Вольник
Шрифт:
– Доброе утро, - поприветствовал мужчина, дернув уголком губ.
Девушка быстро отодвинулась от Важина, к которому бессознательно прижалась во сне. И не просто прижалась, а еще и ногу сверху закинула! Мужчина сделал вид, будто ничего не заметил и дождавшись пока смущенная девушка поднимается, попытался сесть.
– Ну ты меня и напугал, - пробурчала Видана отводя взгляд.
– Прости.
– За что?
– не понял вольник, перебравшись на лавку.
– Влезла со своим пирогом... Ты же ясно сказал, что нельзя.
–
– Ни кусочка больше не получишь!
– пригрозила девушка.
– Солнце давно встало?
– Часа два назад, я как раз проснулся.
Вида застонала и уткнулась лицом в ладони. Два часа, а может и больше с задранным платьем, как гулящая трактирная девка! Стыд-то какой!
– Не переживай, еще никто не приходил, - ошибочно истолковал невнятное мычание гость.
– Чтоб им всем провалиться, - рявкнула девушка скривившись от головной боли и недосыпа.
– Как я тебя одного оставлю?!
– Со мной все хорошо.
– Я уже это слышала! Ничего не хорошо!
– Вида, готовься к празднику. Или поспи еще немного, я покараулю.
– Еще чего! Обойдутся без меня. Ложись, сейчас я тебя осмотрю и...
– Вида. Не нужно.
– Но...
– Я скоро уйду. А с этими людьми тебе жить и общаться. Не стоит нарушать традиции и портить отношения.
– Ты прав, - холодно отозвалась девушка.
Настроение было хуже некуда. Раздражала вялость от недосыпа, беспокойство за больного и то, что он был прав. Вольник скоро уйдет. А она так и будет тонуть в прошлом, проживая один скучный день за другим. Сегодня же ей придется весь вечер отмахиваться от ухаживаний Корсика, вместо того, чтобы следить за больным.
Один из кувшинов с полюбившейся деревенским жителям настойкой выпал из рук и залил многострадальный пол. Важин притих, чувствуя настроение хозяйки дома.
К обеду девушка была готова разрыдаться. Домашние дела не ладились. Чтобы хоть как-то отвлечься, Вида решила перебрать сундук.
Измятое платье валялось на самом дне. Там же хранились туфли сестры из мягкой кожи и отцовская рубашка, которую Вида не доставала много лет. Что ж, ей она ни к чему, а вот вольнику...
– Держи, - знахарка протянула мужчине искусно вышитую рубаху.
– Твою вчера выбросила.
– Я не возьму, - запротивился Важин.
– Кровью же заляпаю.
– Хоть в овраг выкинь, она теперь твоя.
Не слушая возражений девушка прошмыгнула в сени чтобы отряхнуть платье от пыли и налипшей паутины.
Подготовив все необходимое, Вида молча осмотрела вольника и засобиралась на речку. На ее счастье берег был пуст. Вдоволь наплескавшись и вымыв из волос щелок, девушка ополоснула их в травяном отваре.
Подготовка к празднику подходила к концу. Мужики таскали столы и стулья на специально заготовленное место. Женщины помогали молодежи наряжаться, а еще маленькие для сватовства дети бегали по дороге, радуясь свободе.
Вида
У дома ее ждали.
Гронский солдат восседал на ступеньке, вальяжно вытянув ноги. Заметив онемевшую от испуга девушку, он поднялся и пошел ей навстречу.
– Ну, здравствуй.
– З-здрастье, - промямлила Вида, узнав лицо мужчины.
– К празднику готовишься?
– спросил он без стеснения рассматривая девушку: влажное платье облепило фигуру, пристыжено сжавшуюся под оценивающим взглядом.
– Угу, - потупилась знахарка, чтобы скрыть страх.
– Ночью ты болтливее была, - отметил мужик.
– Неужто меня застеснялась?
Он себе льстил. Морщинистое лицо было отталкивающе холодным и угловатым. Даже улыбка вызывала озноб.
Что ему понадобилось? Неужели догадался?..
– Сегодня цветок к цветку, птица к птице, а я к тебе, - блеснув глазами, поклонился Гронский страж.
Видане стало плохо. Она пошатнулась и если бы не подхвативший ее мужик, точно бы упала. Но заставила выдавить из себя польщенную улыбку и следуя обычаю прошептала ответную фразу:
– Я ожидаю вечер.
– Небывалая удача, - засиял солдат, поцеловав холодную ладонь.
– Могу я узнать имя моей прекрасной спутницы?
– Видана, - выплюнула знахарка.
– Милош. Сейчас мне надо подготовить ребят к вечернему празднованию, но скоро я за тобой вернусь.
Получив еще один поцелуй, девушка выдернула руку и проводила солдата испуганным взглядом.
Прошмыгнув в дом, она заперлась на ключ и на заржавевший от редкого использования засов. Ткнулась лбом в прохладную дверь и сдерживаемые весь день слезы бесконтрольно хлынули из глаз.
– Вида?
Вольник все это время сидел на полу, скрываясь от любопытных жителей: хозяйка безответственно забыла задернуть шторы.
Справившись с рыданиями, девушка повернулась к Важину:
– Там был Гронский солдат.
– Знаю. Успел почувствовать. Настойчивый малый, я думал дверь кулаком проломит.
– Что нам теперь делать?!
– Тебе - ничего. Они потеряли след и скорее всего возвращаются в город. Потерпи один вечер и они уедут.
– А ты?..
– спросила Видана, предчувствуя худшее.
– Я уйду. Сегодня.
– Важин! Нет! А если он станет напрашиваться в гости?!
– То мне лучше быть подальше отсюда. А тебе быть настороже.
– Я уйду с тобой!
– решила девушка, содрогаясь от мысли, что Гронский ублюдок переступит порог ее дома.
– Исключено. Вдвоем мы от погони не оторвемся.
– Ты же еще болен! А я знаю здешний лес и болота, помогу выбраться и прослежу за раной.
– Вида, нет. Ты меня толком не знаешь, как и чем я живу. Поверь, это все не для тебя.
– Вольник тяжело поднялся и протянул девушке руку.
– Я нарушаю договор всего на два дня. Ради твоей же безопасности.