Волки
Шрифт:
— Мартын, а может, стоит Гарика просто завалить, пока он еще не так сильно разошелся? Боюсь, если он почувствует реальную силу, то с ним трудно будет справиться.
— А что, неплохая идея. Направь этих двух бойцов, которые вернулись из Башкирии. Пусть они найдут его и тихо уберут. А теперь, чтобы притупить его бдительность, набери его номер и соедини меня с ним. Я сам хочу с ним поговорить, может, и одумается человек, ведь столько лет мы шли с ним плечом к плечу по этой жизни.
— Все понял, Мартын, — сказал Павел и вышел из
Мы медленно шли с Быком по дорожке парка. Утренние заморозки сковали небольшие лужицы, и дорожка из-за этих лужиц стала напоминать мне старое стеганое одеяло, сшитое из лоскутков материи.
— Здорово мы их обули, — произнессказал Бык. — Кто мог подумать, что они, как крысы в банке, начнут пожирать друг друга. Вчера вечером я встречался с человеком Гарика, который приехал в Казань. Они свалили от Мартына и сейчас живут отдельно от него. Интересные вещи рассказывает этот человек. Говорит, что Мартын ссучился и стал работать на ментов из Москвы. Он заставлял наших пацанов снимать для них в Москве хаты.
— Какие хаты? — переспросил я его.
— А черт его знает, — ответил Бык. — Короче, ребята искали эти хаты по объявлениям. Снимали сроком на год или два. За все это удовольствие, говорят, платили менты.
— Странно. И много хат они сняли для них?
— Не знаю, не уточнял. Короче, трется он там с ментами, живет с ними десна к десне. А еще ребята говорят, хотел кинуть страховую «Казань» на большие бабки, однако что-то у него там не срослось, короче, не получилось. Сейчас у него вся надежда на Алика из Челнов.
Бык замолчал и, оглянувшись по сторонам, продолжил:
— Виктор Николаевич, Долгова и Пашу Орского замочили его люди. Недавно он направлял своих бойцов куда-то на Урал решать подобные вопросы там. Кого они там завалили, сказать не могу. Но пацаны трепались, что в этом деле заказчиком был генерал милиции.
— Наиль, а что это за генерал? Тот человек случайно не называл его фамилии? — поинтересовался я у него.
— Нет, он не говорил, а я спрашивать не стал. Мне это, сами знаете, ни к чему.
— Плохо, Наиль. Мог бы и поинтересоваться. Интересно же знать, кто такой этот генерал.
— А вам-то это зачем? Все равно вы его не достанете. Как говорят, выше головы не прыгнешь, — сказал он и улыбнулся, наверное, представил меня, прыгающего выше своей головы.
— Просто интересно мне, Наиль.
— Вы слышали о Жаке? Это один из лидеров преступного мира Москвы. Так вот, этот человек сообщил, что они собираются работать вместе, Жак и Мартын. Думаю, что в самое ближайшее время они поставят Москву раком и поимеют ее как захотят.
Бык замолчал и стал почему-то оглядываться по сторонам.
— Что-то случилось, Наиль? — спросил я, заметив его беспокойство.
— Не знаю, Виктор Николаевич. У меня какое-то нехорошее предчувствие. С чем это связано, я не знаю.
Он снова замолчал и, оглянувшись назад, остановился.
— Наиль,
— Насколько я знаю, его кончили люди Гарика, которых он прислал из Москвы. Кончали его в коттедже, в подвале, который строится кем-то из мирновских в поселке Петровском. Порыскайте там, может, что-то и найдете. Кстати, следующим, кого они хотят завалить, будет Серега. Вы знаете, Серега в принципе парень неплохой, добрый, и мне будет жалко его, если они его завалят.
— Я понял тебя, Наиль, — сказал я. — Я постараюсь сделать все, чтобы он остался живым.
Бык замолчал. Взглянув на часы, он извинился и побежал к ожидавшей его машине. Я знал, что его жена Диана лежит в родильном доме на улице Большая Красная. Именно к ней он сейчас и помчался.
Я проводил его взглядом и направился к своей машине.
Серега сидел у меня в кабинете и, вытирая обильно выступивший пот на лице, смотрел, не отрываясь, на меня. О том, что убили Гаврилова, он, похоже, уже знал.
— Ну что, Серега, как жизнь? — поинтересовался я. — Братва, наверное, наезжает на тебя?
— Да все было бы очень хорошо, Виктор Николаевич, если бы не этот случай с Гавриловым.
— Серега, послушай меня, сейчас многое будет зависеть от твоей искренности. Ты сам знаешь, дыма без огня не бывает. Скажи честно, кому ты сдал Гаврилова? О том, что переданный тебе пистолет «ТТ» оказался «паленым», знали всего три человека, это ты, я и Гаврилов. Последнего уже нет в живых.
Лицо Сереги сделалось багровым. Он испуганно посмотрел на меня и тихо сказал:
— Я об этом поделился с Диким. Я не думал, что он все это расскажет Гарику.
— Ты знаешь, Сережа, как тяжело умирал Гаврилов? Прежде чем застрелить, его жестоко пытали, стараясь узнать, откуда он взял этот пистолет. Думаю, что в самое ближайшее время ты сможешь испытать подобные муки.
— А я-то здесь при чем? Я же не стрелял в Гордея?
— Это ты расскажешь тем, которые засунут тебе в задницу паяльник. Ты представляешь, как это больно?
— Ну и что мне теперь делать? — поинтересовался он. — Ходить и кричать на всю Казань, что я не убивал Гордея? Думаю, что это бесполезно, меня никто все равно не услышит.
— Серега, ты должен сдать мне этого Дикого вместе с его дружками, так как они еще, я думаю, в Казани. Твое признание спасет тебе жизнь.
— Это вы так думаете, а я, в отличие от вас, так не считаю, — сказал Сергей. — Это моя жизнь, и я сам как-нибудь разберусь с ней.
— Хорошо, Сережа. Давай вставай, сейчас мы с тобой прокатимся в одно место. Может, после этого ты поймешь, как это все серьезно и страшно.
— Да я с вами никуда не поеду, — испугался он. — Что вы еще придумали?