Волшебное зеркало

Алиса открыла новый, странный мир, просто шагнув в зеркало. Далеко не всегда безопасный, этот мир был наполнен безумием, бессмыслицей, приключениями и очарованием.

Но это всего лишь сказка, а что бы случилось с реальным человеком, если бы он шагнул в зеркало? Что бы его ожидало там? Чай в гостях у Сумасшедшего Шляпника 1 или что-то еще более неожиданное?

— Я не помешала тебе, дорогая? — приятный женский голос, раздавшийся в телефонной трубке, был бесстрастен и невыразителен, однако некоторые нотки выдавали личность сильную и волевую. В этом голосе было что-то магическое, завораживающее, и Мэгги была не в силах противостоять ему.

— Нет, тетя Джулия, я одна.

Тетя Джулия никогда не вмешивалась в личную жизнь Мэгги и никогда не задавала лишних вопросов, но казалось само собой разумеющимся, что ее редкие звонки могли помешать бурным занятиям сексом, характерным для нынешней молодежи. Особенно с тех пор, как она взяла в привычку звонить поздней ночью.

Мэгги приподнялась на локте и протерла глаза, прежде чем взглянуть на часы на прикроватной тумбочке. Конечно же, как обычно, ее тетя звонила в два часа ночи.

— Одна? В твоем-то возрасте? Мэгги, ты и в самом деле не уделяешь этому должного внимания. Это, конечно же, твое личное дело, но все эти опасности, с которыми молодым людям приходится сталкиваться в наши дни… Я полагаю, что ты достаточно мудра, чтобы постараться избежать их.

— Да, тетя, — ответила Мэгги вежливо, — я только хочу, чтобы вы, наконец, поняли, что за моей дверью не толпится очередь из нетерпеливых поклонников. Еще в десятилетнем возрасте я сказала вам, что собираюсь ждать мистера Совершенство, и до сих пор не переменила своего решения. Может быть, с моей стороны и глупо быть идеалисткой, но такая уж я есть, и с этим ничего не поделаешь.

— Ты еще не нашла его, я правильно поняла?

— Едва ли. Вокруг меня постоянно ошивается огромное количество мужчин, но ни один из них не подходит на эту роль. Вы позвонили только, чтобы справиться о прогрессе в моих сердечных делах?

— Ты же знаешь, я никогда не вмешиваюсь.

Мэгги тихо рассмеялась.

— Да, знаю. Вы также никогда не обращаете внимания на часовые пояса — у нас сейчас два часа ночи, тетя Джулия.

— Мне очень жаль, дорогая, но, боюсь, у меня плохие новости.

Поднимаясь, чтобы сесть в кровати, Мэгги спросила:

— Это не дядя Сайрус?

— Нет, нет. Это твой кузен Мерлин.

Мэгги помнила своего весьма необычного кузена, хотя прошло несколько лет с тех пор, как она видела его в последний раз, как, впрочем, и остальных родственников. Члены ее огромной старой семьи были рассеяны по всему миру, очень редко собирались вместе, и это было, по личному убеждению Мэгги, не так уж плохо. Сказать, что большинство ее родственников были необычными людьми, значит, сильно приуменьшить этот факт. Разнообразие их характеров простиралось от несколько эксцентричных до, бесспорно, безумных, хотя, как Мэгги было известно, никто из них не был по-настоящему опасен.

Неоспоримыми главами клана являлись тетя Джулия и дядя Сайрус, и оба были…

необычными. Совершенно необычными. Более юные члены семейства называли их дядей и тетей, но истинные родственные узы оставались неясны. Мэгги не знала ни их возраста, ни чего-либо более конкретного о них. Когда в один прекрасный день она попыталась исследовать свою родословную, то забралась в своих изысканиях почти до самого начала века. К этому моменту корни родословной расходились в стороны с таким огромным количеством ярких характеров и пикантных историй, что она, наконец, решила: ей совсем не хочется знать, как же это все началось на самом деле.

Мерлин был ее взаправдашним кузеном, правда, она не знала точно, с какой именно стороны. Его имя — Мерлин — было подлинным; доставшимся от его романтически настроенной матери. И он его вполне оправдал. Выступая в бродячем цирке, Мерлин демонстрировал самые изумительные фокусы. Сколько же лет назад? Мэгги подумала, что ей, должно быть, было около шести, когда она впервые увидела его, и уже тогда он был достаточно стар.

— Сколько Мерлину лет? — спросила она внезапно.

— Я не думаю, что теперь это имеет какое-то значение, дорогая, потому что он умер, — просто ответила тетя Джулия.

— О, мне очень жаль. Когда поминки? — В ее клане были не столь уж сильны ирландские традиции, просто они очень любили вечеринки и все, без исключения, ненавидели траур.

— Послезавтра. Ты, конечно же, будешь на них присутствовать?

— Конечно. А где именно? — В последний раз их семья справляла поминки в Новом Орлеане, тогда, как помнила Мэгги, было устроено торжественное шествие под звуки труб.

Тетя Джулия глубоко вздохнула, и впервые за все время разговора в ее голосе прозвучало раздражение:

— Он пожелал, чтобы его пепел был развеян над Диснейлендом, но власти даже и слышать об этом не захотели. Сайрус попытался уговорить их, но и он ничего не смог поделать. Мы остановились на Ниагарском водопаде, это, конечно, не так хорошо, но Мерлин много раз говорил, что хотел бы спуститься по нему в бочке.

Мэгги восприняла это все без тени удивления.

— Ну что ж, водопад — почти так же хорошо, как и Диснейленд. Я постараюсь попасть туда. Отчего он умер?

— Полиция расценивает его смерть как несчастный случай, Мэгги, но это просто смешно. Он был убит, — тетя Джулия высказала свое мнение тем же безапелляционным тоном, каким бы сказала, что идет дождь, находясь посреди грозового фронта, — тоном абсолютно непогрешимой инстанции. Бесполезно было даже пытаться возразить ей. Только дядя Сайрус, как каждому было известно, мог успешно оспаривать ее категоричные утверждения.

— В самом деле? — удивилась Мэгги. — Члены нашего семейства обычно умирают естественной смертью.

Ее странная семейка, пожалуй, побила все рекорды по долголетию своих членов, отменному здоровью и удивительно малому числу врагов.

— Мы не настолько глупы, чтобы поверить в несчастный случай. У тебя ведь только начались летние каникулы, правда? После поминок, может быть, ты съездишь в «Страну Чудес» и посмотришь все там хорошенько? Нам необходимо знать правду, дорогая, для успокоения совести и для бедного Мерлина, конечно, тоже. Он будет несчастен, если его душа не сможет найти покоя и оставить то место, где с ним это случилось.