Волчья ночь

Цыпленкова Юлия Валерьевна

И сколько не моли о пощаде, ее не будет, потому что он- ЗВЕРЬ…

… Свет фар ударил по глазам, ослепляя, мешая сообразить, что происходит. Я закрыла глаза рукой и отшатнулась. Машина пронеслась мимо, но вдруг раздался скрип тормозов. Машину занесло по мокрому асфальту, но водитель умудрился выскочить раньше, чем большой темный автомобиль перевернулся и уткнулся носом в стену жилого дома. Очень высокий и мощный мужчина кувыркнулся в воздухе и встал твердо на ноги. Такая нечеловеческая ловкость. Я зачарованно смотрела, как мужчина медленно развернулся в мою сторону, сделал несколько шагов и побежал. Мгновение, и я закричала,

срывая легкие. Потом развернулась и побежала быстро, на пределе возможностей.

Он настигал, я уже слышала его дыхание. Он нашел свою жертву, он нашел свою дичь, и я знаю, что ждет меня, если он догонит. Я начала петлять, как заяц. Он прыгнул, промахнулся, покатился по земле, но тут же снова вскочил и побежал следом. Бежать, бежать, не останавливаться, не оглядываться, бежать! Мне нужно только скрыться из вида, а добрый и милостивый дождь смоет мои следы, скроет мой запах. Я снова метнулась в сторону, перескочила невысокий забор. Он прыгнул следом. Слишком близко, слишком, мне не уйти…

— Эля, стой! — рычит он. — Стой, глупая, я ведь все равно догоню. Не зли меня, Эля!

— Господи! — вырывается из моего горла.

— Его нет здесь, Эля, — рычит мой охотник, мой страшный и грозный волк. — А я есть, и я могу остановить тебя в любой момент. Остановись, не зли меня!

Но я снова метнулась в сторону, и он пролетел мимо. Если он разозлится, то обернется, и тогда пощады не будет. Я уже почти решаю остановиться, и он издает торжествующий рык, когда я выбегаю снова на улицу, и передо мной резко тормозит машина. Дверь открывается, и я падаю на сиденье. Машина срывается с места раньше, чем я успеваю закрыть дверь. Раздается скрежет острых когтей по металлу автомобиля, но мой охотник сорвался, и машина понесла меня в ночь, а за спиной раздался вой разъяренного зверя.

Я откинулась на спинку сиденья, не спеша открыть глаза. Легкие горели огнем, ноги и руки тряслись так, что, если бы мне сейчас пришлось идти, я бы просто не смогла.

— Что это было? — голос водителя странно знакомый.

Я открыла глаза и повернула голову. Дима внимательно смотрел на меня своими теплыми серыми глазами. Потом отвернулся в сторону дороги.

— Как ты здесь оказался? — спросила я срывающимся голосом.

— Искал тебя, — ответил он. — Зачем ты убежала?

Я промолчала, ответ здесь и так был очевиден. И так же было очевидно, что я не останусь теперь у него, когда там его женщина.

— Куда ты меня везешь? — спросила я.

— Домой, куда же еще, — слегка усмехнулся он и бросил взгляд в зеркало заднего вида.

— Там Лиза, — ответила я и тоже обернулась, за нами никто не гнался.

— Там нет Лизы, — сказал Дима, и я заметила, что он тоже петляет, сворачивая на разные улицы, проезжая через пустые дворы. — И не будет, — добавил он. — То, что ты видела, это минутная слабость и не больше. Эта женщина в прошлом. Я сменю замки, когда приедем, и тебя больше никто не потревожит.

Хотелось бы и мне быть такой уверенной, но ОН нашел меня и уже не отступится от дальнейшей погони. Слезы, теперь такие понятные, потекли из глаз. Дима протянул мне платок. Наконец, машина въехала в уже знакомый мне двор. Мы вышли из машины, и Дима обошел ее, разглядывая широкие царапины от когтей и вмятину. Он вопросительно взглянул на меня, а я сжалась, и закрыла глаза, чтобы только не видеть подтверждение того, что охотник вышел на мой след.

Дима

обнял меня и повел в парадную, я не сопротивлялась, не было сил даже на то, чтобы сказать ему спасибо за спасение, уже второй раз. Мы поднялись на четвертый этаж, в этот раз не спеша. Ноги подкосились на втором этаже, и Дима подхватил меня на руки. Он поставил меня только для того, чтобы открыть дверь, хотел снова взять на руки, но я замотала головой и сама шагнула в темное нутро квартиры, которая не казалась мне больше уютной крепостью.

— Ты уже вернулся, Митя? — раздался голос, и я рванула к двери.

— Ты же сказал… — прошептала я, когда руки моего спасителя, удержали за плечи.

— Она должна была уйти, — ответил он. — Я ее сейчас увезу, побудь одна немного.

Он снова закрыл меня в моей комнате, сам направился в глубь квартиры. Вскоре послышался дробный перестук каблучков, возмущенный женский голос и краткая фраза, брошенная мужским голосом, после которого Лиза замолчала, и входная дверь закрылась. Но тут же открылась, и Дима заглянул в комнату.

— Малышка, живо в ванную. Отогревайся, я скоро, — и ушел, закрыв входную дверь на ключ.

Вместо ванной я побрела на балкон и посмотрела вниз. Я видела, как Лиза и Дима жарко выясняют отношения. Потом она кинулась ему на шею, но мой спаситель отодвинул женщину, практически запихал в машину. Я проследила, как машина выехала со двора, подняла глаза к небу и увидела планирующий лист. Он пролетел мимо меня, стремясь лечь на землю. И мне подумалось, что стоит всего лишь перелезть перила, оттолкнуться, и я тоже полечу, как этот лист. Я лягу на землю, и все будет кончено, навсегда… Развернулась и пошла в ванную, потому что умирать- это малодушие, а мама всегда говорила, что нужно быть бойцом. И я старалась им быть, как могла. Даже среди всего того ужаса, где мне довелось побывать, я все еще верю в лучшее, я все еще цепляюсь за жизнь и хочу вырваться из замкнутого круга.

Горячая вода весело лилась из крана, наполняя ванну. Я разделась и легла, ожидая, когда пора будет закрыть вентили. Мой взгляд упал на полочку с гелем и шампунем, там появились женские, совсем новые. Интересно, это Лиза успела поставить? Мы с Димой покупали мне только зубную щетку и мочалку. Впрочем, мне все равно. На самом деле, мне совершенно все равно. Потому что моя проблема гораздо серьезней, чем шампунь бывшей подруги моего знакомого…

… Я сижу на окне и гляжу на свое свадебное платье. Оно красивое, воздушное, белоснежное, но я надену его только через месяц. Тетя качает головой, внушая мне, что я слишком спешу и стоило бы сначала насладиться свободной жизнью. Но у меня ее ворчание вызывает только улыбку. Я люблю Сережу и хочу, чтобы этот месяц скорей прошел. Я представляю глаза моего любимого, когда я предстану перед ним в этом чудесном платье.

Звонит телефон, тетя, продолжая ворчать, берет трубку. Я слышу, как ее голос, сначала веселый, вдруг становится тише и тревожней. Но я витаю в своем солнечном счастье и потому не прислушиваюсь. Тетя Лена появляется в дверях комнаты и смотрит на меня. Наконец, я понимаю, что она подавлена.

— Что случилось? — спрашиваю я и чувствую, что беда стоит за ее плечом.

— Мама, — тихо говорит она. — С Ирой беда, Эль. Нужна операция, дорогая.

Я смотрю на свадебное платье и вижу, как мое солнечное счастье разлетается на множество сверкающих осколков…