до объяснений. Обычно он выслушивал мнения, принимал решение и отдавал приказ. Сейчас капитан «Дикаря» имел сомнительное счастье присуствовать при историческом моменте: Рутилий объясняется.
– Все шесть суток мы пытались связаться с S-1632. Штаб анализировал ситуацию и варианты наших действий. Еще есть желающие высказаться?
– Разрешите? Считаю, что лучше послать вторую «Иглу». Разведчик доберется до системы быстрее триремы. И, в случае невозможности отправить сообщение через гипер, он быстрее вернется обратно с докладом.
– Спасибо, легат Ульпий. Еще мнения?
Варен понял: пора вмешиваться.
– Разрешите? Считаю, что посылать следует либурну с усиленным энергозапасом и боекомплектом. Могу обосновать, почему.
– Обоснуйте, легат Варен.
– В случае, если экипаж S-1632 жив, но не в силах выбраться из системы, мы эвакуируем людей на борт либурны. Другой разведчик этого сделать не сможет. Все мы знаем, что такое «Игла». Троих она не возьмет.
– Продолжайте.
– Если S-1632 был атакован флуктуацией континуума, вторая «Игла» также рискует подвергнуться нападению. У разведчика недостаточно огневой мощи для противостояния флуктуации. Трирема, вооруженная межфазниками и волновыми деструкторами, справится с флуктуацией любого класса, кроме пенетратора. В случае «нестандартных параметров континуума» у либурны также больше шансов выбраться в открытый космос и разогнаться до РПТ-маневра, или отправить сообщение. Двигатели и гиперпередатчик триремы намного мощнее.
Садясь, Варен поймал взгляд легата Стаберия. Новоиспеченный штабист едва заметно кивнул ему.
– Разрешите? Я категорически возражаю! Срочная подготовка и отправка триремы в систему AP-738412 привлечет внимание разведок других рас Лиги. Высока вероятность, что о наличии обитаемой планеты в системе AP-738412 станет известно Совету Лиги в течение ближайших шести месяцев. Мы рискуем потерять ценнейшую грядку. Вспомните случай с Риолой! Гематрийская разведка и обсерватории Ларгитаса на основании нашей активности вычислили грядку – и данные ушли в Совет Лиги. Такое не должно повториться.
– Что вы предлагаете, трибун Матиен?
Слово «военный» командующий опустил. Старшему по званию это дозволялось.
– Предлагаю ждать. Есть вероятность, что экипажу S-1632 удастся устранить предполагаемую поломку и выйти на связь – или вернуться на базу. Если этого не произойдет в течение тридцати дней, мы отправим в систему AP-738412 вторую «Иглу», соблюдая максимальные меры предосторожности. За это время мы организуем отвлекающую активность в другом секторе…
– Вы предлагаете бросить наших людей без помощи?! Это измена! Нет, хуже, это подлость!
– Не забывайтесь, легат!
– Хочу напомнить вам…
– Сядьте, легат. И вы, трибун. Немедленно сядьте!
Консуляр-трибун Рутилий взял жезл:
– Есть еще мнения? Хорошо. Приказываю: отправить в систему AP-738412 либурну «Дикарь» под командованием легата Варена. Задача: поиск и спасение экипажа S-1632 с последующей разведкой грядки и контрольным забором ботвы. Докладывать по гиперсвязи о прохождении каждого этапа операции, начиная с прибытия в систему. В случае возникновения непредвиденных обстоятельств легат Варен действует согласно обстановке с докладом по мере физической возможности. Секретность и оперативное прикрытие операции обеспечивает военный трибун Матиен. Готовность к старту – двое суток. Совещание окончено.
Офицеры замерли по стойке «смирно», ожидая, пока командующий покинет помещение. Проходя мимо Варена, консуляр-трибун на миг замедлил шаг. Варен знал, что это означает.
Готовить «Дикаря» к отлету Рутилий приказал еще пять суток назад.
IV
– У вас есть вопросы, Кнут?
– Так точно!
– Спрашивайте.
Все части паззла встали на свое место. Все, кроме одного. Марк сделал шаг вперед. Он еще не знал, что у паззла есть второе дно.
– Почему с «Дикаря» вывезли всех рабов?
– Хороший вопрос, – капитан прошелся по каюте. Чувствовалось, что легат Варен ждал другого вопроса и доволен услышанным. – Разумный. Жилые трюмы энергоотсека не безразмерны. Либурна, полностью укомплектованная рабами, не сможет взять на борт контрольный забор ботвы. Надеюсь, вы не планируете делить с ботвой свою каюту? Мы пойдем по маршруту на термояде; в случае нужды – на гематрицах. Если забор ботвы не состоится, мы вернемся тем же способом. Если же состоится…