Шрифт:
"Робот не может причинить вред человечеству
или своим бездействием допустить, чтобы человечеству был причинен вред…"
Айзек Азимов
США наносит удар
Вашингтон, США. 2449 год
Традиционно в Белом доме состоялся Рождественский Бал Конгресса, куда прибыли
Очаровательная супруга Верховного Лидера страны Мелисса Аллен в очередной раз сумела подчеркнуть безупречный вкус, появившись на Балу Конгресса в роскошном белом платье от мирового бренда. Праздничная атмосфера Главного дома страны также не оставила равнодушными его гостей. Первая леди США очаровала и восхитила общество, приложив руку хозяйки к украшениям Белого Дома. Иллюминация и праздничная елка гармонично сочетались с Рождественскими декорациями, впрочем, данное мероприятие всегда проходило с размахом, красиво и насыщенно.
В фойе Белого дома Верховный Лидер Рональд Аллен выступил с поздравительной речью перед многочисленной аудиторией и камерами журналистов. Импозантный, высокий, широкоплечий мужчина с военной выправкой красовался изящным белым мундиром под стать своей супруге, олицетворяющей своеобразную Снежную Королеву.
– Леди и джентльмены! Уже через неделю мы с вами войдем в Новый две тысячи четыреста пятидесятый Год, – резюмировал свое выступление Верховный Лидер. – От лица государства и себя лично, я желаю всем, чтобы этот год стал лучшим, отметив тем самым юбилейные пятьдесят лет текущего века! Желаю всем Счастливого Рождества. Храни Господь Бог Америку!
Бурные овации поддержали речь господина Рональда Аллен. Грянул гимн США. Люди и обслуживающие Белый Дом киборги замерли, приложив ладонь к груди. Когда же отзвучала торжественная мелодия, и оркестр заиграл классическую музыку, гости были приглашены в Дворцовый обеденный зал к ужину.
Не умолкая ни на минуту, волшебно лилась музыка, чередуя известные классические произведения с не менее популярными рождественскими мелодиями. Разодетый в парадные красные мундиры живой оркестр заиграл один из танцевальных стилей танго. Первыми подали пример Верховный Лидер страны со своей очаровательной супругой. Следом за ними кое-кто из приглашенных гостей также поднялись и закружились по залу, но таковых смельчаков оказалось катастрофически мало в соотношении с просторным помещением.
За отдельным столиком, рассчитанным на четверых, ужинали пожилой, седовласый председатель Палаты представителей Конгресса США Фрэнк Булоччи с пожилой супругой, его помощница мисс Хадсон и молодой чиновник из Российского посольства.
Полноватый, сутулый и чрезвычайно медлительный в движениях господин Булоччи неторопливо ел слегка прожаренный говяжий стейк, часто делая глотки из хрустального бокала с виски. Его супруга Элизабет, милая пожилая женщина с пышной прической-карэ и огромными жемчужинами в отвисших мочках ушей, ковырялась в овощном салате, пила шампанское и рассматривала собравшихся гостей за соседними столиками.
Мисс Хадсон совсем ничего не ела, а только наслаждалась игристым вином в высоком фужере и тайком рассматривала сидящего рядом с ней русского молодого человека. Роскошные белые
Предмет интереса молодой помощницы Фрэнка Булоччи тоже ничего не ел и не пил. Игорь Колычев придерживал бокал с шампанским за тонкую хрустальную ножку, но так и не сделал из него ни одного глотка. Среднего роста, не плечист, но крепок, молодой человек был на несколько лет моложе мисс Хадсон.
Симпатичный, лет двадцати, с гламурной внешностью кинозвезды, желанной миллионами поклонниц, карими глазами и волевым, скуластым подбородком молодой российский чиновник легко покорял сердца многих женщин, но из года в год повсюду был один. Длинным шлейфом тянулись за Игорем Колычевым различные слухи: то ли он безутешный вдовец, то ли сторонник сексуальных меньшинств, то ли отчего-то хранит супругу в тайне от общественности. Впрочем, занимаемое молодым мужчиной положение позволяло любые крайности личной жизни.
– Вы танцуете, господин Колычев? – с лукавой улыбкой и пожирающим сердца мужчин взглядом, спросила стройная красотка.
– Редко, мисс Хадсон, – учтиво склонив голову к груди, ответил молодой человек. – В основном только пою, и то случается редко.
– Вы такой шутник, господин Колычев! – беззаботно рассмеялась пожилая женщина, сидящая за тем же столом. – Ах, годы… Помнишь, Фрэнк, как мы с тобой танцевали в былые времена?
Элизабет бережно положила руку поверх кисти своего седовласого супруга и влюбленно заглянула тому в глаза. Американский политик-демократ накрыл руку жены второй ладонью и послал пожилой женщине воздушный поцелуй.
– Конечно, помню, дорогая моя Элизабет, – хрипло произнес он, и подмигнул молодому человеку. – И ты совершенно права… Годы берут свое. Куда нам пускаться в танцы? Я и с постели часто встаю с трудом… Не упускайте свой шанс, молодой человек!
– Всенепременно, господин Булоччи! – учтиво кивнул Игорь Колычев собеседнику, и поднялся из-за стола.
Он галантно помог мисс Хадсон выйти из-за стола и отвел молодую женщину в центр торжественного, празднично украшенного зала. Девушка позволила крепко приобнять себя за талию, при этом сама вложила правую руку в ладонь молодого человека. Игорь и Дэстини скромно улыбнулись друг другу, подхватили музыкальный ритм и закружились в танце. Их движения были полны нежности, в то же время резки до легкой, позволительной грубости. В них легко читалась едва сдерживаемая сексуальная страсть, хотя Колычев и мисс Хадсон были малознакомы ранее.
Постановочное танго, или иначе говоря «tango escenario» издавна исполнялось больше для зрителей, чем для танцующих в паре. Это танго имеет чаще всего совсем иные законы, в отличие от клубных, социальных стилей – законы постановочного и сценического жанра.
Это самое настоящее представление, в котором музыкой и постановщиком продиктованы шаги, характер и чувства. Для танца свойственны виртуозная техника исполнения, зрелищность движений и фигур, поддержки и позы, более свободное использование пространства и неограниченная наличием других танцоров навигация по сцене или танцполу.