Волшебное королевство
Шрифт:
– Вау посмотри, какие они красивые!.. – растягивая слова, воскликнула Вера, взяв один шар и повертев его в руках. Надя последовала её примеру.
– Да они действительно тяжёлые, – согласилась девочка. Так же, как и отец, раскачивая шар.
– Продавщица же сказала, что их сделал Дед Мороз, а это значит, что они и должны быть не обычными, – напомнила сестре Вера. Она разглядывала рисунок на шаре нанесённый краской. Он был шершавым и рельефным.
– Надо повесить их равномерно на ёлке, чтобы она не скосилась на бок, – заключил Евгений. Мужчина залез на табуретку и вешал игрушки там, где не могли
– Ну, вот и готово, – сказал отец, наконец, спустившись с табуретки и посмотрев со стороны на ёлку. Вера и Надя отошли вместе с ним и полюбовались собственным творением. – По-моему очень даже не плохо. Вы как считаете?!
– Здорово, – в один голос сказали Вера и Надя. Они сверкающими глазами рассматривали блестящие украшения, от которых отражался свет гирлянды.
– А представляете, что будет вечером, когда стемнеет, и мы всё это зажжём?.. – загадочно проговорил Евгений, стоя позади сестёр.
– Это будет чудо, – охарактеризовала Вера.
– А завтра утром Дед Мороз принесёт нам подарки под ёлку, – добавила Надя. Она вдруг вспомнила что-то очень важное и воскликнула. – Папа мы же хотели в этом году оставить Деду Морозу гостинцы! Ты помнишь об этом?!
– Конечно, дорогая мы всё сделаем, – усмехнувшись волнению дочери, заверил Евгений.
Тем временем Саша закончил вешать гирлянду на перилах и принялся за-следующую. В-течении ещё двух часов все четверо украшали дом. Это был увлекательный процесс, превращавший обыденную жизнь, в сказку, приходящую лишь раз в году. В итоге весь дом Зиминых просто сиял.
Глава
3
В одиннадцать, когда абсолютно всё было, готово включая даже макияж Татьяны, вся семья собралась за рождественским столом в гостиной. Стол ломился от яств, а аппетитные запахи так и манили к духовке. Там ждали своего часа куриные ножки под майонезом с картофелем и чесноком.
Но сидя за праздничным столом, Зимины, почему-то особо не веселились. А точнее сказать радостные были только близняшки. Они сидели в нарядах и за обе щёки уплетали любимый салат оливье. Похоже, что девочек в это время даже не интересовали подарки, а точнее их это отвлекало. Ведь близняшки за целый день уже, наверное, тысячу раз спросили, придёт ли к ним Дед Мороз? Чем успели всех слегка вывести из себя. Особенно брата.
Саша, сгорбившись над тарелкой, не удосужился даже переодеться и расчесаться, за что незамедлительно получил от матери строгий выговор. Парень как сидел за компьютером, так и спустился на праздничный ужин. Новогодние передачи, транслировавшиеся целый день по телевизору, его не привлекали. Саша хотел, чтобы куранты быстрее пробили полночь, и он пошёл, обратно в мир компьютерных игр.
Евгений и Татьяна ужинали, даже не переговариваясь, словно были чужими людьми друг другу. Женщина поглядывала на близняшек и время от времени уставшим голосом говорила девочкам, чтобы они ели аккуратней. Евгений весьма правдоподобно делал вид, что увлечённо смотрит телевизор и посмеивался над шутками с экрана.
В этой сверкающей огнями гостиной хоть и звучали шутки с телевизора, но вот смеха и душевной радости кроме как у сестёр не было. Праздник выглядел
Наконец после того как президент поздравил всю страну со счастливым новым годом, а куранты отбили двенадцать Татьяна отправила близняшек спать. Девочки упорно не хотели и собирались устроить капризы, но против твёрдого слова мамы они ничего не могли сделать.
Когда женщина вернулась, она заметила, что Саша тоже ушёл к себе, доев вторую порцию горячего. Евгений сидел один, и полусонным взглядом смотрел в телевизор, где пели песни, которые он терпеть не мог. Татьяна, молча сев, рядом положила себе горячего. Она оставалась единственной, кто ещё не попробовал его. Как оказалось блюдо удалось на славу. Давящее молчание между двумя людьми, которых как минимум объединяет трое, детей создавало сильный дискомфорт для Евгения…
Вера, спя непробудным сном, почувствовала, что ей назойливо и прямо в ухо дует холодный воздух. По аромату он напоминал зимнюю свежесть и даже бодрил, но девочка всё ровно не открывала глаза. Вере хотелось спать, и она думала, что ей всё это снится.
Так прошло уже несколько минут, а холод всё усиливался, вызывая больший дискомфорт.
– «Наверное, окно распахнулось от разгулявшегося ветра», – подумала Вера. Хотя это было глупо ведь в доме Зиминых стояли пластиковые окна, а они, как известно, закрываются очень крепко. Но всё, же усиливающийся холод заставил Веру открыть глаза и сесть на кровати.
– Привет!!! – бодро и громко сказал чей-то весёлый и голос в темноте. Вера вздрогнула от неожиданности. Кто-то неизвестный находился рядом с ней. – Давай просыпайся! Скорее нас ждут дела!..
Послышался щелчок выключателя настольной лампы, и мягкий свет осветил спальню. Вера, зажмурив глаза, прикрыла их руками.
– Ай! Что вы делайте?! Не надо, мне больно глаза! – быстро заговорила Вера писклявым детским голосом. Надя, проснувшись от устроенного сестрой шума, ничего не понимала. Сонно подняв голову с подушки, девочка спросила:
– Что происходит? Вера, зачем ты шумишь ещё слишком рано вставать.
Надя вновь легла на подушку и уже хотела вернуться в сон, но теперь холодный зимний ветер дул в ухо ей. В комнате раздавалось гудение. Надя, отмахнувшись, перевернулась на другой бок и сонно пробурчала:
– Закрой окно холодно ведь.
– Я его не открывала! – оправдывалась Вера. Девочка, наконец, смогла открыть глаза, которые привыкли к свету и осмотреться. Взглянув на кровать сестры, Вера вдруг замерла на месте с изумлённым выражением лица. Она не знала, что ей делать кричать, бояться, звать на помощь или всё же удивляться и подружиться. Но к счастью более правильный вариант был подсказан ей тем, кого она увидела.
Ростом с полметра, слегка полноватый, плотного телосложения и с русыми волнистыми волосами юнец стоял перед Верой в сером дорожном плаще. Затёртый колпак похож больше на те, что носят сказочные гномы. На макушке болталась балабошка, которая во время движения причудливо прыгала. В выражении пухлого лица юноши-карлика читалось ребячество, азарт и приключения. Глаза блестели задорным огоньком, а улыбка расползлась до ушей, торчащих торчком.