Волк в моем сердце

Сладкая Саня

Натан никуда не ушел – он сидел, сгорбившись, на коленях, прямо посередине дороги, в грязи. Дождь лупил по спине и поникшей голове, а куртка валялась рядом бесформенной черной кучей. Он просто сидел и не двигался, словно из него вытащили батарейку.

Глава 2

– Эй, ты чего, все в порядке?

Вряд ли он услышал мой севший от испуга голос. Внутри все сковало холодом, и я сделала несколько глубоких вдохов, чтобы отпустило. Все-таки, не каждый день возле меня вот так, ни с того ни с сего падают люди. Натан по-прежнему

не двигался. Плохо ему что ли? Тревога росла как снежный ком, даже острые капли дождя я уже не чувствовала.

Прикрыв глаза «домиком» из ладоней, я побежала обратно, нелепо семеня ногами – из-за дождя, грязь превратилась в скользкую, густую жижу. Натан так и сидел на земле – дышал ли он вообще?

– Ты живой? Давай поднимайся, тоже мне, разлегся, здесь тебе не пляж!

Ноль реакции. Окончательно испугавшись, я тронула его за плечо и отдернула руку – горячий! Просто огненный жар идет от тела, словно, у него температура под сорок. С чего бы вдруг, если на улице так холодно, что зуб на зуб не попадает?

– Да вставай уже!

Мне показалось, что Натан слегка пошевелился, но в целом ничего не изменилось. Правда, я убедилась, что он хотя бы дышит – грудь под мокрой футболкой еле заметно вздымалась. Ну, а мне-то, что делать? Не тащить же на себе! В эту минуту он вдруг издал непонятный, тихий звук и стал медленно заваливаться на бок.

– Нет, только этого не хватало!

Я поднырнула под его руку и с трудом удержала равновесие. Поднять Натана на ноги удалось с третьей попытки – но это еще ничего не значит, еще как-то надо дотащить его до дома по скользкой грязи. А потом…что потом? Нужно срочно звонить Гаю или лучше сразу нашему местному врачу. Правда, толку от него мало, но до города мы точно ночью не доберемся, даже думать об этом не стоит. Остается ждать утра, если, он, конечно, не умрет. Не умрет прямо у меня на руках. От этой мысли я почувствовала такой прилив сил, что теперь готова и быка дотащить куда угодно.

У нас – простой, одноэтажный дом, какой бывает в обычных деревнях – деревянные ставни, большие окна, в которых сейчас темно, хоть глаз выколи, а ворота с тяжелой ручкой закрыты на старый, увесистый замок, который я сегодня не стала закрывать – как чувствовала, что произойдет что-то из ряда вон выходящее.

Дверь с трудом поддалась, и тяжело дыша, мы ввалились во двор. Недолго думая, я потащила Натана к бане – самое сложное, было, протащить его вверх по лесенке и одновременно открыть дверь.

В предбаннике я едва не уронила его на пол – Натан привалился к спинке дивана и по-прежнему не подавал признаки жизни. Казалось, что он просто спит и видит прекрасные сны – только грудь мерно вздымается. Я нахмурилась – странно, его футболка была сухой, хотя совсем недавно была мокрая настолько, что даже во мраке посреди улицы, я могла с легкостью разглядеть выступающие соски. Человеку плохо, о чем я только думаю?!

Пытаясь унять дрожь в руках, я дотронулась до его лба – горячий, покрыт испариной. Натан даже не шелохнулся, только слегка приоткрыл губы да задвигались под веками глаза. На самом деле спит? Да быть такого не может!

Да уж, вот это знакомство, возможно,

человек вот-вот потеряет сознание или еще что похуже, а я даже не знаю, что делать! В панике я заметалась по предбаннику, и, наконец, решила вернуться в дом, взять нормальную подушку и плед, но, сначала, нужно налить воды. Точно, воды! Я схватила металлический ковшик и зачерпнула воду из кадки, которую чуть не снесла, когда мы входили внутрь. Руки тряслись так, что я с трудом донесла ковшик до Натана. Стараясь не торопиться, присела на корточки и поднесла воду к губам, ни на что, особо, не надеясь.

Но, на удивление, он вдруг очнулся и стал с жадностью всасывать в себя воду. Я с изумлением наблюдала, как часто дрожат его ресницы, и морщится лоб – он не смотрел на меня, и был очень сосредоточен, даже слишком сосредоточен. Не знаю, почему, но сейчас, он казался более крупным и мощным, чем когда я увидела его впервые баре.

– Сахар.

– Что? – я вздрогнула, вдруг услышав его хриплый голос.

– Там у тебя, что? – Натан с трудом поднял руку и показал куда-то за мою спину. Я обернулась. На столе, который скромно спрятался возле входной двери, стоял граненый стакан из-под чая, а рядом открытая коробка с рафинадом, – дай мне.

«Серьезно?» На ватных ногах я пошла за сахаром, мысленно радуясь тому, что он хотя бы заговорил. Несколько секунд он смотрел на коробку, затем выдернул ее из моих рук и стал жевать сахар, сразу затолкав в рот целую горсть. Сумасшедший что ли? Я попятилась, ощущая себя в западне в собственной бане.

– Принеси еще что-нибудь сладкое. Принесешь?

– Д-да, – ответила я, запинаясь, и больно треснулась затылком о дверной косяк, – сейчас, принесу.

Уже в доме, я лихорадочно шарила по кухонным полкам, не совсем понимая, что делаю. У меня в бане находится какой-то сумасшедший, а я собираюсь принести ему что-то сладкое. Сладкое! А как он ел сахар – это просто уму непостижимо! Да что я творю, в самом деле? Нужно срочно звонить Гаю!

Но я не успела добраться до сумочки, как услышала стук входной двери. Сердце пропустило удар, и я в ужасе вытаращила глаза – кто бы сомневался, будет он сидеть в бане и ждать у моря погоды! Только и ждал, когда я уйду в дом, чтобы напасть со спины. Но зачем ему это делать? Но я все равно напряглась, ожидая худшего. Такой меня и увидел Гай.

– Ами? Ты что такая перепуганная?

С моих губ сорвался стон облегчения, а из рук, прямо на пол посыпались шоколадные печеньки – неужели, я, и правда, собиралась выполнить просьбу этого чудака!

– Гай, наконец-то!

Я прижалась к мужу так сильно, будто мы не виделись тысячу лет. Он слегка отстранился и, нахмурившись, посмотрел мое лицо:

– Что случилось? Ты вся мокрая.

– Ты не поверишь, и будешь смеяться надо мной. Ну, ладно. – Пытаясь успокоиться, я несколько секунд молчала, обдумывая слова. Но мысль о том, что в предбаннике находится человек, которому требуется помощь, снова испугала и я вцепилась в руку Гая мертвой хваткой, – ты ведь тоже знаешь, что у нас появился новенький, Натан? У него тот самый дом на холме. Он сейчас у нас в бане и, кажется, ему плохо.