Волонтер
Шрифт:
Машину швыряло из стороны в сторону, как если бы она мчалась по льду.
– Антон!
– Эх вы!.. – начал тот, но тут автомобиль внезапно подпрыгнул, и коленки водителя соскользнули вниз. Машину резко повело вправо.
– Держи руль! – взревел Владимир.
В тот же момент в лицо ему впечаталась подушка безопасности, в глазах моментально потемнело, и весь мир перевернулся вверх ногами. Откуда-то доносился истошный визг Нины и скрежет металла, что-то с силой придавило ему ногу, в салон брызнул стеклянный
Покореженная машина кувыркнулась еще два раза и застыла на месте, выпуская из пробитого радиатора струйки дыма. На холодный асфальт тихо и монотонно капало масло.
В больнице
– Эй! Парень! – Незнакомый мужской голос плавал вокруг так, словно говорили одновременно несколько человек, окруживших его.
Он с трудом разлепил глаза.
– Живой, значит, – удовлетворенно сказал кто-то. – Вытаскиваем его, ребятки.
«Где я?»
Владимир покрутил головой, но не увидел ничего, кроме смутных теней.
– Не дергайся.
Оказавшись в карете «Скорой помощи», он пошевелил руками. Все работает. Ноги вроде тоже в норме. Вот только голова раскалывается. Молодой человек осторожно коснулся щек, потом лба. Пальцы ощутили спекшуюся кровь.
– Лежи спокойно, – тоном, не терпящим возражений, произнес санитар, и Владимир безропотно убрал руку.
«Ребята!.. – пронеслась у него мысль. – Что с ними?»
– Где мои друзья? – отважился спросить он.
Помедлив, санитар ответил:
– Тебе и водителю повезло. А пассажирам уже не помочь.
Владимир неподвижно смотрел в одну точку, часто моргая. Ему почему-то стало трудно дышать, и он повторил про себя страшные слова этого человека. Как это «не помочь»? Он что, шутит? Нина, Олег!.. Неужели они погибли?
– Бога благодари, что выжил, – добавил санитар, но Владимир отметил, что его голос прозвучал равнодушно, словно он сообщал, который час. – Пить надо меньше.
«Я не пью», – хотел закричать Володя, но промолчал.
Он не должен был разрешать пьяному Антону садиться за руль.
В больнице с носилок его переложили на каталку и повезли по длинным коридорам.
– Где Антон? – облизывая пересохшие губы, спросил он. – Он был за рулем!
– Он здесь, – коротко ответила медсестра.
Владимир сжал кулаки. Он вспомнил о матери, и у него защемило сердце. Надо бы позвонить ей. Только вот где его телефон?
– Не ерзай, – приказала медсестра.
Вскоре он оказался в просторном кабинете.
– Сейчас к тебе придет врач. Все будет в порядке.
– Я хорошо себя чувствую. Мне надо домой, – заволновался Володя.
– Тебя надо обследовать, – заявила девушка и покачала головой.
Парню с трудом удалось сдержаться от крика.
Открылась
Какое-то время он внимательно смотрел на Владимира, затем удовлетворенно кивнул и заявил:
– Приступим.
Все, что последовало за этим, окончательно сбило с толку парня. Сначала у него взяли кровь из вены, потом заставили пописать в баночку. Особого желания облегчиться у Володи не было. Для того чтобы его мочевой пузырь заработал, потребовалось время.
После этого молодого человека переложили на кушетку, покрытую полиэтиленом. Врач снял с него футболку и намазал торс липким и прохладным гелем, напоминающим по своей консистенции кисель. Затем он подсоединил к различным точкам тела многочисленные проводки с присосками.
– Что вы делаете? – тихо спросил Владимир.
Все происходящее нравилось ему все меньше и меньше.
– Пульс превышает норму. Давление тоже, – сказал врач и озабоченно покачал головой.
– Я должен позвонить домой.
– Обязательно. Только чуть позже.
– Где Антон? Мой друг?
Врач нахмурился и ответил:
– Ему делают операцию. Не волнуйся, он будет жить.
Володя почувствовал, как в уголках глаз скапливаются слезы. Кто мог знать, что все закончится таким безумным и диким образом?!
Через какое-то время доктор вышел, и до слуха Владимира донеслось, как в замке повернулся ключ.
Его заперли.
Зачем?
Он медленно сел на кушетке, мельком оглядел собственное тело. Не считая мелких ссадин, парень был в полном порядке, головная боль тоже отступила.
Володя вспомнил слова доктора о повышенном пульсе, прислонил ладонь к груди и удивленно качнул головой. Может, он и не специалист, но, с его точки зрения, сердце билось нормально, как обычно. Не быстрее и не медленнее.
Взгляд молодого человека метнулся к запертой двери, затем устремился на зарешеченное окно.
Почему его закрыли?!
«Бежать!»
Он вздрогнул от собственной мысли, которая птицей вспорхнула в его сознании, и еще раз потрогал лицо. Медсестра стерла засохшую кровь. Парень нащупал пару неглубоких царапин на лбу и щеке. Ерунда.
Он поднялся на ноги, покачнулся. В эту же секунду дверь распахнулась.
– Ложись на каталку, – хмуро приказал врач. – Почему ты встал?
– Что вы собираетесь делать? – глядя в глаза доктору, осведомился Владимир.
Доктор кашлянул и ответил:
– Результаты анализов неважные. Тебя отвезут в больницу Склифосовского. Ложись.
– Вы обещали, что я смогу позвонить, – напомнил Владимир.
– Твой телефон в машине. Ложись, мне нужно вколоть тебе успокоительное.
Владимир словно загипнотизированный смотрел, как врач привычным движением вогнал в его вену иглу.