Волчья ночь

Цыпленкова Юлия Валерьевна

Наконец, заветные пятнадцать минут закончились, и я побежала вниз. Отдала ключи девушке-администратору и села ждать, не спуская взгляда с мобильного. Он молчал, молчал еще минут десять. Я уже начала сходить с ума, когда телефон разорвался стандартной мелодией.

— Быстро выбегай, малышка и в машину. — сказал Дима, и я побежала к выходу под удивленные взгляды служащих мотеля и постояльцев.

— Что ты так долго? — обиженно спросила я, запрыгивая на сиденье рядом с ним.

— Пока добрался, пока прогрелся, не ругайся, — все это он говорил, срываясь с места.

Я обернулась назад и застыла, глядя на силуэт мощного мужчины, глядящего нам вслед.

* * *

Высокий

мужчина с богатырской фигурой сидел в небольшом кафе и поглядывал на улицу через большое окно. Его гигантский силуэт, казалось, занимает половину зала. Посетители и официантка с опаской обходили его. Это было какое-то интуитивное чувство. Связываться, даже просто заговаривать с ним никому не хотелось. Он уже выпил три чашки кофе, но уходить не собирался, продолжая смотреть в окно.

Когда стемнело, мужчина покинул свой пост, выйдя на улицу, и направи лся в сторону мотеля. Он остановился недалеко от входа, раздумывая, ждать дальше или подняться и обрадовать голубков своим визитом. Мужчина снова отошел, повернулся и замер, чувствуя, как ухает сердце. Сквозь стеклянную дверь он увидел в ярко освещенном холле девушку, сидящую на кожаном диване. Она опустила голову, и волосы, которые он так любил перебирать пальцами, скользнули ей на лицо, закрывая от него нежные черты.

— Эля, — прошептал мужчина и непроизвольно сделал несколько шагов.

Девушка вдруг вскинула голову, смотря в темноту, и ему показалось, что она глядит прямо на него, но тут же понял, что она разговаривает по телефону. Мужчина нахмурился, сделал еще шаг и вздрогнул от рева несущегося автомобиля. Девушка сорвалась с места и бросилась к двери. Машина и девушка одновременно оказались у крыльца, она нырнула в салон, осветившийся тускловатым светом, когда дверь открылась, и мужчина, наконец, увидел ее спутника, в одно мгновение запоминая его черты. Машина сорвалась с места, раньше, чем мужчина успел что-то сделать. Впрочем, он и не тронул бы их сейчас, слишком много свидетелей. Гигант смотрел вслед уезжающей машине, потом пошел в том же направлении, постепенно переходя на бег.

Он бежал в ровном темпе, напоминая больше хорошо отлаженный механизм, чем человека. Уже поравнявшись с границей города, мужчина метнулся к кустам, на ходу меняя облик. В воздух взвился человек, а приземлился уже необычайно огромный черный волк. Зверь повел носом, оскалился и припустил вперед, обгоняя автомобили. Предчувствие скорого завершения охоты подстегивало его.

* * *

… Эдуард ушел вскоре после нашего возвращения с экскурсии по его владениям. Ужинала я в комнате Кристины, рассказывая ей про поездку. Она внимательно слушала меня.

— Эдуард сказал, что ты из стаи Серых Теней, — говорю я.

— Ага, — кивает она и отрезает очередной кусок сочного плохо прожаренного мяса с кровью.

— А как ты стала женой черного волка? — мой ужин приготовлен лучше, мясо хорошо прожарено, но все равно нежное и сочное. Повар моего хозяина настоящий кудесник.

— Он за меня сражался с моим женихом, — отвечает Кристина и отпивает немного вина.

— Сражался? — я с любопытством смотрю на волчицу.

Она некоторое время молчит, мечтательно уставясь в потолок. Я жду, что она скажет. Кристина снова отпивает вино и ставит свой бокал на столик.

— Налей мне, ангелочек, — просит она, потому что бутылка стоит далеко от нее, а моя бывшая хозяйка ходит еще с трудом. Я наливаю ей и снова жду. — Я была совсем молодой волчицей, — начинает свой рассказ Кристина. — Дочь вожака,

самая сильная и красивая в стае. Я приглянулась самому сильному самцу. У отца была только я, а стае нужен был будущий вожак, и он обещал меня Олегу. Он мне нравился, но я любила дразнить его, показывала зубы. Бедолага сходил с ума, — Кристина усмехается и крутит в длинных пальчиках бокал. — В тот день я заигралась и нарушила границу стаи Черного. Меня заметили. Я очухалась только тогда, когда мне навстречу выскочил один из волков здешней стаи. Он пытался напасть, я защищалась и хорошо потрепала его. А потом появился он. Такой большой, такой сильный. Он оскалился и пошел на меня. У меня душа ушла в пятки, но я не могла отступить. Я Кристина из стаи Серых Теней, дочь вожака, как я могла склониться перед чужой стаей. Эдик не нападал, он скалился и шел на меня, вынуждая отступать. А когда я кинулась на него, он просто прижал меня лапой к земле и обнюхал. После этого развернулся и ушел, а стражи проводили меня до границы, где уже бесновался Олег. Он крутился вокруг меня, а я не могла не думать о черном гиганте, который победил меня, не сражаясь. Звери уважают силу, ангелочек, и я влюбилась. Месяц я тихо умирала от этой своей первой любви, выла, плакала, мечтала, ненавидела, призывала и мечтала, чтобы он провалился. А через месяц он пришел. Пересек границу в человеческом облике, и его пропустили. Эдик вошел в логово моего отца и сказал, что хочет взять меня в жены. Отец не отказал и не дал согласия. Он позвал меня, и мои горящие глаза стали ему ответом. Но был Олег, и Эдик бросил ему вызов. В той схватке я болела только за черного волка, любовалась его статью и силой. Две минуты, ангелок, всего две минуты и сильнейшего волка, будущего вожака, унесли разорванного и издыхающего.

— Он умер? — я в ужасе смотрю на Кристину.

— Олег? — она равнодушно махает рукой. — Выжил. Набрался новых сил и встал во главе стаи, отец уступил добровольно. Это в стае Черного вожаки по наследственности, в остальных стаях за это место бьются. Просто черные изначально самые сильные, бросившие вызов долго не живут. Есть у этой семейки свой секрет, но об этом я тебе рассказать не могу, — она усмехается. — Так вот, Эдик забрал меня из стаи и привел в свой особняк.

— А свадьба? — я снова изумляюсь.

— Дорогая, мы волки, — смеется волчица. — Это в своей стае я бы нарядилась, и устроили праздник. И то, это делается по желанию. Чтобы считаться женой, достаточно войти в логово мужа. Логово моего мужа оказалось очень большим, — она смеется и опустошает бокал.

— Но почему тогда сейчас вы ненавидите друг друга? — я не могу понять, как могло случится так, что они готовы убить друг друга.

— Ему нужно было потомство, мне его любовь. — усмешка Кристины становится горькой. — Эдик был нежен со мной, заботился, но не любил. Наш волчонок родился мертвым. Потом было несколько выкидышей. Потом он притащил эту тварь Наташу… Не хочу об этом.

Мне хочется узнать подробней про Наталью, но я не настаиваю. Может потом она мне расскажет и эту историю. Я чувствую, что хочу спать, встаю и целую ее в щеку. Кристина мне подмигивает, и я ухожу. Но не спешу в спальню Эдуарда, я спускаюсь в подвал. Сначала меня оглушает темнота, но я нащупываю выключатель, и тусклый свет озаряет каменное пространство. Спускаюсь по лестнице, вижу еще один выключатель и щелкаю его. Передо мной несколько ходов. Пытаюсь вспомнить, что точно говорила Кристина, и сворачиваю во второй левый проход. Я вижу клетки и замираю, потому что там человек. Он очень слаб, но открывает глаза и смотрит на меня.