Волкан
Шрифт:
По ходу нашей деятельности система то и дело подкидывает довольно жирные управленческие квесты. Так что не факт что банальный фарм принесет больше опыта.
Но так или иначе, мне нужно сейчас выйти и поставить задачу нашему аналитику, чтобы нарыл данные о тех территориях, да рассчитал, что нужно делать паре гномов для скоростной прокачки. В его бритой голове цифры, данные и взаимосвязи умещаются очень хорошо, вот пусть и соображает. Я его вычислениям доверяю — скажет что надо в игре на руках бегать, будем бегать, скажет что надо играть в футбол ёжиками, значит будем…
Девушка быстро
– Все. Поняла. Нам нужно пока Майкл все это рассчитывает, продублировать базовые заклинания. Ты — тумана, я — спора. Чтобы можно было посмотреть их комбинации с простенькими заклятьями Иеронимуса и скомбинировать что-нибудь с уроном.
– Вообще-то Лаверна сказала что магия в той зоне плохо работает, может сконцентрируемся на апгрейдах кирки и арбалета? К тому же наш маг сейчас полностью ушел в исследования. Не слезает со своего параксографа, все ковыряет великие заклинания дроу, что ему попались.
Девушка воскликнула:
– Нет! От стали к уровню титана нужно потратить кучу божественных баллов. Большую кучу! Много дней придется набирать. Лучше потратить их на несколько разнообразных заклинаний, поскольку базовые относительно дешевы. И они сильно понадобятся по дороге к тем местам. Мы можем использовать старый параксограф и без мага. Тот что установили с другим оборудованием в пещере. Ты еще его от девочек закрыл, а сам так еще ни разу и не использовал.
Я возразил:
– Девочки еще мудрости толком не накопили, Иеронимус же сказал, что магический инструмент в руках недомудрых — портится сильнее. А ты видела, сколько на них драгоценных камней? Что-то мне подсказывает, ремонт если что пойдет не так, будет не копеечным. Я нашим ведьмам так и сказал, и они, к слову говоря, согласились. Давай так поступим. Ты сейчас беги к Асашке, узнай что он там нагреб и распланировал, а я по-быстрому выйду в реал и поговорю с Майклом.
– А он не…
– Нет. Он же график «доступа» к своему аналитическому телу на сайте вывесил. Два часа тут — два сидит в конторе за столом. Вот сейчас как раз часа полтора есть еще.
Кассиди усмехнулась:
– В тренажерке ищи его тело, не в офисе. Он когда выходит из игры, оттуда и не вылезает.
В Подгорное мы домчались минут за пять. Кассиди отправилась к «нубокельям», что все больше походили на фабрику переработки материалов, а я присел в угол возле стены и вскоре уже открывал крышку капсулы.
Переход в реал, уже привычно аукнулся болью в мышцах. Но это уже была не та, всеобъемлющая боль отбивной котлеты, прижатой жаровней, когда просто хотелось лежать и не шевелиться, а лучше вообще заснуть. Сейчас мышцы жгло, но и одновременно распирало. Я крутанул пару раз руками, разгоняя кровь и… продолжил вращения, чувствуя как смыкаются на спине лопатки, да гармошкой собирается кожа. Я стиснул кулаки и раздвинул плечи, ощущая, как широчайшая мышца превращает мой торс в треугольник…
Даже захотелось посмотреться в зеркало, уж не превратился ли в «Брюса Ли». Папаша в детстве всегда приводил его в пример, но добился лишь стойкого отвращения к этому древнему актеру. Фильмы
– В детстве, - вздохнул я, ухватившись за складку жира на животе, которая так вроде никуда и не делась. Внутреннее ощущения тонуса — внешнему виду совсем не соответствовали.
Облачаясь в костюм, наконец, отметил странную тишину в тренажерке, нарушаемую лишь легким жужжанием соседних капсул. Похоже все либо в игре, либо в офисе. И Лена ошиблась предлагая отловить тут Майкла. Ну да ничего, тот наверняка за своим столом, сейчас дам нашему аналитику вводную…
Однако сразу на выходе я столкнулся с тем, кого мне видеть совершенно не хотелось.
Макс широко и сосредоточенно шагал по коридору, сжимая телефон, словно выискивая обо что его посильнее шваркнуть. Лицо прямо дышало злостью. И очень мне не понравилась радость озарившее его худую треугольную физиономию:
– Отлично, ты то мне и нужен! — выпалил он резко останавливаясь.
– А вот ты-то мне как раз и не нужен, совершенно, - ответил я, проходя мимо, борясь с желанием двинуть его плечом. Но Легостаев сместился в сторону, преграждая путь. И словно не услыхав моей реплике, обвинительно ткнул пальцем:
– Ты что, как собака на сене сидишь на этих эльфийских доспехах? Тебе что, мало было просьбы от моего имени восьми десятков комплектов? Да, богомолы пока заплатить не могут, но заплатят позже!
Я почувствовал жар в щеках, кулаки сжались словно сами собой и я процедил:
– Мне нет дела до ваших проблем. Твои дроу в принципе отказываются подписывать любые договоры, а ты вообще сидишь в каталажке. И, судя по тому, что сидишь не особенно старательно, выйдешь оттуда месяца через три-четыре.
Макс сжал губы и фыркнул:
– Пусть тебя это не беспокоит. День-два и по-любому выйду.
– Вот когда выйдешь, тогда и поговорим, а сейчас отвали.
Я вновь попытался пройти мимо, но этот гад как сгусток ртути, вновь скользнул передо мной загораживая проход. Довольно злой сгусток ртути:
– Я еще с тобой не договорил!
Чувствуя, как начинают скрежетать зубы, попытался собраться с мыслями и донести до этого наглеца мысль:
– Мне не нужен под боком в Лозадель твой дурацкий дом Богомола. И не хочу усиливать твоих ушастых придурков, да еще себе в убыток. Через несколько дней прибывает посольство от Тартариэла выкупать своих эрлов. Вот с ними и поторгуюсь на предмет возврата элитных доспехов. Уж по-любому, с неписями диалог наладить проще, да и выгоднее. А нет, так отправлю караван, уже есть пара потенциально выгодных точек.
Макс злобно скривился:
– Караван? Повезешь битые доспехи за тридевять земель? Думаешь мои богомолы дадут тебе хотя бы на пару километров отъехать?
– Пусть только попробуют. Орки, знаешь ли, обожают резать уши, а они у твоих сереньких дли-инные!
Я старался говорить иронично, но мышцы так и рвало бушующим адреналином. У Макса тоже брови столкнулись на переносице, а лицо пошло пятнами. Он прошипел:
– Ничего у тебя не выйдет. Игоря уговорю, Славку заставлю, а среди неписей распустим слухи…