Волхв
Шрифт:
— У вас есть оружие?
— Забудь про него. В новой оболочке ты сможешь применять весь спектр своих навыков. И даже комбинировать атаки. Действуй.
Меня потянуло обратно.
Вдогонку я услышал, как Трэверс пожелал мне удачи.
Очнувшись рядом со своим домом, я понял, что всё еще валяюсь на траве. Должно быть, Трэверс и его спутники что-то сотворили с потоком времени.
Шагатели начали выдвигать ракетные турели.
Я поднялся, отряхнул с брюк влажные травинки и произнес:
— Остановитесь.
Архимаги посмотрели
— Внутрь я пойду один.
— Ты не можешь, — покачал головой Рэйден.
Я приблизился к барьеру.
Сдержат ли боги своё обещание? Ничего ведь не происходит. Я как был корректировщиком, достигшим ранга Абсолюта, так им и остался…
Меня охватило белое сияние.
Вспышка нестерпимо яркого света, от которого начали слезиться глаза. Кончики пальцев на руках и ногах стали покалывать, по спине побежали мурашки. Сияние внедрилось в плоть, породнилось с моим духом на астральном плане, окутало разум, расширило возможности.
Приложив мысленное усилие, я втянул в себя несколько черных ручейков. Заглянул в многомерность и увидел серебристые ячейки, размноженные до бесконечности. Структура купола, накрывшего усадьбу. Непостижимым образом я знал, что нужно делать.
Активирую технику, подаренную богами.
Превращаю свои руки в тончайшие скальпели, способные рассекать и перестраивать топологические фигуры. Двумя взмахами рассекаю ткань барьера. Еще пара взмахов — и передо мной образуется прямоугольная дверь.
— Ждите, — велел я своим спутникам. — Не смейте входить.
Лидеры кланов и бойцы Когтей потрясенно наблюдали за тем, как я преодолеваю щит, тяну руку к двери…
Раздается тихий щелчок.
Дверь не заперта.
Глава 23
Мейронг ждет меня в гостиной.
Я замираю в арочном проходе и осматриваю локацию. Все мертвецы, замеченные мною при первичном осмотре, перекочевали сюда. Мейронг разложила трупы перед собой в живописном беспорядке. Я насчитал два десятка тел. Моя противница стояла у противоположной стены, неподалеку от камина.
Ощущение раскрывающегося портала усилилось.
Аномалия продолжала расти.
— Зря пришел, — сказала Мейронг.
— Посмотрим.
Девушка воздела руки, словно дирижер невидимого оркестра. Мертвецы шевельнулись и… начали модифицироваться. Мне доводилось встречаться с монахами-призывателями, но превращение трупов в боевых фамильяров… даже моя фантазия пасует. Тела дергаются, хребты трещат и ломаются, вспучиваются мышечные бугры… Рты раздвигаются, превращаясь в пасти. Руки меняют форму, пальцы заостряются, оснащая себя когтями. Прямо зомби-апокалипсис в отдельно взятой усадьбе.
Существа, сотворенные богиней, окутываются кинетическими аурами.
Предусмотрительно.
Из моего горла вырывается утробный рев. Я падаю на четыре массивные лапы, поросшие бурой шерстью. Вокруг — обрывки одежды, разбросанной при трансформации.
Подняться на
Окутаться кинетикой и «полыхающим щитом».
Изменить конфигурацию примыкающих измерений и разбросать всюду очаги «мёрфологии». На лапы перебросить «карающую длань». Укрепить клыки, добавить ледяного урона…
Мейронг указывает на меня.
Фамильяры срываются со своих мест.
Бью «расширением» — почти все фамильяры уклоняются от атаки. Все, кроме двух. Эти вспыхивают, подобно факелам, и молниеносно превращаются в пепел. Остальные нарываются на «пресс» и «пламенеющие чакры». Первая техника, несмотря на прокачку реликтовой энергией, не причиняет монстрам ощутимого вреда — срабатывает кинетическая защита. «Пламенеющие чакры» — мое изобретение. Эфирные диски укреплены огнем, что добавляет убойности. Чакры рассекают нескольких фамильяров пополам, одному сносит голову. Это бывший повар — я узнаю его по остаткам белой униформы.
Отвлекаться некогда.
Взламываю кафельный пол, собираю из обломков голема. Рост у существа небольшой, но удар тяжелый. Голем тут же ломает позвоночник одному из атакующих, а затем пробивает череп второму. Заправляю голема реликтом по самое не балуйся и переключаюсь на фамильяра, который взвился в воздух и приближается к моему горлу. Поднявшись на задние конечности, наношу смачный удар правой лапой. Чудовище падает на пол с проломленным черепом. Вторым ударом сворачиваю челюсть очередному мертвяку. Еще один умник пытается достать меня из области «мёрфологии», но, по странному стечению обстоятельств, вырывает кусок мяса из бедра своего коллеги. Пропускаю через обоих электрический разряд.
Справа заходит невообразимый урод с окровавленными белками глаз. Этого фамильяра, кажется, переломали в сотне точек, а затем собрали заново. Биологический конструктор, мать его. Отшвыриваю существо «прессом» и добиваю чакрой.
К задней лапе подкрадывается приземистый недоносок. Получает «молотом» сверху и переходит в стадию кровавого фарша. Тут же бью левой лапой с разворота по очередному прыгуну. Тот пробует увернуться, но я уже действую в режиме «ускорения». Когти вычерчивают на боку монстра глубокие борозды, сдирают кожу. Фамильяр приземляется на все четыре лапы и тут же совершает бросок к моему подбрюшью. Очень удивляется, встретившись с пустотой. Рассекаю урода «водным лезвием».
Смещаюсь так, чтобы отгородиться от четверки нападающих големом.
Трое фамильяров огибают моего помощника по широкой дуге, четвертый попадает под раздачу. Хруст, хлюпающие звуки.
Первого оппонента встречаю «незримым ударом», второго пронзаю «вьюжным копьем». Третий добирается до моей левой лапы и вгрызается в запястье. Морду хищника опаляет огнем, но челюсти продолжают сжиматься. Вот же сука. Больно ведь! Он что, многомерный? Так и есть — в изнаночной версии тварь раскладывается на сложные фигуры. Складываю особым образом несколько измерений, и ублюдка разрывает на части.