Волонтер
Шрифт:
– Я в курсе, – проговорил Коробов. – Я тебе скажу даже больше. У Назы началась прокурорская проверочка. Она не сулит нам с тобой ничего хорошего.
Ремезов выругался.
– Не сотрясай воздух! – заявил Коробов. – Я попробую выйти на одного полезного человечка. Может, гроза и мимо пройдет. – Виктор Анатольевич услышал вздох облегчения и продолжил: – А ты особо не радуйся. Думаешь, твою клинику не тронут?
– Как? – опешил Ремезов.
– Да вот так. Позвонили мне из одной конторы по надзору в сфере здравоохранения.
– Этого Павлова нужно успокоить раз и навсегда, – изрек Михаил.
Голос Ремезова звучал ровно и беззаботно, но Коробов почувствовал, что его подчиненного трясет от злости.
– Пока что у тебя это не очень получалось, – заметил Виктор Анатольевич. – Как там, кстати, хирург твой, да и мотоциклист?
– Второй уже все. Насчет первого пока тишина, и это мне не нравится. Никаких сведений.
– Что, вообще ничего? – не поверил Коробов.
– Не исключено, что исполнитель выполнил заказ, а потом его самого повязали, – выдвинул свою версию Ремезов. – Сегодня-завтра все будет известно точно, обещаю.
– Ты уж постарайся, Миша. Я ведь не пошутил, когда сказал о твоих проколах. Если врач заговорит, то лучше сразу застрелись, пока я до тебя не добрался.
– Гм…
– Теперь слушай. Американец уже здесь, завтра операция.
– Если у Назы проверка, то ни о какой операции не может идти и речи, – возразил Михаил.
– Молодец, соображаешь, – похвалил его Коробов. – Договорись с Назой, чтобы к тебе привезли необходимое оборудование. Пересадку будем делать прямо тут. Везти донора к Назе, пока там шныряют прокурорские работнички, нельзя. Давай перенесем операцию на раннее время, часа на четыре утра. После этого прекращаем деятельность, пока буря не уляжется. Переждем маленько. Как там Наза?
– Я еще не был у нее. Но в последнее время с ней тоже трудности. Нервная стала.
– Пора поменять директора?
Ремезов молчал, шумно дышал. Несмотря ни на что, Наза ему нравилась. Но за прошедший месяц она сильно изменилась, полностью посвятила себя сыну, у которого начались проблемы со здоровьем. Как это ни тяжело, но с Назой придется распрощаться.
– Пора, – признал он. – Предлагаю это сделать сразу после проверки.
– Принято. – Коробов подумал и потребовал: – Выясни насчет Осипова. Мне до смерти надоела кутерьма вокруг какого-то полуживого врача, которого никто никак не может устранить. Он что, Кощей Бессмертный?
– Все будет в лучшем виде, – пообещал Ремезов. – Так как насчет адвоката?
– Есть у меня одна мысль, – задумчиво проговорил Виктор Анатольевич. – Тем более что его подружка здесь, у меня.
– Одинцова? – догадался Михаил.
– Именно. – Коробов помолчал немного и сказал: – Ты там аккуратней с Назой.
– Не беспокойтесь.
– Не могу. – Голос Коробова стал отдавать прохладцей. – Ты многого не чувствуешь, Миша. А я вот уже вижу.
– Не
– Под нами земля тлеет. Пока еще не горит, но жар уже ого какой! – вполголоса произнес Коробов. – И все потому, что этим пацаном заинтересовался Павлов. Так что придумай, куда ты заляжешь после завтрашней операции.
Ремезов прочистил горло, но Коробов не стал дожидаться ответа.
– Давай, думай. Все, отбой! – заявил он и оборвал разговор.
Вторжение
Попытки выйти на связь с Аллой были бесплодны. Девушка как в воду канула.
«Клиника!.. Она наверняка там», – стучала в мозгу адвоката одна и та же мысль.
Павлов вспомнил, что Алла хотела выяснить какой-то важный вопрос. Поэтому он все больше склонялся к тому, что искать ее нужно в пресловутом медицинском центре.
Вскоре ему на работу позвонил Соломин. Артем недавно просил его через знакомых операторов связи выяснить, откуда Алла последний раз говорила с ним.
– Они установили только район, но, пожалуй, большего и не надо, – пробасил Юрий. – Это Ясенево.
– Я в этом почти не сомневался. Юра, я у тебя в долгу.
– Хватит о долге. Какие мысли?
– У меня нехорошее предчувствие. Сам знаешь, интуиция меня редко подводила. В общем и целом, если что, ты теперь в курсе, откуда растут ноги, – сказал Павлов.
– Ты о «МедКР»?
– Да.
– Может, тебе пару ребят прислать? Они подстрахуют, – предложил Юрий.
– Пока не надо. Просто будь постоянно на связи. Да, еще вот что. Я не верю, что всеми этими погаными делами единолично руководит Коробов. Наверняка над ним есть персона покрупнее. Этот липовый фонд мне напоминает марионеток. Уверен, что я не ошибаюсь.
– Я хотел тебе сообщить новость, коль речь зашла о «МедКР». Возможно, скоро в клинике произойдет обыск, – сказал Соломин.
– То есть?.. – не сообразил Павлов.
– Только сейчас позвонили из СИЗО. Этот парень, любитель делать уколы, которому я рученьку поломал, слил Ремезова с потрохами. Так что, Артемка, не суйся в пекло, если можно без этого обойтись, – с грубоватой теплотой пожелал Юрий. – Я ведь тебя сто лет знаю, в каждую дыру норовишь влезть!
– По-другому не умею. Все, держи меня в курсе.
После разговора с другом Артем потер глаза и взглянул на часы. Начало десятого, а от Аллы до сих пор никаких известий.
Павлов ненадолго задумался о своих дальнейших шагах. Ждать звонка от Соломина или неспешно выдвинуться к «МедКР»? Ведь рано или поздно полиция все равно туда нагрянет.
Неожиданно раздался протяжный звук клаксона. Артем выглянул в окно. Шлагбаум на КПП был приподнят, на стоянке коллегии только что припарковался темно-зеленый «Бентли». Сгущавшиеся сумерки и тонированные окна не позволяли Павлову разглядеть водителя и пассажиров иномарки.