Волшебный эликсир

Донцова Дарья

– Она бездомная, – пробормотал Миша.

– Ты сейчас думаешь о том же, о чем и я? – спросила Ксюша.

– Конечно, – кивнул мальчик и взял Зефирку на руки, – пошли с нами.

Вот тут собачка здорово испугалась. Нет, нет, нет. Оставьте меня на лавочке. Щенок мопса ждет Витю, который бегает перед работой по парку. Миша! Ты слышишь?

Зефирка начала тявкать, подросток погладил

ее по голове.

– Не бойся, тебе у нас очень понравится. Ну, не вырывайся.

Но пленница отчаянно продолжала пытаться освободиться из объятий мальчика. Увы, она потерпела неудачу. В конце концов мопсихе пришлось смириться. Миша и Ксюша спустились в метро, Зефирка легла на колени мальчика и старательно засопела.

– Она заснула, – обрадовалась Ксения, – бедная собачка. Представляю, как несчастная мучилась на улице.

Глава 2

В чужом доме

Ехать пришлось недолго, дети вышли из подземки, углубились в квартал жилых домов и добрались до очень старого, давно не ремонтированного здания, вошли в подъезд. Миша открыл ключом дверь квартиры на первом этаже. Зефирка чихнула раз, другой, третий. Почему тут так сильно пахнет лекарствами?

– Мамочка, у нас гостья! – закричала Ксюша, входя в крохотную комнату, которая служила одновременно и гостиной, и спальней.

Зефирка села на пол и осмотрелась. Посреди комнаты располагался круглый стол с четырьмя простыми стульями. У одной стены притулился шкаф, рядом висели полки с книгами. У другой стояла узкая кровать, около нее – самые дешевые деревянные костыли.

– Щенок! – умилилась лежащая на кровати худенькая, бледная до синевы женщина. – Какой хорошенький! Где вы его взяли?

– На улице нашли, – ответил Миша.

– В парке, – возмутилась Зефирка, – я на скамейке сидела.

Но, конечно же, слов собаки никто из людей не понял.

– Ой, она так смешно тявкает, – захлопала в ладоши Ксюша, – как игрушка. Мы спасли бедняжку, она погибала.

– Могла от голода погибнуть, – добавил Миша, – или под дождь попасть, простудиться и умереть.

– Чушь! – возмутилась Зефирка. – Верните меня немедленно назад. Витя прибежит, пустую скамейку увидит и с ума сойдет.

– Мы сделали хорошее дело, – радовалась Ксюша.

– Не надо делать хорошие дела, не посоветовавшись с тем, кому его делаете, – простонала Зефирка, – то, что вам кажется добром, другому обернется злом. Что Витя без меня делать станет? Кто его будет хранить?

– Ребята, у малышки ошейник, – сказала худенькая женщина.

– Где? – удивилась Ксюша.

Зефирка закатила глаза. Вот хороший вопрос! Обычно такие задают в Прекрасной Долине ее младшие сестры Мафи и Куки.

– На шее, – уточнила мать, – посадите щенка ко мне на постель.

Зефирка обрадовалась. Ну наконец-то! Сейчас недоразумение выяснится. Витя должен был написать на оборотной стороне ошейника свой телефон.

Тонкие пальцы женщины расстегнули ошейник.

– Зефирка, – прочитала она вслух.

– Да, да, да, –

заликовала собачка, – это я. Сначала Вите пришла в голову гениальная идея назвать меня Чернушка. Я прямо дар речи потеряла, когда поняла, что много лет придется на глупую кличку отзываться. Но потом мне повезло! Ночью, когда Витя лег спать, я тайком открыла буфет и взяла зефир. Обожаю его! В Прекрасной Долине в нашей деревне есть замечательный кондитер! Но такой зефир, как в мире людей, у нас делать не умеют. М-м-м! Ради вашего зефира я готова на все. Наверное, я от восторга потеряла бдительность, громко шуршала упаковкой, потому что Витя проснулся, пошел на кухню, увидел, как я восхитительное лакомство трескаю, засмеялся и сказал: «Чернушка! Я тебя переименовываю. Ты будешь Зефирка, как моя первая мопсиха, она тоже по ночам в буфете шарила». Я несказанно обрадовалась. Хозяин дал мне мое родное имя. Впервые Зефиркой меня назвала Фотина, прапрапрапра…бабушка Витиной тети. Было это…

Зефирка призадумалась.

– Году этак в тысяча восемьсот четырнадцатом, когда прапрапрапра…дедушка Виктора, красавец гусар Николай, вернулся из Парижа, победив Наполеона, и женился на Фотине. Я была среди свадебных подарков жениха. Меня назвали в честь ветра – Зефира, о нем еще Пушкин писал: «Ночной зефир струит эфир», а потом, позднее, люди придумали замечательное лакомство – зефир. И все стали думать, будто имя мне дали из-за этой сладости.

– Почему она все время тявкает? – удивился Миша.

– Наверное, ругает глупого хозяина, который написал на ошейнике кличку щенка, но не указал ни свой телефон, ни адрес. Хоть бы фамилию и имя-отчество нацарапал, – вздохнула женщина.

– Как? – закричала Зефирка. – Что за безалаберность! Его зовут Виктор Кузнецов! У него есть мама, тетя, вся наша семья, где главная мопсиха Муля хранит Кузнецовых с незапамятных времен. У Вити своя квартира, без меня там полный беспорядок будет.

– Ой, она сердится, – засмеялась Ксюша. – Мама, посмотри! Так смешно глаза выпучила, лапами по одеялу стучит.

– Малышка хочет гулять, – решила хозяйка.

Миша схватил Зефирку на руки и поспешил к двери.

– Мама, мы же ее у себя оставим? – спросила за спиной брата сестра.

– Ксюшенька, я бы с радостью, – ответила мама, – но ты же понимаешь, за собакой надо ухаживать, а для меня выйти на улицу – огромная проблема.

– Мамулечка, не волнуйся, я все сама буду делать, – заныла Ксюша.

Продолжения беседы Зефирка не слышала, потому что Миша унес ее во двор, опустил на чахлую траву и прошептал:

– Зефирка, пис-пис.

Мопсиха тяжело вздохнула, пошла к забору и вдруг услышала радостный крик:

– Зефирундель! Это ты? Не верю своим глазам!

Мопсиха притормозила, обернулась и увидела французского бульдога, за ним бежал второй такой же пес.

– Дорогая! – радостно завопил первый. – Сейчас поцелую тебя.

Зефирка не успела увернуться, «француз» налетел на нее и в секунду облизал с головы до ног.

– И я, и я, и я хочу тебя обнять, – зачастил второй.