Волшебное облако

Уилсон Патриция

Эми мысленно представила себе Люка и уди­вилась, насколько хорошо она его помнит. До мельчайших деталей. Ей показалось, что он здесь, рядом с ней. Наверное, это та самая игра воображения, в которой ее обвиняли, но ей очень хотелось, чтобы Люк вернулся.

В эту ночь Эми прекрасно спалось, навер­ное, от предчувствия, что это для нее послед­няя спокойная ночь. Следующее утро было очень ясным, и вместе с солнцем к Эми вер­нулась надежда. Может быть, все кончилось, и Черный человек навсегда исчез из ее жиз­ни? В машине по

пути на работу она что-то напевала, а когда вошла в зал, сразу увидела Люка. Она не сдержала своей ослепительной улыбки, и уголки его губ тоже сами собой поднялись вверх.

Какая радость снова ее увидеть! Он не мог не признаться себе, что ему ее сильно недо­ставало.

Эми направилась прямо к его кабинету и просунула голову в дверь. Даже за рабочим столом Люк со своими темными глазами и смуглым лицом выглядел загадочным, как будто он явился из некоего прошлого, пол­ного опасных тайн.

– Вы насладились пребыванием в Пари­же? – спросила Эми.

– Конечно, – солгал Люк, не в силах ото­рвать от нее взгляда.

– Ну и как, вы обнаружили в нем какие-нибудь неприглядные уголки?

– Ни единого. Ничего грязного или без­вкусного, только изящество и красота.

Эми готова была танцевать от радости, что Люк наконец вернулся. Значит, сегодня ут­ром предчувствие не обмануло ее. Он окинул ее оценивающим взглядом собственника, и сердце Эми на миг замерло.

– Как ваши дела? – став вдруг серьезным, спросил Люк.

– Вы имеете в виду того человека? Он ни разу не появлялся, пока вы были в отъезде. Патрульная машина приезжала каждую ночь. И Эрик тут тоже ни при чем. Он уезжал по делам из города и только что вернулся. Поли­ция все проверила.

Люк задумался. Итак, полиции не удалось установить личность мужчины в черном, что осложняло дело и создавало реальную опас­ность для Эми.

– Похоже, тот человек больше никогда не вернется, – сказала Эми беззаботно. – Во вся­ком случае, моя жизнь продолжается. Я даже составила завещание.

– Что-что? – изумился Люк.

– Может быть, вам это покажется стран­ным, – смущенно сказала Эми, – но у меня не было другого выхода. Я скоро получу це­лую кучу денег, и Брайан настоял, чтобы я распорядилась своим состоянием.

Эми говорит о своем адвокате, вспомнил Люк. Наверное, Брайан мог бы повременить с этой формальностью, пока ее горе не уля­жется. А не пригласить ли ее поужинать?

– Если вы нервничаете и вам одиноко… – начал Люк, но Эми его перебила.

– Я не нервничаю, – сказала она. – И дядя Питер уже знает от меня о том человеке, ко­торый приходит к дому по ночам. Он настаи­вает, чтобы я на время переехала к нему. В конце концов он мне почти родственник.

Значит, она вежливо и с улыбкой отказы­вает ему, подумал Люк. Правда, ее улыбка вы­глядела совершенно естественной. Что ж, это уже неплохо. Раньше она даже не хотела смот­реть в его сторону. Кстати, зачем ему пригла­шать ее на ужин? Это было бы нарушением служебной дисциплины. Мисс Скотт его под­чиненная и не больше. Он помог ей, как этого требовал мужской долг. А теперь пусть она сама разбирается

в своих проблемах.

Он даже начал подумывать о том, чтобы переехать в другой кабинет, но вспомнил, как часто ему приходилось консультироваться с Эми. И еще он привык видеть ее каждый день, стоило ему лишь поднять голову. Плохо толь­ко, что в голову лезли самые неподходящие идеи, относительно Эми. Чтобы покончить с этим, ему понадобится все его самооблада­ние, а самообладания у него всегда было бо­лее чем достаточно.

Вечером после работы Люк немного задер­жался в кабинете, чтобы не столкнуться с Эми в лифте или в подземном гараже, но его мыс­ли то и дело возвращались к ней.

Если полиция уверена, что это не Сомерфилд, то тогда кто? Если кто-то следит за Эми, то почему только по ночам? Почему не днем, ведь ничто не мешает этому человеку точно так же следить за ней, когда она, к примеру, уходит с работы? Всецело погру­женный в свои мысли, Люк вышел из лифта в подземном гараже. Он не заметил ничего необычного, пока до его слуха не долетел знакомый голос.

– Это ты, маленькая чертовка, натравила на меня полицейских? Я вернулся домой и об­наружил, что они заняли позиции на каждом углу, а потом заявились ко мне для проведения допроса. В глазах соседей я теперь преступник.

– Не преувеличивай! – Теперь это был го­лос Эми. – Полиция просто хотела снять с тебя подозрения.

– Если они и дальше будут досаждать мне вопросами, то меня точно снимут, и в пер­вую очередь, с моей работы.

– Послушай, – волнуясь, сказала Эми, – пропусти меня. Я еду домой и не желаю с то­бой разговаривать, как, впрочем, и видеть. К тому же ты не имеешь права находиться на частной стоянке.

– Я буду находиться там, где пожелаю! – Эрик уже перешел на крик. – И если мне взду­мается ходить за тобой следом, то меня ник­то не остановит. Имей в виду, теперь ты от меня не отвяжешься, тебе уже не придется выдумывать всякие сказки для полиции, они станут явью.

Он прижал Эми к машине и вплотную при­близился к ней.

– И не вздумай кому-нибудь жаловаться. На этот раз меня не застанут врасплох, как тогда в ресторане.

Люк появился за спиной Эрика, словно ниоткуда, и тронул его за плечо. А когда взбе­шенный Сомерфилд обернулся, Люк изо всех сил ударил его.

– Вы так думаете? – спросил Люк, глядя на лежащего на земле Эрика. – Вы угрожали мисс Скотт физической расправой, так что теперь у нее есть все основания жаловаться на вас в полицию.

– Это мне надо жаловаться. Вы напали на меня, – пробормотал, поднимаясь, удивлен­ный Сомерфилд.

– Считайте это первым предупреждени­ем, – спокойно проговорил Люк, с удовлет­ворением наблюдая, как на скуле Эрика рас­плывается синяк. – Мисс Скотт уже сказала вам, что вы не имеете права здесь находиться. Убирайтесь отсюда тем же путем, что при­шли. И не смейте больше приближаться к мисс Скотт.

– Наверное, ты сам ею интересуешься, – ядовито заметил Сомерфилд и на всякий слу­чай отступил назад, опасаясь кулаков Люка.