Волшебное облако

Уилсон Патриция

– Ни в коем случае, – отверг ее предпо­ложение Люк, – это не ты, а я схожу с ума. Давай побыстрей уйдем отсюда, пока ты не получила нового подтверждения моему безу­мию. Рядом с моей матерью ты будешь в пол­ной безопасности. Завтра мы начнем осуществлять мой план, а он у меня достаточно хорошо продуман, чтобы поймать негодяя.

– Я очень надеюсь, что ты используешь против него твои особые навыки и приемы, – напомнила Эми, когда Люк уже запирал дверь квартиры, и он невольно усмехнулся.

– Обязательно, все до единого, – с улыб­кой пообещал он. – Я возобновлю трениров­ки

сразу по возвращении в Англию.

Люк не сразу повез Эми домой. Кратчай­шей была кольцевая дорога, но скорость дви­жения на ней так высока, что однажды уже напугала Эми, а сегодня она и без того пере­жила стресс. Он решил проехать через центр города, рискуя, правда, попасть, в пробку, зато автомобилисты не мчались здесь на бе­зумной скорости.

Эми молча смотрела в окно, и не трудно было догадаться, что в мыслях она очень дале­ко от него и от Парижа. Люк проехал по пло­щади Согласия, потом мимо Лувра и других легко узнаваемых достопримечательностей, но когда снова взглянул на Эми, чтобы оценить, какое впечатление производит на нее центр Парижа, то обнаружил, что она все еще в оце­пенении и даже не смотрит в окно машины.

Новая встреча с незнакомцем потрясла Эми, Люк это понимал. Если, конечно, она не обозналась… Его, несмотря на искренние завере­ния Эми, все-таки терзали сомнения. Случив­шееся с ней казалось ему почти невероятным. А что, если Эми страдает манией преследова­ния или депрессией? В конце концов, никто, кроме Эми, его никогда не видел.

Пытаясь отогнать подозрения, Люк потряс головой. Нет, нет и нет, мысленно твердил он, Эми – разумная женщина, она не спо­собна предаваться таким невероятным фан­тазиям. Несомненно, она кого-то видела, но был ли это тот самый преследователь. Люку очень бы хотелось, чтобы Эми рассказала обо всем родителям, но он сомневался, что она решится на это. Совет родителей был бы сей­час как никогда кстати, но он не имеет пра­ва говорить с ними без согласия Эми.

Когда они вернулись домой, Энн сразу заподозрила неладное и, как обычно, не­доверчиво взглянула на сына, но тот лишь еще сильнее нахмурился и отрицательно покачал головой. Он отвел Эми в гостиную и попросил подать чай, а сам поспешил к матери.

– Что случилось, Люк? В чем дело? – спро­сила обеспокоенная Энн Мартель. – Твой отец сказал мне, что ты рано ушел с работы, чтобы показать Эми Париж. Что с ней случилось?

– Не знаю, захочет ли Эми рассказывать тебе о своих проблемах, – неуверенно сказал Люк, – но я не считаю себя вправе говорить за нее.

– Прежде всего поклянись, что ты тут ни при чем, – попросила Энн.

– Конечно, я тут ни при чем! – повысил голос Люк и тут же опомнился. – Прости меня, мама. Для нас обоих это был день испытаний, и, чтобы прийти в себя, мы зашли ко мне на квартиру.

– Ты хочешь сказать, что ты…

– Я ничего не хочу сказать! – снова взор­вался Люк.

Энн с облегчением вздохнула, а Люк почти уже решился попросить Эми, чтобы она сама рассказала его родителям о преследователе, иначе мать замучит его своими подозрениями.

За ужином Эми была очень рассеянной и молчаливой.

Она изо всех сил старалась под­держивать беседу, но это у нее плохо полу­чалось.

Энн Мартель, без сомнения, предупре­дила мужа, и тот был очень сдержан и не задавал лишних вопросов. После очередно­го неловкого молчания Люк наконец не выдержал. Он прикрыл руку Эми своей креп­кой ладонью:

– Ты, конечно, сама должна принять ре­шение, – сказал он ей, – но, наверное, чем больше людей будет знать о твоих проблемах, тем лучше.

Эми, словно пробудившись от сна, посмот­рела на присутствующих непонимающим взглядом, потом усилием воли заставила себя вернуться в реальный мир.

– Пожалуй, ты прав, – согласилась она.

– Люк ничего нам не говорил, – заверила се Энн. – Но если ты хочешь рассказать нам о том, что тебя беспокоит, мы сделаем все, чтобы тебе помочь.

Эми посмотрела на нее с благодарностью, и ее губы тронула печальная улыбка.

– Вряд ли кто-то может мне помочь. Я во­обще сомневаюсь, что мои проблемы суще­ствуют… А что, если виной всему моя болез­ненная фантазия?

– Ты не должна так думать! – воскликнул Люк, хотя совсем еще недавно сам мучился теми же подозрениями. – И ты, и я, мы оба знаем, что тебя кто-то преследует.

Энн и Анри Мартель насторожились.

– Как это «преследует»? – вскипел Анри. – Кто посмел на это решиться?

Наконец Эми приняла решение. Она дол­жна все рассказать родителям Люка. Если она сумасшедшая, то они должны об этом знать, потому что относятся к ней, как к родной дочери. Да и сама она уже успела привязаться к отцу и матери Люка.

– Я лучше расскажу вам все с самого нача­ла, – предложила Эми. – Вскоре после смерти моей тети я случайно, причем среди ночи, об­наружила, что за моими окнами наблюдает мужчина, облаченный во все черное. В первый раз он простоял под фонарем у моего дома целую ночь. Это меня очень напугало.

– Это был кто-то, кого ты знаешь? – спро­сила Энн.

– Сначала я приняла его за человека, с которым прежде встречалась, за Эрика Сомерфилда. Потому что именно Эрик мог по­зволить себе так по-идиотски вести себя. Но я все же сомневалась. У незнакомца были при­мерно одинаковые с Эриком фигура и рост, но я не могла разглядеть его лица. Сначала я решила, что он на этом и успокоится, потому что Эрик – человек очень импульсивный и непоследовательный. Но я ошиблась. Чер­ный человек, как я мысленно стала его на­зывать, приходил почти каждую ночь, и вот тогда я испугалась…

– И рассказала обо всем мне, – вставил Люк.

– Что же случилось дальше? – нетерпеливо спросил Анри.

– Люк пришел ко мне домой и, осмот­рев каждый его уголок, вызвал полицию. Они взяли на себя обязательство патрули­ровать район. Полицейские на машине про­езжали мимо моего дома каждые два часа, по так никого и не увидели. В конце концов им пришлось прекратить дежурство, по­скольку оно не дало результатов. Люк тогда был в отъезде.

– Да, конечно, он тогда ездил в Лион и в Германию, – вспомнил Анри. И еще он не помнил, что именно в это время Люк по­стоянно пребывал в плохом настроении.