Волшебник Рональд и ручной дракон
Шрифт:
Глава первая. Рональд под дождем
Высоко в Туманных горах шел дождь, дождь, дождь! Поливало кусты, камни и овец. Поливало коз, кроликов и сиротливого мокрого волка. Поливало всё и всех. Но над промокшим до нитки путником, медленно
Рональд Великолепный, самый юный член клуба, возвращался домой. И это давалось ему нелегко.
— Тьфу ты! — выругался Рональд. Он увяз в грязи и потерял ботинок. — Ах ты ж… тьфу!
К счастью, у него при себе был Мистический Посох. Рональд опирался на него, чтобы не соскальзывать. Еще у него был совершенно неволшебный зонтик — подарок тетушки-ведьмы. Маленький и девчачий, с розовыми оборками и в придачу разрисованный котятами. Из-за волшебницкого колпака юноше приходилось держать зонт на вытянутой руке. От дождя он не спасал. Вода стекала в рукав и булькала под мышкой.
Плащ Тьмы весь разбух от грязи. Трагедия — Рональд ведь еще даже не расплатился за него полностью. Плащ был роскошный: из синего бархата, подкладка усеяна звездами. На этикетке значилось: «Не стирать, только сухая чистка». Совсем не грязеустойчивый наряд.
— Вот же… ооооох…
Рональд сердито воткнул посох в землю. Посох выскочил. Рональд замахал руками — зонтик улетел, а сам юноша шлепнулся в лужу. Вода заливалась ему в нос и затекала в уши. То была его четвертая лужа за день. Рональд уже начал к ним привыкать. Тихонько застонав, он закрыл глаза и решил полежать так немного.
Начинался этот день совсем по-другому. Светило солнце, пели птицы, и все было замечательно. Рональд отправился в путь в прекрасном настроении, предвкушая чудесную прогулку по Непутевому лесу. Он был в полном волшебницком облачении — Колпак Знаний, Балахон Тайны, Плащ Тьмы, Мистический Посох, всё как полагается — и рассчитывал всех встречных-поперечных сражать своим великолепием. Денег он с собой благоразумно не взял. В лесу полно всякой шушеры. Еще не хватало, чтобы гоблины карманы обчистили.
Не прошел он и десяти шагов, как солнце скрылось, птицы смолкли и закапал дождь. Дорога тут же сделалась ужасно скользкой. Дождь припустил сильнее. Когда Рональд наконец добрался до леса, уже лило как из ведра.
Погода частенько выкидывала коленца, стоило Рональду выйти за порог. Это, разумеется, дело рук его коллег-волшебников — они вечно над ним подтрунивали. Никакого уважения! То колпак спрячут, то начнут дразнить безбородым, то записки с дурацкими шуточками на спину прицепят. А один раз от посоха кусок отпилили — мол, глядите, как наш Рональд вымахал за ночь! Хлебом не корми — дай поиздеваться.
Началось все с имени. Имена у волшебников, как правило, до зевоты скучные — ничего удивительного, что титулы они себе стараются придумать позвучнее. Титул волшебника должен отражать его характер, особые умения, ну или просто всестороннюю гениальность.
Рональд просчитался с выбором. Выпалил что в голову пришло, когда впервые пробрался в клуб. В волшебники он намылился, потому что они шикарно одеваются и потому что в их клубе, по слухам, подавали отличные сардельки.
Заявился в костюме, при галстуке, в волосах — полбанки укладочного геля и потребовал, чтобы его приняли. Администраторша спросила, как его зовут, а он и ляпнул, не
— Рональд Великолепный-лепный-лепный-лепный! — эхом разнеслось под сводами клуба. Новое имя звучало гордо. Лучше, чем Ронни Шпендрик — как его на самом деле звали.
Администраторшей там была зомбиха с зелеными волосами и медными сережками в ушах, на груди — карточка с именем: БРЕНДА.
Она уставилась на него и процедила:
— Ну да, ну да.
Беда в том, что на великолепного Рональд не тянул и в самый удачный свой день. На голове у него решительно всё торчало. Зубы, нос, уши, волосы — всё. Только подбородок был скошенный и перетекал в шею. К тому же Рональд был прыщав. От домашних болтушек, которые присылала ему тетушка-ведьма, в доме стояла вонища — поэтому он их сразу выкидывал.
Администраторша (БРЕНДА) потребовала предъявить лицензию волшебника. Таковой у Рональда не имелось, и он соврал, что бумага затерялась на почте и скоро-де пришлют новую. Говорил он высокомерно.
Девица спросила, какая у него оценка за экзамен. Он соврал, что высший балл, хотя на самом деле никаких экзаменов не сдавал. Все знания о магии он почерпнул из «Моего первого учебника волшебства», который откопал в букинистическом и так до конца и не осилил.
Потом его пригласили на собеседование с волшебниками, где он такого наплел… странно, что у него нос на километр не вымахал.
Когда спросили, почему он назвался Великолепным, Рональд заявил: по праву. Не потому, что мечтает когда-нибудь стать великолепным. Нет, он уже великолепен. Когда велели продемонстрировать свое мастерство, сказал, что ушиб палец. Когда осведомились о его семье, сказал, что он из рода волшебников, хотя папа у него — сантехник, а мама работает в кондитерской. Про тетушку-ведьму он умолчал. Когда поинтересовались, почему хочет вступить в клуб, он сказал, что всегда хотел стать волшебником (вообще-то профессия волшебника была только третьей в его списке — после кинозвезды и гонщика).
Удивительно, но его приняли! Больше того, его умоляли вступить в клуб. Такую мишень для насмешек волшебники упустить не могли. Так Рональд и покатился по наклонной.
Хотя сейчас он, напротив, полз в гору. Под дождем.
Кряхтя, он сел и выплюнул полный рот грязи.
— Крхххх! Тьфу, пфу, пфу!
Дождь злорадно струился с колпака на плечи Рональда. Он с трудом встал, подобрал посох и зонтик. Две спицы сломались — зонтик заклинило.
Рональд не слишком расстроился. Признаться честно, эта штуковина — позорище. Новый он купить не осмеливался — боялся столкнуться с тетушкой, она же в Непутевом лесу живет. С его-то везением она в любую минуту может выскочить из-за дерева, и пиши пропало: «А, Рональд! Вижу, у тебя новый зонтик. А тот, что я подарила, значит, не понравился?» А потом затащит его к себе и давай пичкать пирогами и читать нотации — мол, он не знает, что такое благодарность.
Сегодня тетушка ему на пути не попалась. Да и вообще в лесу не было ни души. Все, у кого соображалка работала, сидели по домам. Несчастный Рональд, съежившись, часа три прятался от проливного дождя под деревом, терпя насмешки белок, прежде чем решился покинуть корабль и рвануть к дому.
Легко сказать. Дорога превратилась в грязевую реку. Все равно что на гору из желе взбираться. Делая два шага вперед, он на шаг соскальзывал назад.
Не сдаваться. Уже недалеко. Последний рывок.