Вопль убийства

Кризи Джон

— Думаю, да, — заставил себя произнести Доулиш. — Мистер Уэбб вернулся?

— Да, сэр. Десять минут назад.

— Проводите меня к нему, пожалуйста, — попросил Доулиш.

Надо было подняться по небольшой лестнице, всего на несколько ступенек, которые в обычное время Доулиш просто бы не заметил. Теперь он должен был на них взбираться, преодолевая по одной за раз и держась за перила. Уэбб стоял в дверях своего кабинета. Его явно предупредили о прибытии Доулиша, но не о его состоянии.

— Господи боже! — воскликнул он. — Что с

вами случилось? — Затем, обнаружив проницательность, которой Доулиш от него не ожидал, спросил: — Это на вас тот самый звук подействовал?

— Да, — ответил Доулиш. — Я не могу понять, почему я еще жив. — Он замолчал, вдруг с облегчением поняв, в чем дело, и добавил: — Хотя нет, понимаю. Я был внутри машины с закрытыми окнами, и с Шейлой Бернс было так же: у нее тоже в машине окна были закрыты.

Он подробно рассказал Уэббу, что произошло, и взволнованно продолжил:

— Нам надо, не теряя ни минуты, обыскать поместье и наблюдать за всеми входящими и выходящими.

— Вы абсолютно правы, — сказал Уэбб. — Я сожалею, сэр, что был таким упрямым… Нам здесь нелегко заподозрить в преступлении кого-то из Мэнора, хотя их и не все любят. Но я попросил помощи у полиции Бэнфорда и Оксфорда, так что с людьми проблемы нет. И хотя границы поместья очень велики, днем наблюдать довольно легко. Ночью, конечно, потяжелее. Я посадил одного инспектора проработать карту этой местности, и, если вы хотите посмотреть, что сделано и что мы собираемся сделать, я буду рад вам показать.

На немолодом лице его тоже было видно возбуждение.

— Рад положиться на вас, — ответил Доулиш. — Я должен ехать в Лондон. Вы смогли…

— Около Бэнбюри есть армейская часть, которая предоставила вертолет в ваше распоряжение. Он стоит в парке, в нескольких минутах отсюда.

— Спасибо. Это как раз то, что мне нужно.

— Но уверены ли вы, что в состоянии ехать? Знаете, эти вертолеты — ведь очень шумные штуки и…

— Я надену наушники и сделаю себе затычки, — ответил Доулиш и скривился.

Спустя пять минут он уже спускался по ступенькам, более твердо держась на ногах и вообще чувствуя себя получше. Слух его тоже улучшился, хотя все голоса доносились как будто издали. Он увидел, как подъехала машина, резко остановилась и оттуда выпрыгнул человек. Только когда этот человек побежал в его сторону, он его узнал: это был Джим Хортон, явно перепуганный.

Он остановился, увидев Доулиша, и, задыхаясь, проговорил:

— Она сбежала.

— Кто сбежал? — спросил Доулиш.

— Черт возьми, вам ли спрашивать?.. Она сбежала, Шейла Бернс. Сбежала!

Доулиш был ошеломлен почти так же, как от предыдущего удара. Хортон был так явно взволнован, сердит и расстроен. А время поджимало. Ему необходимо было вернуться в Лондон, он не мог больше здесь задерживаться. Раздражение, которое испытал он, когда узнал, что Хортон предупредил сэра Хьюго, улеглось.

— Кому вы об этом рассказали? — поинтересовался Доулиш.

— Я видел этого вашего

человека, Сима. Он теперь знает. Он велел мне найти вас здесь. Доулиш, вы понимаете, что это означает? Она не хотела, чтобы ее снова допрашивали, она, наверное, вам лгала.

— Есть у вас несколько лишних часов? — спросил Доулиш.

— Да, столько, сколько вам нужно, но зачем? Бога ради, чем я могу помочь?

— Я лечу в Лондон, — сказал Доулиш. — Полетите со мной?

Хортон на какое-то мгновение заколебался.

— Думаю, что могу, если вы считаете, что буду полезен.

— Спасибо, — Доулиш повернулся к Уэббу. — Вы сообщите в Ярд о розыске мисс Шейлы Бернс, ладно? И свяжитесь с Симом, чтобы выяснить, что произошло в коттедже «Сильвэн».

— Да, сэр. — Уэбб, поняв теперь как следует, насколько серьезно положение, старался как мог.

— Спасибо, — повторил Доулиш. — Нам к вертолету надо ехать или идти пешком?

— Ехать.

— Вы можете рассказать мне все в общих чертах в машине, — сказал Доулиш Хортону. — В вертолете разговаривать затруднительно.

Хортон никак не мог успокоиться.

— Я спал до одиннадцати утра, и Клэр тоже… Мы же почти не уснули ночью, а по четвергам наша поденщица не приходит. Ну и раз в комнате Шейлы было тихо, мы решили оставить ее в покое. И только час назад, когда я вышел из дома через переднюю дверь (газеты и молоко нам доставляют к задней двери коттеджа), я не мог поверить своим глазам: ее машина исчезла!

— Да, такое ошеломляет, — согласился Доулиш.

— Я был просто ошарашен, могу вас заверить. Я кинулся наверх, к ней в комнату. Комната была пуста. Постель не убрана, все в беспорядке, но ее вещей не было. И вдобавок никакой записки. При этом она приготовила себе кофе и поджаренный хлеб на кухне.

— Очень хладнокровная особа, — сказал Доулиш.

— Да, а я ведь был готов поклясться, что прошлой ночью она была в ужасном состоянии, — добавил Хортон.

Пока он рассказывал, автомобиль повернул в маленький парк с присыпанными неожиданно выпавшим снегом зелеными газонами, уже высаженными к весне вьюнками, лаврами и рододендронами и подстриженными живыми изгородями. На асфальтированной детской площадке стоял маленький армейский вертолет, около него ждал пилот. Когда они подъехали, подошел другой офицер в полевой форме и отсалютовал.

— Мистер Доулиш?

— И еще один пассажир, — сказал Доулиш.

— Все в порядке, сэр. — Молодой человек посмотрел на Хортона. — Вы, сэр, штатский?

— Да.

— Тогда вы должны заявить, что совершаете этот полет под свою ответственность, сэр. — Блестящие глаза сверкнули в сторону Доулиша.

— Под мою ответственность, — ответил Доулиш. — Вернее, столичной полиции.

— Очень хорошо, сэр.

— Давайте сделаем так, — обратился Доулиш к Хортону. — Черкните несколько слов на обороте вашей визитной карточки. Хорошо? О том, что вы предпринимаете этот полет на свой собственный риск.